Зов девы. Да распахнутся крылья (СИ)

Раздражённо потёрла лицо руками. Прикрыла глаза. Ну и как я собираюсь узнать природу этих камней? После скандала с матерью не представляю, как заявиться к родственникам. Наверняка же уже всех подняли на уши…
Из груди вырвался сдавленный стон.
Во что меня втянула Видослава?!
Взгляд зацепился за жёлтый камень в луче и центральный камень со странным окрасом. Можно подумать, что это планета Земля в миниатюре.
Серебряный кулон по весу был достаточно лёгким, но у меня было такое чувство, что на меня ярмо повесили.
И что теперь?!
«Позови меня» — услышала ответ на свой немой вопрос.
Ошарашенно уставилась перед собой и часто заморгала.
— Наденька, с тобой всё в порядке? — Василиса Ивановна внимательно рассматривала меня.
— Я просто устала от всей этой магической чертовщины, — я поднялась на ноги, повела плечами и потянулась, чувствуя приятный хруст и растяжку мышц. — Приди мой хранитель.
Ярчайшая вспышка заставила ослепнуть на какое-то время, но стоило мне проморгаться, как остолбенело, уставилась на своего хранителя.
— Да ладно?! — я истерически рассеялась. — Это прямо форменное издевательство!
— Как раз наоборот, — нежный голос ангела отозвался теплом в моём сердце, — я добровольно возжелала защитить тебя, что и делала на протяжении всей твоей жизни.
Мой взгляд скользил по знакомому лицу ангела, находя всё больше схожих черт с собственным, но глаза неумолимо видели перед собой Видославу.
— Дорогая, я знаю, сколько вопросов вертится в твоей голове, но боюсь, сейчас придётся обождать. Есть кое-что поважнее — ангел перевела взгляд на застывшую с удивлённым лицом Алину. — Твоя подруга пробудилась, но не позволяет себе принять это. Её неуверенность не даёт проявиться её хранителю.
Алина вздрогнула, осознав, что речь о ней. Тихоня опустила голову, пряча лицо за распущенными волосами.
Ну и что мне делать?
В глубине поднималось раздражение. Я недовольно цокнула языком. Тяжело сопротивляться собственным эмоциям. Давно хотелось их выплеснуть.
Сделала шаг к Алине, а та попятились. Детский сад. Схватила её за руку, привлекла к себе обнимая.
— Алька, глупая, — тихо проговорила, осознавая, что не разбей её скорлупу, всем придётся туго, — ты же пробудила свой дар. Почему не выпускаешь его? Твоя бабка меня уже с того света преследует. Избавь меня от общения с ней!
— Что?! — Алина в ужасе отпрянула, ища мой взгляд.
— Я не шучу, — я серьёзно взглянула на девушку, — Твоё пробуждение замедлило заклятие Охотника. Тогда, в спортзале…
— Так вот почему мне удалось успеть! — Василиса Ивановна восторженно воскликнула.
— Именно, меня словно кокон окутал, вырывая из тёмной пучины.
— Но при чём тут я?! — Алина опять готова была разреветься.
— Аля, пробудившись, ты не выпустила хранителя, но твоя энергия сконцентрировалась во мне. Неосознанно, видимо… — Тихоня продолжила неверующе смотреть на меня.
— А бабуля? — пискнула она.
— Твоя бабуля… — передразнила я Алину, но спохватилась. Она-то не виновата, что я попала в капкан Охотника.
— Она беспокоится о тебе. — я обернулась на голос хранительницы. Поймала её нежный взгляд. Она знает лучше всех мои чувства и мысли. Что ж, придётся привыкать к этому.
— Аль, — я положила руку девушке на плечо, — Сейчас не время сомневаться. Нас ждут
— Хозяйка…
Я уже не слышала, как шипела кошка, заворожено наблюдавшая, как от синего камня в кулоне исходит мерное сияние. Окутав меня, оно устремилось к Алине. Вспышка резанула по незащищённым глазам. У меня выступили слёзы, сквозь пелену которых я увидела огромные алые крылья.
— Благодарю тебя, Избранная, — чуть склонив голову, проговорила огненнокрылая ангел. От её обращения меня передёрнуло.
«Не морщись, привыкай» — прозвучал в сознании нежный голос, словно прошелестел ветерок. Я обернулась на своего ангела и обомлела…
Увидев отражение древней колдуньи во внешности хранительницы, я не обратила внимания на её крылья…
— Серебряные, — благоговейно прошептала, рассматривая блики и переливы крыльев на свету. — Серебряные крылья.
