Реликтовый мир (СИ)
Когда навстречу вылетел еще один парящий головастый, я резко свернул в коридор между горами плоти, но выбежал прямо на третье существо. Мантия, оказавшаяся свободно висящей кожей, раскрылась в районе груди, и меня резко ухватила конечность с длинными и гибкими пальцами. Я попытался сопротивляться, но лишь беспомощно дергался в воздухе, пока захватчик куда-то меня нес.
Мы покинули поле с амебами, и я увидел огороженный загон, в котором стояли здоровенные мясные шары. Несущий меня головач свистнул, и несколько ближайших шаров развернулись, встали на множество сегментированных ног и раззявили беззубые пасти. Видя, что меня собираются скормить одной из этих тварей, я отчаянно забился. На мгновение удерживающие меня пальцы ослабили хватку, но в следующий миг я уже летел в пасть мясного шара, и надо мной сомкнулась темнота.
Глава 11
Прохладная упругая поверхность совершенно не реагировала на мои удары, попытки укусить или поцарапать. По крайней мере здесь сухо, и меня пока не растворяет желудочным соком, но кто знает, какой принцип пищеварения у этой твари? Может, скоро стенки резко сомкнутся, перемолят меня в кровавый смузи, и я стеку в какой-нибудь слив.
Однако, вскоре я понял, что тварь куда-то перемещается. Никакой тряски или звуков снаружи я не ощущал, но чувство направления подсказало, что я удаляюсь от Даны. С досады я пнул равнодушно отпружинившую стенку. Непроизвольно вырвался истерический смешок с оттенком горечи. Побежал спасать девушку, когда даже себя не могу защитить! Я ничего не смог сделать, когда ее забрали, но тешил себя иллюзиями, что смогу все исправить.
И те слова Цхака о том, что я старший, и меня не убить. Хоть я и посмеялся, но они подкрепили мою растущую уверенность в собственной неуязвимости, и что теперь? Паук благополучно свалил и теперь наверняка смеется над глупым человеком, которого слопала фрикаделька на ножках.
Устав наконец от бесполезных самобичеваний, я принялся ощупывать свою темницу. Но ладони лишь скользили по гладкой поверхности. Потолок оказался выше моего роста, поэтому пришлось попрыгать, чтобы дотянуться. Только и здесь я ничего не нащупал.
Я принялся размышлять о том, что у меня должны быть силы и помимо кулаков. Каким-то же образом я впитал жизнь яйца и уничтожил все живое в том озере под ним! Я мгновенно обучился языку Даны и теперь физически ощущаю с ней связь, смог восстановить свое обглоданное практически до кости тело. Если не удается выбраться грубой силой, значит надо использовать чертову магию!
Я уселся и постарался очистить голову от мыслей. Уже много раз я впадал в это странное состояние и видел себя со стороны, и каждый раз со мной что-то происходило. В основном это было во сне, но на водопаде у меня получилось войти в похожее состояние, не засыпая. Может, если удастся сейчас, я найду выход из этого мясного мешка.
Сосредоточиться оказалось трудно. Я постоянно сбивался, спотыкался о свои мысли. Кажется, вот-вот удастся уловить нужное состояние, но оно продолжало ускользать от меня. И тут стенки стали резко сжиматься. Неужели, меня все-таки перемолят? Вот так просто. Но в следующий миг меня вытолкнуло наружу. Я сощурился от света, но не успел даже пикнуть, как что-то оплелось вокруг моего тела и спеленало словно куколку.
Рядом раздался голос, произнесший что-то на гортанном языке. В голове появилось знакомое странное ощущение. Кажется, подобное я испытывал, когда Дана заговорила со мной после пустыни. И когда Цхак пробовал со мной общаться своими паучьими эманациями. Захотелось почесать свой мозг.
— Странный какой-то, — продолжил голос. — Никогда не видел у них такой цвет кожи.
— Неси в приемник, там разберутся, — ответил ему другой, и я ощутил движение.
В «приемнике» скомандовали отнести меня к некоему Сварину, который, судя по тону, весьма обрадовался.
— Неужели что-то новенькое! — возбужденный голос пророкотал по помещению, отразившись эхом. — Ну-ка посмотрим.
Путы ослабли и сползли, и я дернулся при виде склонившейся надо мной твари.
