Мое призвание (СИ)

— Что у тебя? — оторопела Софья. — Господи, Минако, да зачем тебе это? Неужели учителя не надоели со своими нравоучениями и требованиями выполнять домашние задания?
— Не по всем предметам, — уклончиво ответила принцесса. — Понимаешь, общедоступные знания мне не так интересны. Любопытно познать что-то необычное, овладеть такими умениями, о которых мало кому известно.
— И в какой области? — удивленно спросила великая княжна, делая знак служанке, осторожно заглянувшей в гостиную: — Марго, заходи мы с Минако тебя заждались. За чашечкой кофе разговаривать всяко интереснее. Ой, или тебе чай? — она посмотрела на японочку.
— Кофе люблю, — коротко ответила та.
Девушки разместились в креслах, между ними журнальный столик, на котором две чашки с горячим напитком и вазочка с конфетами. Они мило болтали, а спустя полчаса к ним присоединился Максимилиан. Он уже в курсе, что вчера подруги отнесли баронессе Сухаревой приглашение на бал и теперь желает узнать, приняла ли она его. Но великая княжна и принцесса, словно сговорившись, уходят от ответа! Софья желает на братце отыграться, но и однозначного ответа не способна дать. Натали сослалась на своего партнера, который куда-то запропастился, мол без него она не пойдет, а каковы у господина Воронова планы ей неведомо. Каково же было удивление всех троих, когда в гостиную вбежал адъютант Максимилиана и забыв про этикет выпалил:
— Ваше Сиятельство, неотложное дело! Баронесса пришла и на ней лица нет! — аура у парня взволнована, но он понял, что допустил непростительный промах. — Извините, — вытянулся по стойке смирно, — здравствуйте Софья Матвеевна, приветствую вас принцесса Минако.
— Что ты до этого сказал⁈ — вскочив со своего места, спросил Максимилиан.
— Ваша Светлость, мне необходимо доложить вам, — начал адъютант, но Софья его перебила:
— Я правильно поняла, что пришла госпожа Сухарева? Поручик, отвечайте! — властности в голосе девушке мог бы позавидовать любой офицер.
Великий княжич оценил приказной тон сестры, обязательно ей укажет, что использовать дар таким образом нельзя.
— Да, уже час или больше пытается попасть на аудиенцию, — ответил поручик.
— Сколько⁈ — взревел Максимилиан. — Охрана белены объелась⁈ Почему не доложили⁈
— Не могу знать! — отрапортовал адъютант, ощутив сгущающиеся тучи над его головой.
— Мне кажется, что следует немедленно принять госпожу Натали, — рассудительно произнесла Минако. — Наказать тех, кто допустил промах, всегда успеете.
— Приведите к нам баронессу, — велела Софья, делая брату «страшные» глаза, чтобы тот взял себя в руки и не показывал обитателям дворца, что готов к просительнице бежать сломя голову.
— Понял! — кивнул поручик и посмотрел на великого княжича.
— Бегом, — сквозь зубы прошептал тот и адъютанта словно ветром сдуло.
А спустя пять минут, когда внешне спокойный Максимилиан уже извелся, в гостиную вошла бледная Натали с красными глазами, растрепанной прической, припухшим лицом и сильно нервничающая. Баронесса решилась на такой шаг, когда стало очевидно, Сашу из жандармерии на намерены отпускать. А слухи про это заведение ходят разные, некоторые и вовсе считают, что невиновные оттуда не возвращаются. Но господин Воронов точно не мог совершить преступления против империи, она в этом на сто, нет, на тысячу процентов уверена. Да и Островская готова дать показания, вот только не смогла с ней отправиться, передвигается с трудом. В двух словах рассказала, что случилась и в надежде посмотрела на великого княжича. На него она надеется и готова пожертвовать всем, лишь бы во всем честно разобрались и Александра Ивановича, ее благодетеля и компаньона, освободили.
  
