Другим путём (СИ)
— А нам американские разработки параллельны. Мы, как говорил Владимир Ильич Ленин, пошли другим путём.
— И что, есть подвижки? — продолжала интересоваться эта девушка.
— Тогда зачем я здесь пытаюсь набрать команду тех, кто умеет мыслить, а не тупо копировать чужие идеи? — усмехнулась Катя, вытирая руки от мела.
— Но ВАМ мало лет.
— Но как видите, я разговариваю с вами на равных. И даже могу дать отпор напыщенным хамам.
— А что вы заканчивали?
— Это закрытая информация.
— Почему?
— Потому ЧТО, — состроила рожицу Ермакова.
— Значит, вас курирует КГБ… — подытожила та девушка.
— И что здесь неординарного?
— Знания должны принадлежать всем людям, а не горстке избранных.
— Да? А почему тогда американцы не хотят делиться с нами своими разработками?
— А толку от этого? У нас всё застоялось, в том числе и наука.
— Тогда зачем ты учишься в стенах застойного научного учреждения? Езжай в Америку.
— Не выпускают, — вздохнула та.
— Колоскова! Тебя вообще нужно гнать из университета поганой метлой! Предательница! Наймитка империалистов! — застыдили её парни со следующего ряда. — Как тебя вообще допустили до этого экзамена? А всё дядя твой — декан! Из комсомола тоже нужно выгнать!
— Ладно, парни! — Катя подняла правую руку, призывая остановиться. — Мы уже поняли, что здесь чужой среди своих. Хорошо, что беседа завершена. Подвожу итог: Пронин, Усков и Ерохин остаются, остальным пожелаю творческих успехов и отучаться мыслить шаблонами.
----------------------------------------------------------------------------
27 Комплекс зданий секретариата Совета экономической взаимопомощи, также известный, как «Дом-книжка»
28 Логунов Анатолий Алексеевич — советский и российский физик-теоретик, доктор физико-математических наук, профессор. Ректор Московского государственного университета имени М. В. Ломоносова в то время.
29 Московский физико-технический институт
Глава 10
Тем временем. Здание секретариата Совета экономической взаимопомощи («Дом-книжка»)
Генерал Суслов приехал к «Интуристу» даже чуть раньше. Зато когда двигались к месту встречи с делегациями болгар и немцев, он кратко провёл инструктаж.
— Значит, так, Ирина Сергеевна… Патоличев велел вам передать, что сам на встрече присутствовать не будет — не тот уровень, но куратор по сделке проконтролирует все этапы переговоров. Там ничего сложного нет, просто необходимо выполнить ряд мелких формальностей. И как Николай Семёнович меня заверил, тот в ваши переговоры сильно влезать не будет, если только кто-то не начнёт путать берега. С ЛЮБОЙ СТОРОНЫ, — подчеркнул он. — Мы приблизительно прикинули сумму сделки, и получается, что она выходит в ноль. Вы нам какую сумму контракта заявили?
— Сто пятьдесят пять тысяч инвалютных рублей. Каждой делегации.
— А если кто-то не потянет её?
— Их проблема, — пожала плечами, насколько это возможно в машине, Шмелёва. — Не мы к ним выходим с просьбой, а они к нам. Поэтому диктует условия СССР, а не они. Револий Михайлович, вы не волнуйтесь, если начнут колебаться, я предложу им дополнительное сопутствующее оборудование. Такого в странах СЭВ точно нет, а у нас уже пришёл на него патент. Но тогда и они должны будут подвинуться в цене, раз сделка на ноль.
— Ладно, я понял, что тебе точно палец в рот не клади, — усмехнулся он. — Ты как прожжённый капиталистический делец — своего точно не упустишь.
— Так для дела же стараюсь.
— Я так и понял.
Около здания стояло всего три машины: наша «Волга» с болгарскими флагами и два немецких «Вартбурга». Неторопливо подрулив к ним почти вплотную, «Чайка» на их фоне смотрелась более монументально, как и полагается «старшему брату». Первой вышла из автомобиля Юля Звонцова, а уже за ней все остальные. Револий Михайлович неторопливо повёл всю делегацию до лифта и потом дальше по пятому этажу. Довольно объёмная переговорная сейчас представляла собой помещение, в котором помимо стульев располагались под углом в 120 градусов три полукруглых стола, таким образом обозначив все три заинтересованные в переговорах стороны. Два стола уже были заняты людьми в представительской одежде, ведущими негромкий разговор. Лишь с нашей стороны сидел один сотрудник, молчавший и смотревший в окно. Увидев советскую делегацию, болгары и немцы разом замолчали, а затем все встали, проявляя дань уважения.
