Другим путём (СИ)

— Говори! — приказал тот.
— Скажите, сэр, а вы дадите гарантию, что потомки не передали русским какие-нибудь средства защиты полученных ими знаний? Которые явно будут превосходить любую нашу систему вооружения или защиты на порядок, а то и на два. Я понимаю ваше желание заполучить данные технического прогресса будущего, но пока это невыполнимая задача.
— Что ты предлагаешь?
— Я? Ничего, сэр. Я всего лишь аналитик, а не военный разведчик с большим опытом.
— Ладно, можешь быть свободным. Я чуть позже оформлю тебе дополнительное вознаграждение.
— Спасибо, сэр!
Едва дверь за ним закрылась, Кейси повернулся в пол оборота к Роберту.
— Удивил, так удивил.
— Я же говорил вам, сэр…
— И ведь он прав на все сто… прав, чёрт возьми… Ладно, что будем делать, если эта версия становится основной?
— Думаю, что нужно поговорить с президентом.
— С этим актёришкой? — презрительно скривил губы Кейси. — Я даже не буду заморачиваться, потому что слишком хорошо знаю кухню прошлых выборов. Он — марионетка, без капли здравого смысла. Актёр, клоун и паяц в одном лице. Промычит написанный на бумажке текст и поулыбается репортёрам. Всё, на большее он не способен. Поэтому нам нужно самим решать эту проблему.
— Для начала нужен человек, никак не засветившийся в КГБ по линии внешней разведки. Можно вытащить кого-то, работающего в латиноамериканских странах или Африке. Подготовить, проинструктировать, а уж потом аккуратно перевести в Россию.
— Понимаешь… я склонен думать, что все наши люди, так или иначе знающие русский язык, замазаны ТАМ, — он ткнул указательным пальцем в потолок. — Ты предлагаешь учить агента, проработавшего какое-то время по другому направлению, русскому языку где-то в дебрях Амазонки или пойме Нила?
— Сэр! Но с такими умозаключениями мы вообще придём к полному краху нашей разведывательной системы!
— Вот поэтому мы бросим пороть горячку и для начала аккуратно перешерстим весь имеющийся у нас контингент разведчиков. Здесь ты прав — нужно вытаскивать наверх людей из самых низов. Рядовой сотрудник, так или иначе выполнявший до этого рутинную работу — идеальный кандидат для нашей миссии. Кстати, если экстраполировать наступающую реальность, то русские должны понимать, что история дальнейшего развития мира будет пропорционально меняться из-за вмешательства потомков. А новые фигуры на шахматной доске разведок не будут знакомы ни им, ни на данный момент и нам. Начинаем с чистого листа.
— Ну вот почему опять судьба благоволит им? — недовольно пожаловался в пространство Гейтс.
— Это из той же области софистики, что и несправедливое выделение русским одной шестой части всей суши, — усмехнулся Кейси. — Скажи спасибо, что одна из королев России, по сути, подарила нам Аляску, а то их территориальные аппетиты стали бы непомерно высокими.
Тем же днём. г. Рябиновск. Два часа пополудни 
Местный начальник районного отдела милиции не забыл обиду на Остапова. И потому ещё в пятницу настрочил на него рапорт вышестоящему начальству. Но генерал Васнецов мучился в это время в больнице с радикулитом, а потому рапорт попал к самому полковнику Сабурову — начальнику ИЛС.[4] Тот понял, что коллеги-рябиновцы вляпались во что-то нехорошее и решил сам проверить это дело. Вот в тот день он и попал на встречу с самим Крючковым. Мгновенно оценив всю подноготную сложившейся ситуации, Сабуров не стал упираться рогом, а предметно и плодотворно пообщался с главой КГБ. Найдя по всем интересующим его вопросам полное понимание главного чекиста страны, Сабуров тихо, но глубоко выдохнул после того, как вышел на улицу из душного кабинета. Прокрутив в уме все пункты пасквиля от местного начальника милиции, и сравнив их с тем вариантом ситуации, что Сабуров услышал от самого Крючкова и его представителя в Рябиновске — Остапова, полковник скрипнул зубами и сел в свою «Волгу».
— Куда, товарищ полковник? — участливо поинтересовался водитель.
— В местный отдел, — угрюмо проронил тот. — Сейчас будем снимать стружку.