Глава 16
 
ПОМОЩЬ ДРУЗЕЙ
 
Глава 16. ПОМОЩЬ ДРУЗЕЙ
Что-то про меня все забыли! Дознаватели на допрос не спешат вызывать, надзиратели к двери не подходят и в смотровое окошко не изучают чем занимаюсь. Кстати, это они зря, расслабились и мышей не ловят. Я вот одну такую приманил и навесил на нее исследовательскую руну. Необходимо разобраться с внутренним расположением, а потом думать, как отсюда выбираться. Ну, нет, с боем прорываться на свободу буду в крайнем случае, но его необходимо подготовить. По ощущениям, время движется к обеду, антимагический браслет мне почти не мешает, я его влияние ослабил и готов порвать плетение связи артефакта со стенами в любой момент. Правда, взять под контроль местную магию не хватит ни времени, ни сил, в этом отчет отдаю. Следовательно, не так-то просто побег устроить. Другой вопрос, что потом делать? Покидать империю нет никакого желания. Останется где-то на ее просторах затеряться. Насколько понимаю, это сделать легко, достаточно уехать подальше и тихо спокойно жить, но к такому не привык. Вновь ведь попаду в какую-нибудь переделку.
 
— И где эта мышь запропастилась? — задал вслух вопрос и постарался пробиться за выставленные в камере щиты.
Не получилось, блокировка хорошо работает и мои магические потоки мгновенно обрываются, стоит им за дверь пробиться или через решетки окна проникнуть. Преодолеть стены и вовсе невозможно, если только их не разрушить. Остается ждать у моря погоды! И вот наконец-то лязгнул засов, раздался скрип петель и послышался голос надзирателя:
— Господин Воронов, на выход!
Хм, никакого уважения в голосе и ощущаю активный боевой артефакт. Погорячился я насчет охраны, она свое дело знает и готова к любым неожиданностям. Молча направился в коридор, но выйти не успел, послышался еще один приказ:
— Стоять! Руки за спину и не двигаться.
Подчинился, но непроизвольно скрежетнул зубами. А в камеру зашли двое жандармов, один встал напротив, а второй, поигрывая наручниками меня обошел и мои запястья сдавили холодные ободы металла.
— Идти медленно, по сторонам не смотреть, за неподчинение и ослушание бьем без предупреждения, — произнес один из тюремщиков.
Интересно, какие дальнейшие шаги полковник предпримет? Я бы на его месте попытался спровоцировать побег, тогда появятся хоть какие-нибудь улики.
— Василий стой! — раздался чей-то выкрик. — Тебя старший смены вызывает. Гаврила один справится, чего его вдвоем-то конвоировать!
— Иду, — сказал один из моих тюремщиков.
Ха, а я ведь угадал, не пройдет и пары минут, как Гаврила сделает вид, что допустил промах и лучшей возможности для побега узнику придумать невозможно. Так и оказалось, ключи он уронил от замка решетки, перегораживающей проход. Связка чуть ли не к моим ногам упала, а тюремщик чертыхнулся и стал медленно наклоняться, подставляясь под удар. Интересно, а чем они думали, когда на руки за моей спиной надели наручники? Или рассчитывали, что ноги в ход пущу? Жду, активных действий не предпринимаю. Разочарование прочел в глазах тюремщика, но только усмехнулся. Слабенькая провокация, непонятно на кого рассчитанная. С другой стороны, кто-нибудь отчаявшийся и чувствующий вину мог бы и не сдержаться.
— Задержанный доставлен, — доложил тюремщик все тому же полковнику, когда отконвоировал меня в допросный кабинет.
А вот тут есть на что посмотреть! Конечно, до пыточной это не дотягивает, но дыба присутствует, как и специфические инструменты в дальнем углу на столе, а еще два ведра с водой. Признания выбивать дело неблагодарное, от боли такого способны наговорить, что диву даешься. Но и случается, когда требуется получить информацию немедленно, а магическое воздействие не срабатывает, как и к зельям у врага иммунитет. Тогда-то и идут в ход обычные методы допроса в полевых условиях, как во время войны.
— Подумали? — поднял на меня взгляд Сбруев, когда конвоир покинул кабинет. — Александр Иванович, не хочу идти на крайние меры, но у меня нет времени. Если откажитесь, то кликну Гаврилу, он парень простой, почки на раз отобьет, простите за жаргон, но ссаться под себя начнете.
— Уверены? — хмыкнул я. — Знаете, запугивание один из методов дознания, но оно зачастую не выявит правды. Кто-нибудь себя от страха и оговорить способен. А судя по тому, что тут наблюдаю, то и вы не сторонник такого подхода. Конечно, инструменты и дыба впечатляют, но ваши сотрудники обленились, нет чтобы тут изредка убираться и свежей кровью все забрызгивать, а то слой пыли на полу и ремнях, инструменты даже не блестят!