Другим путём (СИ)
— Ну, мы так и будем плестись в колонне до самой Москвы? — усмехнулся Громов, сидя на переднем пассажирском сидении.
— Дядя Родион… я как бы теорию знаю, но вот практически ещё не очень, — покачала она головой.
— Родик, не налегай на девочку, — поддакнула Анжела. — Для первого выезда она вполне себе едет… даже не вихляет…
Проехав около десяти километров, Громов дал команду развернуться на развилке с каким-то селом. Настя вполне квалифицированно выполнила манёвр и начала наращивать скорость, когда её обогнал какой-то лихач на «ГАЗ-24» кремового цвета, да ещё протяжно посигналил при этом. Обогнал так, что девушке пришлось даже прижаться к обочине. В этот момент в её голове что-то щёлкнуло, словно нагрянули воспоминания какого-то гонщика. Она мстительно посмотрела на удаляющуюся машину обидчика и внезапно прибавила газа. Когда движок достиг четырёх тысяч оборотов, она неожиданно включила турбонаддув. Родион только успел повернуть к ней голову, когда «Тройка» рванула вперёд на форсаже.
— Ты что творишь?? — Громов попытался осадить проснувшийся кураж Насти.
— Пофиг, пляшем! — рявкнула она, выводя машину на скорость в 140 километров в час. Обидчика она достигла за пару минут, и хорошо, что на встречке образовался довольно большой прогал между идущими навстречу автомобилями. Кабриолет лихо обошёл ту самую кремовую «24-ку», а Настя при этом показала её водителю неприличный жест средним пальцем правой руки. Напрасно тот пытался догнать диковинную модификацию «Люкса» — машина, несмотря на все его потуги и попытки «раскочегарить» своё авто до приемлемой скорости, всё отдалялась и отдалялась. Родион увидел в боковое зеркало, что «Волга» внезапно притормозила и съехала на обочину.
— Нам скоро поворачивать, — проинформировал он любительницу экстремального вождения. — Твой обидчик тормознул… видимо, что-то случилось с тачкой… так что сбавляй скорость.
Девушка просто кивнула и плавно сбавила скорость, заодно выключив турбину. Дальнейшее путешествие превратилось в рутину. Рокотова-младшая без лишних вопросов добралась до цеха и, аккуратно въехав туда, выключила зажигание.
— Настя, что с тобой случилось? — нахмурил он брови. — Почему ты так сразу и кардинально поменяла стиль вождения на трассе?
— Понимаешь, дядя Родион… ко мне вдруг пришло какое-то интересное чувство… как будто я проснулась и внезапно вспомнила как водила раньше… Как будто это я, и в то же время не я… Вот не могу больше никак объяснить…
— Ничёси… — мотнула головой Анжела. — Родик, это у неё что, подсознание включилось? Я слышала, что бывает такой эффект после ментального обучения.
— Дать бы тебе по шее за такую халтуру, — теперь он покачал головой. — Я не знаю, что ты ей залила, но в девочке проснулся ас-гонщик… она даже ответила мне по-нашему… Боюсь предугадать, что будет дальше…
— Да ничё не будет, — усмехнулась сама Настя. — Думаю, что скоро голова и руки начнут взаимодействовать слаженно. Вот тогда и посмотрим.
— Ты слышала? — ещё больше нахмурился Громов, повернувшись назад и встретившись взглядом с женой. — Она уже… я даже не подберу нужного слова… Доигралась? Доэкспериментировалась? Теперь придётся её учить по-нашему…
— Это как? — удивилась Настёна.
— А так… спокойная езда тебе уже не грозит… неделю будем выезжать на трассу, а потом и в городе также начнёшь потихоньку лихачить… только не увлекайся! — погрозил он пальцем. — Я тебе не полковник Остапов, такой «корочки» у меня нет, а местные ВАИшники с тобой церемониться не будут. Так что крути головой на все триста шестьдесят градусов. Увидишь их, начинаешь вести себя паинькой. И ещё… такое вождение не должно превалировать над обычным — только в случае какой-то экстремальной ситуации. Ты должна только набраться опыта, но не ездить вот так всегда и везде. Ясно?
— Угу…
— Вот тебе и «угу»…
— Родь… я правда не хотела такого… ну, Родь… — Анжела с виноватым взглядом попыталась обаять мужа, насколько это было возможно.