— А вазелин? — усмехнулся шофёр.
 
— Его, Гриша, ещё заслужить надо.
Дальнейшие перипетии внезапного визита обозлённого полковника Сабурова лучше передать тезисами, ибо места на всё остальное хватило бы на целую книгу: местный отдел не ловит ни преступников, ни даже мух — в городе такое высокое начальство из Конторы, а вы ни сном, ни духом, и только хорошо умеете подставлять под удар руководство; раз вы подставили руководство, значит, дальнейшим трудоустройством будете заниматься самостоятельно, кроме капитана Горлова, старлея Кашкина — оба из УГРО и лейтенанта Грибовой из ДКМ — тех Сабуров своей властью переводит в Калачеевск; с 1 ноября никого из милиции в городе по службе не должно остаться; ну и время пошло.
Тем временем. Кабинет Остапова 
— Ну как, Рокотовы прошли проверку? — Андропов не стал ходить вокруг да около, а поинтересовался у главы КГБ сразу после приветствия.
— Так точно. Блюдут родовые корни до мелочей.
— Замечательно.
— Юрий Владимирович, у Остапова не получится установить военный комплекс. Настроить — да, но для правильной установки нужен специалист.
— Так… это уровень Устинова… вот ему сразу после нашего разговора и перезвоню. Как молодое пополнение?
— Есть мнение готовить из них кадровое пополнение для Комитета. Кто не захочет двигаться выше, останется служить в Рябиновске.
— Владимир Александрович, но ты же понимаешь, что нужна специфичная подготовка? Да и не во все отделы их можно будет направить.
— «Девятка» возьмёт их с большим удовольствием. А насчёт специфичной подготовки позвоню «альфовцу» — Зайцеву.[5] Насколько знаю, есть у него проверенный человек, но инвалид. Вот пусть тот и поможет молодому поколению чекистов учиться военному делу настоящим образом.
— Дельно! Ты на сколько планируешь задержаться в Рябиновске?
— Думаю, пару дней, если ничего экстраординарного не случится. Но Остапов порадовал, так что если что-то и будет, он своими силами решит проблему.
— Вот видишь, а ты пытался контролировать его, — усмехнулся Андропов. — Выходит, правильно мы поступили, что не стали вмешиваться в его отбор сотрудников.
— Так точно. Думаю, что безопасность в Рябиновске в надёжных руках.
Полчаса спустя. г. Москва 
Андропов взял трубку и набрал номер, заодно включив аппаратуру ЗАС.
— Добрый вечер, Дмитрий Фёдорович.
— Здравия желаю, Юрий Владимирович.
— Ты ЗАС включил?
— Так точно. Я уже привык к нему при разговоре со всеми нами пятью… вот только Крючков что-то не берёт трубку.
— Он в Рябиновске сейчас, и нам нужна твоя помощь.
— Слушаю.
— Дмитрий Фёдорович, от тебя нужен специалист, знакомый с установкой системы ПВО. Только такой, чтобы не просто язык умел держать за зубами, а под пыткой никому ничего не сказал.
— Это связано с потомками?
— Совершенно верно. Пришёл комплекс от них… настроить его местные спецы смогут, но вот правильно расположить — нет.
— Ага… Юрий Владимирович, а если мы и дальше станем нарушать тот принцип родственных отношений в иерархии власти?
— Ну, если только в Рябиновске, — усмехнулся генсек.
— Тогда однозначно Рэм.[6] Ему доверяю, как самому себе.
— Срочно вызывай его в Рябиновск. Желательно, чтобы он пообщался с Крючковым о целях и задачах, а Рябиновский начальник службы безопасности объекта — полковник Остапов, введёт его в курс дела на месте.
— Понял.
Устинов дождался, когда глава государства отключился, и взял трубку от другого телефона.
— Алло, Коля, здравствуй.
— Мы сейчас как — официально или по-домашнему? — усмехнулся Николай.
— И так, и так! — засмеялся в трубку отец.
— Тогда здравия желаю, товарищ маршал.
— Рэм…
— Папа, я же просил больше не называть меня этим детским прозвищем!
— Тогда сам прекрати паясничать. Дело серьёзное.
— Слушаю.
— Тебе нужно срочно побывать в одном городе. Конкретно — Калачеевская область, город Рябиновск.