Мое призвание (СИ)

Полковник сквозь зубы выругался, встал и подошел к пыточному столу, провел пальцами по барабану и веревке.
— Вот ироды, совсем обленились! — покачал головой Аристарх Викторович. — Господин Воронов, не примите на свой счет, но в жизни всяко случается и зарекаться ни от чего нельзя.
— Соглашусь, — кивнул я. — Господин Сбруев, а вы меня так опасаетесь, что ни наручники, ни антимагический браслет снимать не собираетесь? Да, могу вам предложить еще и ноги узникам сковывать, тогда они точно не нападут на нерадивого тюремщика, так опрометчиво роняющего ключи.
— Гхм, — кашлянул полковник и потер шею, — знаете, ваши слова правильны, но они вновь заставляют задуматься. Откуда молодому человеку, не сталкивающемуся близко с правоохранительными структурами все так хорошо известно? Наводит на мысль, что неплохо подготовлены.
Черт, а крыть-то нечем! Действительно, окажись я на месте Сбруева, то тоже неладное заподозрил. В том числе и резко проснувшиеся умения врачевателя отнес на этот счет. К какому бы выводу пришел? Не уверен, но думаю варианты разные просчитывать стал. Лишенный титула и всего имущества мог озлобиться и завербовать такого не сложно. Опять-таки, какое-то время мой предшественник жил тихо и незаметно. Разве не повод для размышлений. Могли ли его обучить за столь короткий срок? Ну, что-то парень и так знал, а если хороший наставник попался, то такое вполне возможно.
— Простите, но вы неубедительны, — вздохнул полковник и сел за письменный стол. — Наша структура подчиняется напрямую императору, но, признаю, мнение высокопоставленных особ приходится учитывать. Нет, извиняться не собираюсь, сами понимаете, служба.
— Другими словами, вы меня отпускаете, — я внимательно посмотрел на невозмутимого жандармского начальника.
— Но оставляю за собой право в вас сомневаться, — спокойно ответил полковник.
— Вы всегда так откровенны? — не удержался от вопроса.
— Случается, — краешки губ Сбруева дернулись, но улыбку он подавил.
Играет! Надеется, что занервничаю и наделаю ошибок. Ну, придется его разочаровать.
— А что насчет обвинений в использовании с моей стороны магии на дуэли? — уточняю и мысленно радуюсь, скользнувшей в ауре полковника тени разочарования.
— Заключение показало, что вы дрались честно, в отличие от ваших соперников, — вынуждено признал Сбруев.
— Аристарх Викторович, позволю дать вам совет, — после небольшого размышления, произнес я.
— Слушаю, Александр Иванович, — подобрался полковник.
— Проследите связи покойного господина Веденеева. Уверен, вас поджидают неприятные сюрпризы. Обвинять покойного не принято, но он преследовал высокие цели и вряд ли действовал один. Темные артефакты и зелье на клинке Аксёнова тому подтверждение. К сожалению, одну из магических вещичек пришлось уничтожить, но, уверен, отыщите еще что-то похожее, — произнес я и демонстративно звякнул наручниками.
— Гаврила! — гаркнул полковник.
— Ваше высокоблагородие, звали! — мгновенно появился на пороге мой тюремщик.
Хотя, нет, никакой он не надзиратель. И как я так ошибся? Сейчас стоит опасный тип, с цепким взглядом и готовый действовать. Думаю, это преданный человек Сбруева, выполняющий специальные поручения.
— Браслеты с господина Воронова сними, — кивнул в мою сторону Аристарх Викторович.
— Сей момент, — засуетился лжетюремщик, вновь превращающийся в простого и недалекого служаку.
Я потер запястья, искоса наблюдая за Гаврилой, который застыл рядом и ждет распоряжений от своего господина. Как он не пытается скрыть свою силу, но для меня она не секрет. На сегодня, такого не одолею в честной схватке, даже с применением дара, очень у парня щиты мощные.
— Что ж, пойдемте Александр Иванович, доставлю вас к тем, кто за вас хлопотал, — поднялся со своего места Сбруев.
