Мое призвание (СИ)

Как она не заметила, что в несчастной застрял приличный осколок стекла.
— Елизавета Викторовна Ланцова, — хрипло произносит беременная. — Дозвольте мужу войти, он волнуется и переживает, я чувствую.
— Высокий господин, с седыми висками? — уточняю и провожу ладонями над животом раненой. — Срок какой?
— Семь с половиной месяцев, — закусив губу и подавляя стон, отвечает та.
— Натали, потребуется много чистой материи, кипяченой воды и… — на секунду задумался, — парного молока.
— Где же я последнее отыщу? — удивилась моя компаньонка.
— У тебя минут двадцать, — выдавил сквозь зубы, накрывая плетением сразу два источника и обращаясь к пострадавшей: — Так что произошло?
— На соседней улице, автомобиль врезался в витрину, меня в сторону отбросило, а очнулась уже тут, — прошептала Елизавета Викторовна.
В этот момент в процедурную ворвалась запыхавшаяся и раскрасневшаяся Островская.
— Помощь нужна? — без предисловий спросила Кати.
— Натали тебе все расскажет, — буркнул я, вливая в источники матери и ребенка жизненную силу и заклинание умиротворения.
Следует применить руны, но они спровоцируют роды, а чертов осколок стекла грозит повредить почку женщины. Очень он глубоко вошел!
— Екатерина Матвеевна, требуется достать парное молоко, — произнесла моя компаньонка.
— Сколько? — деловито уточнила Кати.
— Литра три, не меньше, — буркнул я, размышляя, как поступить. — Дамы, прошу, действуйте быстро, у нас тут роды намечаются.
— Что⁈ Мне еще рано! Нет, нельзя! — забеспокоилась Ланцова, а потом покраснела и выдавила: — Простите, но вы мужчина и…
— Я врачеватель, — перебил женщину. — Если хочешь малыша убить, то продолжай стесняться, — резко ответил ей и начертал в воздухе перед ее глазами руну сна.
Разрешение от супруга необходимо получить, а еще подростку и его гувернантке требуется помочь. У паренька несколько переломов, но не критично, множественные порезы и ушибы не страшны. Не растеряйся Натали, то давно бы его домой отправила. Хорошо, что баронесса раны успела обработать и большинство осколков извлекла. Насчет аллергии на магические зелья не такая и большая проблема, плетения помогут. Но время несется вскачь, каждая минута на счету. Натали притащила кастрюлю с кипящей водой, продезинфицировала хирургические инструменты, а Кати все нет.
— Кто супруг Ланцовой? — вышел я в приемную.
— Я, — сглотнув и сделав ко мне шаг, сказал господин, в глазах которого страх.
— Пройдемте в мой кабинет, — сказал ему, а потом посмотрел на гувернантку: — Уважаемая, скажите моей компаньонке, что вам требуется помощь.
— Со мной все хорошо, не беспокойтесь, — выдавила она из себя.
— Как там Олег? Он мой единственный сын! Спасите его, умоляю! — бухнулась ко мне под ноги женщина, у которой начинается истерика.
— Через пять минут его отпущу, пока ему следует полежать, чтобы переломы лучше срослись, — отмахнулся я, кивнув господину Ланцову, чтобы тот следовал за мной.
— Но у мальчика аллергия! — вскинулась старушка. — Ему повредят зелья и заклинания он плохо переносит.
— Переживет, — буркнул я. — Пару дней постельный режим, исключить физическую активность, а потом приходите, разберемся с его проблемами.
Что-то мать и бабка мне вслед кричали, а гувернантка истово крестилась и молитву шептала. Ведь не обратится за помощью к Натали, побоится ее отвлекать, а у меня нет времени, чтобы ее руку лечить.
— Я, глава клана, граф Ланцов Петр Сергеевич, промышленник и советник торговой палаты, — выдавил из себя господин и склонил голову.
— Граф, давайте оставим этикет, — отмахнулся я. — Обращайтесь ко мне Александр Иванович, а остальное потом обсудим.
— Простите, вы целитель? — уточнил супруг беременной.
— Врачеватель, — коротко ответил я и нахмурившись уточнил: — Вас это смущает?
— Нас к вам городовой направил, сказал, что ближе нет ни врачей, ни больниц, — растерянно произнес Петр Сергеевич, а потом уточнил: — Могу взглянуть на ваши бумаги?