 
— Наши крылья — отражения ваших душ, маленькая колдунья, — мелодично проговорила Алина хранительница. Её подопечная переводила взгляд с одного ангела на другого.
— А сияние? Что оно значит?
Хранительницы не успели ответить. Раздался звон битой посуды, привлекая внимание.
Обернувшись, увидела, как Василиса хватается за стол, сбивая с его поверхности все свои пиалы и склянки.
Моя хранительница в считанные секунды подлетела к женщине, помогая сохранить равновесие.
— Яна, моя Яночка… — совершенно бессмысленно и нехарактерно для самой себя, лепетала старая колдунья.
— Василиса, придите в себя! — моя хранительница неожиданно встряхнула женщину. — Вы видели ведение?
— Видослава?! — удивлённо воскликнула колдунья, разглядывая ангела.
— Нет, всего лишь мой ангел, — подала я голос.
Что там говорила эта девчонка?! Найдёшь меня — тогда и поговорим?! Погоди у меня! Не знаю уж, что там стряслось, но мы встретимся, Видослава!
В сознании раздался приглушённый смех, что разозлило меня ещё больше!
Она ещё подслушивает?! Лучше бы помогала, а не хихикала в сторонке!
— Василиса, что вы видели?! — я зло воскликнула, подавляя в себе желание что-нибудь разбить.
— Я не имею права…
— Вы отошли от дел в тот же момент, когда пробудилась новая Прорицательница! — я резко оборвала женщину. — Либо вы сейчас говорите, что произойдет и где, либо как я поняла, юные колдуньи умрут раньше таинственного ритуала!
Неосознанно я сама себе дала подсказку. Смерть во сне.
— Они в лесу? Недалеко от озера? — я тряхнула головой, отгоняя дурное предчувствие, и спросила Василису Ивановну. По удивлённо-расширенным глазам, поняла, что оказалась права в своих догадках. — Тогда поспешите отправить нас к девочкам. Им нужна помощь.
— На-ас? — чуть запнувшись, уточнила Алина.
— Нас! Придётся переступить через свои страхи, Аля! — у меня самой холодели руки от одних воспоминаний, как моё сердце останавливалось, но… одна мысль о том, что мой кошмар может стать явью, если мы срочно что-то не предпримем, подхлёстывает меня к действиям.
— Хранительница, научи её, как призывать силы, мяу-у… — подала голос кошка, но увидев мой недовольный взгляд, попыталась спрятаться под кровать.
— А ты, Знайка, идёшь с нами! — резким движением схватила Лили за шкирку, не дав ей спрятаться, заявила я, наблюдая умилительную картину — поджатые лапки и молящие глазки. — И не строй мне тут невинность! Уж слишком ты осведомлена!
— Надя, послушай, — не обращая даже внимания на кошку в моих руках, ангел протянула ко мне раскрытые ладони. — Сейчас ты испытываешь не самые радужные эмоции, но это нам даже на руку. В твоей душе такой коктейль чувств из страха, раздражения и злости, что хочется выплеснуть наружу, так? — я, молча, кивнула. — Представь, что ты формируешь из этих эмоций шар, соединяя их, — я прикрыла веки, представляя, как во мне теплиться яркий, пульсирующий шар, в котором мечутся мои же эмоции, которые хочется выплеснуть, — Так, правильно, а теперь пропусти этот шар через себя, представь, что ты держишь его в своей ладони, как держишь теннисный мяч.
Стоило мне представить это, как что-то тёплое, чуть весомое, оказалось зажато в моей ладони. Распахнув глаза, я удивлённо разглядывала пульсирующие сполохи, зажатого в руке иссиня-чёрного шара.
— Так, достаточно пока, молодец, — ангел аккуратно накрыла мою ладонь своей, — опробуешь его в деле, как перенесёмся к твоим подругам.
«Теперь нет сомнений, что это она!» — я вскинула голову, устремляя взгляд на старую колдунью. Я готова поклясться, что слышала голос Василисы, но женщина поражённо разглядывала, проглядывающуюся через наши с хранительницей ладони, сферу.
«В тебе проснулась эмпатия, — успокаивающий голос ангел раздался в сознании незамедлительно, — Слишком рано, но это умение может сейчас помочь тебе, — я удивлённо моргала, смотря в лазурные глаза хранительницы, — Какое-то время ты будешь неосознанно слышать мысли окружающих, но я научу тебя справляться со своим даром… Со всеми, что проявятся в тебе».