Отказываться не стал, самому любопытно, кто за меня словечко замолвил, хотя и догадываюсь о ком речь. Скорее всего, Натали не выдержала и обратилась к Максимилиану. Если что-то ему пообещала непотребное, то заставлю великого княжича отказаться, а компаньонку вместе с Островской выпорю! Устраивают мне веселую жизнь и проблемы создают. И ведь я выдал Сухаревой инструкции, просил не вмешиваться. Но так как уже Кати должна была проснуться, то догадываюсь, что они вместе искали выход и ничего путного не нашли, как побеспокоить сына императора.
 
Мы покинули кабинет дознавателя, прошли коротким тюремным коридором, поднялись по лестнице и вскоре оказались на улице. Нас уже поджидала карета, в которой разместились и поехали. Полковник за мной наблюдает, ни слова не говорит. Его диагностика мягко касается моих ментальных щитов и ищет брешь.
— Аристарх Викторович, вы же убедились, что мою защиту взломать не способны. Почему пытаетесь? — первым нарушил я молчание.
— Простите, привычка, — спокойно ответил тот.
Так и подмывает узнать о его ранении, но сдерживаюсь, этак придется его лечить, чего делать пока не собираюсь. И это не из-за обиды, жандарм и должен так службу нести, но, признаю, пока мы с ним на разных языках говорим и друг другу не доверяем. Уверен, он продолжит искать на меня компромат. Не удивлюсь, что последуют очередные провокации. Господин Сбруев не тот человек, который откажется от своих убеждений. А насчет меня он выводы сделал и считает врагом. Как и ожидал, карета остановилась перед входом во дворец, не парадным, но и не для челяди. Охрана нас без разговоров пропустила, и мы поднялись на второй этаж, где прошли в один из залов. Мне сразу захотелось ругнуться! Баронесса о чем-то тревожится, а сама беседует с Максимилианом. Софья и Минако рассматривают какой-то фолиант и смеются. Две служанки застыли у входа и ждут распоряжений. Сам же зал великолепен! В камине потрескивают горящие поленья, но жар от них не исходит, у окна стоит белоснежный рояль, расписанный золотом. Несколько мягких диванчиков, пяток кресел, журнальные столики. На стенах картины и несколько полок с книгами. Овальный ковер с высоким ворсом закрывает мраморные плиты пола. Похоже, зал предназначен для торжественных вечеров в узком кругу.
— Наконец-то! — воскликнула Натали и в мою сторону дернулась, но ее за руку Максимилиан придержал.
— Добрый день, Ваши Сиятельства, принцесса, баронесса, — произнес господин Сбруев и каждому присутствующему, исключая служанок, вежливо кивнул.
— Виделись, — коротко ответил Максимилиан. — Господин Воронов, надеюсь, вы не обиделись и не оскорбились за случившееся недоразумение?
Жандармский полковник, услышав слова великого княжича чуть заметно поморщился. Похоже, Аристарх Викторович не ожидал, что младший Коршунов так открыто встанет на мою сторону.
— Все нормально, — отмахнулся я. — У каждого свой долг, а не ошибается только тот, кто ничего не делает.
— Правильные слова, — улыбнулась Софья.
— Но за ошибки принято платить, — возразила ей Минако. — В том числе лишаются не только своих званий, но и прилюдно совершают харакири, если им до этого голову не отрубили!
Что на принцессу нашло? Вся кипит от негодования и гнева. Мы с ней даже толком незнакомы, а она уже на моей стороне выступает. С чего бы такое внимание?
— Не за такие деяния, — возразил я, а потом добавил: — Служивых людей, стоящих на страже империи понимаю. Работа у них такая и зачастую необходимо перестраховываться, но не превышать границы разумного и следовать логике с фактами.
— Неожиданно, — задумчиво произнес полковник, ни грамма не расстроившись выпаду японочки.
— Раз все улажено, то предлагаю совместно отобедать, — предложил Максимилиан. — Господин Сбруев, господин Воронов, надеюсь, вы составите нам компанию. Кстати, ваша компаньонка уже дала на то свое согласие, — он посмотрел на Натали, у которой мгновенно щечки запылали.
— Гм, мне бы с баронессой несколько моментов уточнить, — произнес я.
— Я бы с радостью, да есть несколько неотложных дел, — осторожно заметил полковник, задумчиво смотря на великого княжича.
Аристарх Викторович показывает свою независимость, но и не забывает про уважение. Опять-таки, он окажется в компании самый старший, по возрасту годящийся в отцы. Прекрасно его понимаю, в том числе и то, что пренебречь таким приглашением он не в праве.