— Если желаете похоронить супругу и ребенка, — криво усмехнулся я. — Нет у меня ни дипломов, ни красивых благодарственных писем! Не о том думаете!
 
Ну, чуточку слукавил. От канцелярии императора и лично Его Светлости, где-то такие письма завалялись. Баронесса хотела их в рамки вставить и на стену повесить, да я не разрешил. Чем бахвалиться? Если бы мне вынесли благодарность за спасенных людей при аварии поездов, то еще куда ни шло. Но ведь нет! О том ни слова, только витиеватые намеки, что помог справиться с недугом Их Светлостям. И о чем должны понять пациенты, прочтя эти, как их назвал, филькины грамоты?
— С Лизонькой все так серьезно? — граф выдавил вопрос из-за сжатых зубов.
— Да, — коротко ответил я и подойдя к письменному столу взял графин и налил воду в стакан: — Выпейте. Магическими средствами вас успокаивать не хочу, вам, Петр Сергеевич, предстоит решить сложный вопрос. Времени на размышления мало, а гарантий, — покачал головой, — давать не могу и не хочу.
Господин Ланцов дернул шеей, взял в руки стакан и разбрызгивая воду, пальцы у него тряслись, одним махом выпил. Похоже, супругу он сильно любит и боготворит. Всполохи в ауре не оставляют в этом сомнений. Если судить по платью и изысканным украшениям на графине, то он ее еще и балует. Ну, на первый взгляд, но допускаю, что она получила хорошее приданое или сама чем-то занимается. Правда, работать графиням, как и всем аристократкам, считается дурным тоном. Островская не в счет, она исключение из правил. Если говорить про обедневших благородных, то они стараются титулами не кичиться.
— Могу ее перевести к целителям? — задал вопрос Ланцов.
— С большой вероятностью, что Елизавета Викторовна не перенесет дорогу, — отрицательно качнул головой и добавил: — Даже до пролетки и то вряд ли дойдет.
— Она умирает?
— Ситуация сложная, — осторожно заметил я. — Даже где-то критическая. Порезы и некоторые незначительные травмы, в том числе перелом ноги — мелочь. Меня волнует осколок стекла у нее в боку, который застрял со стороны спины. Его необходимо извлечь, но это спровоцирует роды. Насколько понял, то они окажутся преждевременными, а с учетом того, что источники матери и плода слились в одно целое, последствия непредсказуемые.
— Вы поняли, какой у ребенка дар? — хрипло спросил господин с силой сжав стакан.
Послышался треск стекла, пальцы графа белые и по ним потекла кровь. Еще не хватало этого господина лечить! Зато понятно, чья сила досталась ребенку. Удивительно, как женщина вообще забеременела. Ее дар сумел принять темную магию господина Ланцова. Вообще-то, такое не редкость, за тем исключением, что толика той или иной силы должна иметься у обоих. А тут прямо черный источник и абсолютно светлый. Как такое получилось?
— Он ваш наследник, — немного уклончиво ответил я.
— Вы их спасете? — принимая нелегкое решение, спросил Петр Сергеевич. — Поймите, без Лизоньки я не выживу, а она не переживет смерть сына. Мы уже три года вместе и забеременеть моя супруга долго не могла. Целители разводили руками и заявляли, что с нашей противоположной силой такое случается крайне редко, — он вдруг осекся и провел ладонью по лицу, а из горла вырвались неконтролируемые слова: — Господи, зачем я поддался на ее уговоры и привез в город?
— Сделаю все возможное, но вы должны дать на то разрешение, понимая последствия, — спокойно сказал я, подумал и добавил: — Могу вас к ней проводить, но сейчас она спит.
— Если можно, — закусив губу до крови, кивнул граф.
Зачем оплакивать близких раньше времени и винить себя в том, чего не мог предотвратить? Не привозить супругу в город? Чтобы та расстроилась и с лестницы упала или еще что-нибудь произошло. Нет смысла пенять на судьбу, от всего не застраховаться, но и голову необходимо на плечах иметь не только для того, чтобы ртом пищу поглощать. Желательно еще мозг включать, как можно чаще. Правда, случаются ситуации, когда опираться необходимо на эмоции и интуицию.