15 лет спустя (СИ)

— Ужас, — дёрнулся Белый. — Как представлю такое рядом с ребёнком, то страшно…
— Это потому, что ты никогда не встречался с ними. А я вот тоскую вспоминая. Более преданного и ласкового существа я никогда в своей жизни не встречал.
— Ладно. Пусть будет, как ты сказал, Нумнум?
— Нумнор.
— Согласен. Только, пожалуйста, избавь этот образ от тех свойств, что ты сейчас расхваливал. Мне не хотелось бы, что б там все умерли от нежности и любви.
Свар повернул голову.
— Ты бываешь иногда невыносимым пошляком, Белый. И циником. Не забывай с кем ты рядом. Я ведь не только слышу слова, но и вижу то, что их сопровождает. Не хочу сейчас комментировать все мерзости, что у тебя пронеслись в голове — это не совсем мне понятно, но ты прав, пусть будет только внешняя оболочка, а вот содержание… Я пошёл…
Белый вдруг вспомнил слова Натальи.
— Свар, секунду. Наталья, помнишь, говорила о братьях, что дежурили в центре. Попробуй их не затронуть.
Древний кивнул.
- -
Подойдя к двери, Олег пару раз нажал на кнопку самого обычного звонка, отметив, что здесь даже аналога домофона нет, так что говорить какие-либо слова, что он заготовил, не имело смысла. Не дождавшись никакой реакции, поднял голову и посмотрел по сторонам. Увидев крохотную видеокамеру, пальцем показал на себя и на дверь — мол, впустите, если именно меня ждёте.
Подождав ещё, и не услышав никакого шевеления за дверью, Белый демонстративно покрутил пальцем у виска. Затем, растегнув молнию, неторопливо помочился на дверь и, продемонстировав в камеру гордо задранный средний палец, повернулся ко входу спиной и медленнол пошёл прочь.
Свар, тем временем, выйдя за пределы обзора камеры, прислонился лбом и ладонями к стене. Он был настолько напряжён, что издали казалось, его тело словно мерцает, то появляясь, то исчезая. Ощутив в сознании, что его посыл достиг всех, находящихся в подземелье, отстранился от стены. Посмотрел на свои трясущиеся руки, которые, под неодобрительной ухмылкой, вновь засунул в карманы куртки.
— «Да… Всё же слабые тела в это время. Мне бы моё вернуть. Хоть ненадолго»…
Свар поспешил за Олегом и вскоре, догнав, они уже вместе зашли за угол дома, где в боевой готовности стояли восемь бойцов спезназа, а за ними сгрудились ОМОНовцы.
От последней группы к мужчинам метнулся один бугай, который хотел схватить Белого за капюшон куртки с воплем. — А эти уроды что здесь делают? — но внезапно, без всякой посторонней помощи, споткнулся на совершенно ровном месте и кубарем покатился к спецам, врезавшись в центр их группы.
Раздались еле слышные маты, а следом не понятно от кого именно, но довольно сильный и, главное, обидный пинок под зад сидящему на асфальте.
Терентьев, видя суматоху, подскочил к омоновцу. Схватил его за разгрузку и рывком поднял. Глядя прямо в глаза, прошипел.
— Ты …… что творишь? Где было велено стоять оцеплению?
— Нам было приказано занять Вашу позицию, когда группа захвата выдвинется вперёд, — залепетал офицер.
— Ты нас не видишь в упор? Мы где? Там, где и были. Исчезни с глаз моих, не доводи до греха…
Тот, увидев покрытое красными пятнами лицо взбешённого полковника, замер, а потом, замахав руками своим, бегом увёл всю группу, что должна была стоять в оцеплении метрах в тридцати от спецназа.
- -
Минут десять ничего не происходило, но напряжение достигло предела. Тем более что последнюю минуту откуда-то, на грани слышимости, стала доноситься беспорядочная стрельба. Палили не переставая, буквально на расплав стволов. Изредка слышались глухие хлопки.
— В ход пошли гранаты, — тихо прокоментировал один из спецназовцев. — Бьются сильно, только с кем?
— Скоро узнаем. Тишина. Внимание на входную дверь, — остановил разговоры полковник. — Повторяю, первыми не открывать огонь. Надо взять хоть…
Его слова прервала хлопнувшая о стену металлическая дверь. Выскочивший оттуда мужчина, выдернув кольцо, кинул в покинутый коридор гранату. Из проёма вынесло клуб дыма и пыли, но боец не расслаблялся — выпустил в проём из автомата остаток магазина. Сбросив пустой, стал искать запасной, но, не обнаружив, полез в кобуру за пистолетом. Осознав, что личное оружие отстствует, откинул в сторону автомат и, выхватив нож, встал, ожидая нападение противника.
