Королевство грешников (ЛП)

На приставном столике у нее стоит стакан скотча, который она берет и допивает одним глотком. Она пытается заглушить свои кошмары этим золотым ядом.
— Ты действительно так сильно хочешь нормальной жизни? — Шепчу я.
Она саркастически смеется.
— Только потому, что ты предпочитаешь жить в темноте, не значит, что другие тоже этого хотят.
— Откуда ты знаешь, что нормальная жизнь, за которую ты так отчаянно борешься, принесет тебе счастье?
Она снова наполняет свой бокал и делает еще глоток. Она заставляет себя сглотнуть, как будто ее тошнит от жжения в горле, но все же она хочет этого.
Точно так же, как я жажду подобного ожога, когда пью.
— Однажды люди узнают о твоих кошмарах. И как только они узнают, их поведение изменится за считанные секунды. Твоя жизнь будет наполнена жалостью и отвращением, потому что на самом деле нормальная жизнь превратится в удушье.
— Тогда что ты предлагаешь? Я должна провести остаток своей жизни, дыша в твоем королевстве грешников, где чудовища преследуют меня днем и ночью? Это то, что ты хочешь, чтобы я сделала? — усмехается она.
Она не ошибается. Мое королевство — это, действительно, королевство грешников.
— Кто сказал, что ты должна быть жертвой? Найди свое собственное предназначение в этом темном мире, который отнял у тебя все.
Она хмурится и наконец смотрит на меня.
Я глажу ее по щеке костяшками пальцев, заглядывая глубоко в ее темные, налитые кровью глаза. Такая красивая.
— И какова же эта цель? — спрашивает она.
— Это тебе предстоит выяснить. Тьма может быть прекрасной, если ты увидишь ее в другом свете, Элиша. Ты воин, и я не сомневаюсь, что ты отомстишь этому темному миру, показав свою истинную силу.
— А если я потерплю неудачу?
Я с усмешкой качаю головой.
— Ты не потерпишь неудачу, потому что королева обладает абсолютной властью. Она рождена для победы.
Ее мысли разбегаются от моих слов.
— Месть — это не всегда ответ. Месть приносит только отмщение.
— Прощение тоже не всегда является ответом.
— Ты когда-нибудь думал о том, чтобы выбрать другой путь?
Я ухмыляюсь.
— Я выбрал эту жизнь; она не выбирала меня. Ты не получаешь того, чего заслуживаешь, ты получаешь то, что берешь.
Ее губы приоткрываются, когда она вздыхает и допивает свой напиток. Ладонями она вытирает уже высохшие слезы, прежде чем попытаться встать на ноги. Я сразу же обнимаю ее и укачиваю в своих объятиях, когда ее голова кладется мне на грудь. Когда она снова засыпает, я также не могу не думать о Рее. Пока что мои подозрения по отношению к ней не привели меня к доказательствам ее связи с Франциско. Я могу похитить ее и пытать, чтобы получить нужную мне информацию. Но я также не хочу рисковать потерять шанс найти Франциско, похитив Рею.
Я получил расшифровку ее звонка, и пока ничего скептического найдено не было.
Это похоже на то, что с каждым шагом вперед я делаю пять шагов назад.
Я заканчиваю завязывать галстук-бабочку и беру свой черный пиджак. Надевая его, я застегиваю последние пуговицы и бросаю последний взгляд в зеркало. Благотворительные балы обычно не в моем вкусе, потому что я знаю, что половина из них — просто показуха. Даже этот бал ничем не отличается. Я спускаюсь вниз, где меня уже ждут охранники, которые знакомят меня с сегодняшним графиком охраны. На вечеринках и благотворительных балах обеспечивается дополнительная охрана. После обсуждения они все направляются к подъездной дорожке, когда стук каблуков по лестнице заставляет меня обернуться. Элиша спускается, выглядя божественно.
Она выглядит совершенно сногсшибательно в своем черном платье. Длинный разрез дает мне прекрасный вид на ее оливковую кожу и подтянутые ноги на черных каблуках в тон.