— Доброе утро, — поздоровался генерал.
— Добро утро!
— Гутен Морген!
— Представляю вам товарища Шмелёву, Ирину Сергеевну, — объявил Суслов. — Именно она будет вести с вами переговоры. Ирина Сергеевна квалифицированный юрист и имеет обширные познания в экономическом плане.
Переводчики быстро зашептали первым лицам делегации, а Ира, кивнув генералу, вышла чуть вперёд.
— Я могу свободно вести беседу на немецком, но, к сожалению, не знаю болгарского совсем.
— Дитер Брандт. Я плохо говорит на русском, но хорошо понимайт, — кивнул немец. — Нет проблем, говорит на русском.
— Тодор Нойтов. Я хорошо говорю на русском, — уведомил её главный из болгарской делегации.
— Замечательно, — кивнула она. — Тогда приступим…
В течение получаса Шмелёва, стараясь говорить помедленнее, посвятила в курс дела обе делегации. Как она и предполагала, и немцы, и болгары захотели чуть сбросить цену.
— Товарищи! Какая бы не сложилась цена, отличная от заявленной, поверьте, исход сделки будет формальным: при сбросе цены с нашей стороны, мы подразумеваем сброс её и с вашей. Смысл торговаться в этом случае?
— Менья известили, что вам, кроме тканей нужны мотоциклы. Это так?
— Совершенно верно, товарищ Брандт. Всего двадцать штук.
— Но как же эмбарго?
— Нашему предприятию разрешено закупить такое количество, как спецзаказ.
— Но пре… э-э-э… как это по-русски…
— Прецедент? — подсказала ему Ира.
— Я-я! Именно так.
— Скажем, из-за того, что мы выполнили условия Министерства Внешней Торговли, нам дали разрешение на покупку.
— О! Гут! Но наши экономисты подсчитали общую сумму, и там выходит нестыковка в две тысячи инвалютных рублей с нашей стороны.
— Добавьте объём тканей, в чем проблема? — она пожала плечами.
— Но от вас это будет именно та аппаратура, которую вы поставляли по частным заказам? — уточнил он.
— Та, что сейчас производится нашим предприятием. Зачем нам вас обманывать? Мы же не в капиталистическом мире живём.
— Гут! Тогда вопросов больше нет.
— Скажите, а это одна сделка или будут ещё? — поинтересовался Нойтов.
— Пока не могу об этом сказать… всё будет зависеть от качества вашей продукции и сроков её поставки.
— Вы хотите начать производить точно такие же? — продолжал настаивать он.
— Тогда бы мы купили у вас образцы, — усмехнулась Шмелёва. — Я прекрасно осведомлена о том, что между странами СЭВ есть договорённость о квотах на те или иные товары. Зачем нарушать уже принятые договорённости?
Видимо ответы Иры устроили всех, потому что оба главы торговых делегаций подали знаки своим секретарям и вскоре одним росчерком поставили подписи каждый в своём договоре.
В тоже время. г. Рябиновск. НПО «Гефест»
Утренний осмотр ВАЗ-2103 «Кабриолет» показал, что капот прекрасно подсох. Лёгкий морозец убрал лишнюю влагу с асфальта, и Родион решил начать с Настей практические занятия по вождению. Настёна не была мелкой — среди девчонок своего класса в Москве она стояла второй по росту, уступив лишь «баскетболистке» Ленке Прошкиной. Поэтому место водителя даже не пришлось модифицировать, подкладывая под пятую точку подушку — и до педалей свободно доставала, и обзор был замечательный. Громов не стал занудствовать с предварительным инструктажем, только объяснил примерный маршрут движения, заострив внимание, что кое-где его можно будет изменить. В остальном предоставил полную свободу действий. Анжела подозрительно посмотрела на мужа, но не стала комментировать его решение. Рокотова-младшая сама запустила двигатель, прогрела его и аккуратно выехала из цеха. Поначалу блестящие капли на её лбу свидетельствовали о крайнем душевном напряжении, но спустя полчаса активной езды, всё сошло на нет. Довольно долго покатавшись по городу, Громов разрешил ей выехать на трассу. В тот день на ней оказалось много транспорта — как грузовых автомобилей, так и легковых. Вполне возможно, что лёгкие заморозки сыграли в этом свою роль. Насте удалось «втиснуться» в поток автомобилей, движущихся в сторону московского направления.