 
— Свар, — прошептал Олег, наблюдая эту картину. — Выруби его — хоть один, но нужен живым. Всё равно на свободе не останется. И… убери у него из памяти всех твоих домашних животных.
Свар покосился на Олега, но промолчал, концентрируя внимание на неизвестном.
Тот, внезапно покачнувшись, выпустил из ослабевшей руки нож. Медленно опустился на колени и склонил голову. Со стороны казалось, что из человека выпустили воздух.
Олег коснулся руки Терентьева.
— Стас, берите его, пока не пришёл в себя.
И, не дожидаясь дополнительной команды, двое спезназовцев рванули вперёд. Спустя пару секунд мужчина был положен лицом на асфальт и его руки сзади были скованы наручниками. Похватив под руки лежащего, офицеры подняли его и потащили к углу здания, за которым расположились все остальные, а потом и к служебному автомобилю.
Терентьев повернулся к Свару, понимая, что здесь на эту минуту именно он главный.
— Наши дальнейшие действия?
Древний опустился на асфальт и лёг лицом вниз. Закрыл глаза и замер.
Все с изумлением смотрели на распростёртого мужчину, который, казалось, перестал подавать признаки жизни. Со стороны казалось, что тот вообще не дышить.
Так прошла одна минута… Вторая… Третья…
Спина Свара дрогнула, и он медленно поднялся.
— Их было одиннадцать, — прошептал Древний. — Десять осталось внизу. Живых нет. И ещё. Там трое гражданских… Было… Их убили с полчаса назад.
Он глубоко вздохнул и медленно, с шумом выдохнул. Сделав шаг к Терентьеву, сказал тихо, но так, что услышали все вокруг.
— Можете заходить, но лучше вперёд пустить специалистов. Тех, кто умеет обращаться с различными минами и непрятными сюрпризами. Как предполагаю, в подземелье этого добра достаточно.
Полковник подал знак и два спецназовца, передав коллегам личное оружие, подняли с земли тяжёлые сумки и направились к входу в подземный комплекс, где стали одевать тяжёлую защитную одежду. Через пару минут к ним присоединилось ещё четверо коллег, уже полностью готовых к выполнению своих обязанностей.
Белый, понимая, что здесь всё закончено и их присутствие может вызвать лишние вопросы, попросил Стаса уделить пару минут. Отойдя чуть в сторону, Олег пригвоздил полковника к месту своими словами.
— Мы доказали свою незаменимость? Если да, то прошу ответить сейчас — ты берёшь нас собой или мы, как я уже говорил, действуем автономно? Твоё решение?
Полковник опешил — он совсем не был готов именно в данную минуту дать ответ, но деваться было некуда.
— И, пожалуйста, полковник, без предварительных условий, — добавил Свар. — Малейшее принуждение против воли и мы покинем Вашу компанию.
— Черти, — промычал Стас. — Прижали к стенке. Хорошо. Я согласен. Отъезд завтра в десять тридцать. Довольны? Что ещё от меня хотите?
— Что? — ухмыльнулся Белый. — Хотим тебя попросить организовать машину, что отвезёт нас в гостиницу. Более ничего. Нам нужно что-нибудь перекусить, да поспать. Уже два ночи, а время идёт. И отправь завтра кого-нибудь за нами в гостиницу. К десяти утра будем стоять на улице.
Терентьев, подозвав жестом одного из офицеров оцепления, сказав тому несколько слов, кивком показал на Свара и Олега. Его собеседник кивнул и взмахом руки пригласил мужчин следовать за ним.
Миновав ещё два кольца оцепленния, проводник-офицер подвёл мужчин к машине полиции и, отдав приказ водителю, пригласил садиться, а сам вернулся обратно.
Водитель — сержант полиции, уточнив адрес, завёл двигатель и, включив помимо мигающей «люстры» ещё и сирену, помчался по городу, распугивая другие машины и запозднившихся пешеходов.
Ехать было недалеко, к тому же сержант подсказал где сейчас можно вкусно и быстро перекусить. Олег, решив, что лучше поесть горячее, чем довольствоваться бутербродами, поблагодарил водителя и отпустил машину.