— Тихо-тихо, — десятки тонких рук существа цепко ухватили меня, зафиксировав на ровной поверхности. — Неужто ты из нового вида элисов? Или это мутация?
Неподалеку раздался стон, полный боли. Краем глаза я заметил, что рядом стоит нечто вроде бежевого постамента, на котором что-то дергается. Повернуть голову и что-то разглядеть я не мог из-за удерживающих меня конечностей.
— К тебе я вернусь позже, тут принесли кое-кого поинтересней, — обратился Сварин в ту сторону. На его морде раскрылось несколько полостей, из которых на меня уставились глаза разных цветов и размеров.
— О! — воскликнула тварь, и мое плечо ожгло болью. Пара маленьких рук растянула кусок моей кожи и один из глаз Сварина вспыхнул. Я яростно задергался, но в шею мне что-то кольнуло, и тело стало ватным.
Я отстраненно наблюдал, как местный анатом опустил мое обмякшее тело на стол и принялся деловито срезать кусочки своим бритвенно-острым когтем, пользуясь им вместо скальпеля. Вивисектор с любопытством просветил глазами кусок мышечного волокна, изучил пучок моих волос, оторванный ноготь, а затем принялся вскрывать брюшную полость.
Я перестал что-либо ощущать, и наблюдал за всем со стороны. Лаборатория Сварина оказалась весьма просторной и больше напоминала ангар. Нужные рабочие поверхности вырастали прямо из пола. В одной части помещения в ряд были выложены трупы разных существ. Другую часть занимал разобранный до скелета корас. Судя по остаткам, этот ездовой био-титан намного крупнее того, что я видел у Даны. Похоже, Сварин и его помощники часто сталкиваются с элисами. И меня они приняли за их экзотичного представителя.
— Похоже, этот столкнулся с кальдами и умудрился выжить, — донеслось тем временем бормотание моего потрошителя.
Мое внимание привлекла соседняя со мной рабочая поверхность кровожадного ученого. Лежащее там существо отчаянно боролось с действием парализующего наркотика. Вскрытое тельце было маленьким, высотой не сильно больше метра. Я бы принял ее за ребенка элисов, но своими пропорциями она больше походила на уменьшенную взрослую. Вместо светлого голубоватого оттенка кожа миниатюрной элиски была ближе к бирюзовому, а изо лба кверху загибались небольшие покрытые кожей рожки. Кончик одного из рогов был отпилен, на месте одного из глаз зиял провал, во вскрытой шее торчала трахея, коленная чашечка была удалена и лежала на отдельной поверхности вместе с остальными удаленными частями. Но несмотря на плачевное состояние, это существо с удивительным упорством пыталось вернуть контроль над своим телом. Ее единственный глаз был направлен на занятого мной мучителя, а в голове горела жажда расправиться со Сварином.
Я чувствовал бурлящую в элиске силу, которая не могла выйти без доступа к телу и ядру, выступающим посредниками. Похоже, какое-то вмешательство в ее организм нарушило связи. Коснувшись сознания подопытной, я пропустил ее силу через себя. Только не через того, что лежал на столе, а через свое «эфирное» тело. Цепь замкнулась и Сварин вдруг взорвался, обдав все вокруг брызгами своей фиолетовой крови.
Я рывком вернулся в свое тело. Действие наркотика стало отступать, и я зашипел от боли в разрезанных местах. Плоть стала стремительно восстанавливаться, но ублюдок успел хорошенько покопаться в моих внутренностях. Меня стошнило кровью, и я закашлялся, от каждого движения пронзаемый болью.
Вскоре боль немного отступила, а в голове стало проясняться. Я скатился со своего лежбища и поднялся на подгибающихся ногах. Оглядевшись вокруг, я с удовлетворением отметил, что ученый-садист довольно ярко ушел из жизни и оставил после себя на полу абстрактную картину в стиле Поллока.
Нужно срочно выбираться отсюда. В стенах лаборатории я разглядел мембраны, по-видимому заменяющие двери. Я оглянулся на распростертую соплеменницу Даны. Конечно же я не могу ее здесь оставить.
Подобрав с пола коготь Сварина, я подошел к столу мини-элиски, срезал фиксирующие ее захваты и поднял тельце, оказавшееся на удивление тяжелым для своих габаритов. Для моих новых возможностей это был пустяк, но эта полурослица по ощущениям весила даже больше моей похищенной подруги.