— К чему теперь эти извинения, бесёнок? Сделанного не воротишь… просто на будущее не делай больше так — рупь за сто, что выйдет опять боком.
17 ноября 1982 года. г. Москва. Измайловская площадь, 7. 10 часов 25 минут
К этому времени около здания НУЦ «Робототехника» остановилось два «Икаруса» с ленинградскими номерами. Катя смотрела в окно, как из автобусов выходит довольно внушительная группа студентов из различных ВУЗов города на Неве.
Вчерашнее собеседование позволило отобрать только троих, причём все трое дали своё согласие на работу в закрытой группе под эгидой КГБ и успешно прошли полиграф. Но три — это не семь или даже пять, поэтому Ермаковой сейчас приходилось думать, как добрать недостающие кадры до так необходимых десяти. Возможно, придётся идти на некий компромисс со своей совестью и загнать юношеский максимализм глубоко внутрь.
Тем временем, вся сводная группа студентов вошла в вестибюль, где её сориентировали на актовый зал. Они, безусловно, видели странно одетую девушку школьного возраста, но не сильно заостряли на ней внимание. А всё получилось даже намного лучше, чем вчера — ленинградские студенты не стали лезть с бестактными вопросами и хамством. Да, удивились, что экзамен устраивает молоденькая девушка, но после первых же её вопросов и расчерчивания всё той же структурной схемы, перестали удивляться её возрасту.
Поначалу они также не проявляли должной активности, но потом освоились, и коллоквиум плавно перетёк в спор. Спорило восемь парней, и Катя сама вошла в раж, доказывая, что белое — это белое, а не чёрное. Наконец, все точки были расставлены, Ермакова мстительно усмехнулась, празднуя победу и, как и вчера, нарисовала на доске архитектуру компьютера XXI века. Семеро сразу притихли, рассматривая диковинку, а вот восьмого будто пробила молния. Он встрепенулся, поправил свои очки и вышел к доске.
— AGP[30] в этой схеме смотрится как слон на коньках, — усмехнулся он. — Здесь уместнее нарисовать вот эту… — он стёр старый квадратик со стрелками и нарисовал новый, пометив очень похожим ей значком — вылитый PCI Express.[31]
— А напомни-ка мне своё имя, — сразу посерьёзнела Катя.
— Алексей Невский. Ленинградский Политех.
— Ага… тогда мы с тобой чуть позже отдельно побеседуем, — она отвлеклась от парня и повернулась к остальным. — Итак, подвожу итоги — восемь человек отобрано. Остальным — удачи на этом поприще. Выбранных прошу следовать за мной.
Вся отобранная группа подождала, пока остальные организованно проследуют к автобусам — их обещали покормить и уже тогда отправить восвояси. Как только последний студент закрыл за собой входную дверь филиала «Бауманки», к Кате подошёл Звонцов.
— Смотрю, из Ленинграда улов больше, — заметил он.
— Видимо, в городе на Неве народ попроще — таких, как вчерашние хамы, у них не было. Игорь Александрович… — Ермакова чуть помедлила — у нас есть нештатная ситуация…
— Какая?
— Лёша, можно тебя на минутку? — поманила она рукой Невского, беседующего с остальными парнями.
— Да, конечно! — тот подошёл к девушке и улыбнулся. — У вас есть какие-то дополнительные вопросы ко мне?
— Игорь Александрович, Алексей знает то, что всем им, — она кивнула на остальных студентов, — знать не положено.
— В смысле? — не понял Звонцов.
— Шин AGP, как и PCI Express, ещё даже не придумали, а он её начертил.
— Екатерина, скажем так, я знаю ещё уйму всего, что здесь ещё не открыто…
— Тогда коротко — ты кто? — мигом посерьёзнела она.
— «Филин», — усмехнулся Невский. — Знаете, что это такое?
— Какой поток? — нахмурился Звонцов.
— Второй. Перемещён с родителями… — Алексей перешёл на шёпот. — Они в июне погибли…
— Где и как? — продолжил задавать вопросы Игорь.
— У меня отец и мать были врачами. В Питере… э-э-э… Ленинграде устроиться по специальности не удалось — тут своих медиков как грязи…. Ну и решили слетать в Киев…
— Это под Наровлей[32] случилось? — Звонцов сменил строгий взгляд на сочувствующий.