Черт возьми. Я хочу, чтобы эти ноги обхватили мои бедра.
Ее волосы собраны в красивый пучок, несколько выбившихся прядей касаются щек. На ее гладкой коже больше нет синяков и отметин. Она — воплощение совершенства. Я неторопливо подхожу к ней, испытывая чувство гордости и благодарности, и целую ее в щеку.
— Элиша, ты выглядишь просто потрясающе. — Она краснеет, но не прерывает зрительного контакта со мной, демонстрируя свою храбрость, как всегда. — Пойдем? — Я протягиваю руку. Она соглашается, беря её.
Садясь в машину, мы едем на заднем сиденье в комфортной тишине. Я провожу большим пальцем по ее обнаженному бедру, чувствуя ее растущее предвкушение. Я чувствую, как вокруг нее выстраивается стена беспокойства. Она впервые выходит за пределы моего замка и общается с таким количеством людей. Люди, которые являются частью Братвы.
Жестокой. Нечестной.
— Расслабься, — шепчу я ей на ухо. — Это твой шанс показать силу, которой ты обладаешь в этом королевстве грешников. Сегодня ты будешь контролировать их и будешь королевой. — Я целую ее за ухом, заставляя ее дрожать. Мой язык высовывается, обводя мочку ее уха, прежде чем нежно пососать. Элиша закрывает глаза, сводит бедра вместе, запрокидывает голову и вдыхает. Ее горящие глаза встречаются с моими, и она наклоняется вперед. Ее горячее дыхание ласкает мои губы, пока она продолжает дразнить меня, облизывая и покусывая свою губу.
— Почему ты вдруг так сильно поверил в меня? — Ее слова, произнесенные шепотом, слетают с моих губ.
— Ничего, что касается тебя, — лгу я, наклоняясь ближе, чтобы поцеловать ее, но она отстраняется с улыбкой.
— Почему я тебе не верю?
Я улыбаюсь, наслаждаясь этой ее игривой стороной. Я решаю не отвечать ей и достаю черную коробку из-под сиденья.
— Вот. — Я передаю это ей.
Нахмурившись, она открывает его и удивленно выгибает брови, когда видит внутри маску.
— Это бал-маскарад?
Я киваю.
— Они прибыли сегодня. Загляни под маски, там есть кое-что еще для тебя.
Она поднимает свою черную маску Коломбианы и ахает, увидев бриллиантовый браслет, переливающийся своей естественной красотой. Совсем как она.
Она берет его в руки, обводя взглядом редкие черные бриллианты в красивой оправе, но намек на дискомфорт очевиден. Я беру у нее браслет.
— Дай мне свое запястье, — говорю я требовательным голосом.
Она качает головой.
— Я потеряю его. Я не могу…
— Тогда я куплю тебе другой. У меня больше денег, чем ты можешь себе представить. — Я беру ее за запястье и надеваю браслет, защелкивая крючки. — Сколько бы бриллиантов ты ни надела, малышка, ни один из них не сравнится с твоей истинной красотой. — Ее щеки краснеют от смущения.
— Почему черные бриллианты? — спрашивает она. — Я думала, мужчинам нравятся обычные.
— Ты такая же редкая душа, как этот бриллиант, и ты заслуживаешь чего-то уникального.
И это символизирует ее страстную душу.
Безупречная. Совершенство. Я чуть не добавил, но воздержался от этой идеи.
BMW присоединяется к веренице машин, подъезжающих к дому Николая. Элиша напрягается, чтобы взглянуть. Ухмыляясь, я беру свою маску и надеваю ее, прежде чем передать Элише ее.
Когда мы въезжаем на подъездную дорожку, мы оба в масках. Элиша выглядит сногсшибательно, абсолютно ослепительно, и сегодня вечером я хочу показать ее как свое самое ценное достояние, на которое каждый может смотреть, даже мечтать о том, чтобы им обладать, но не может даже прикоснуться пальцем.
Мы оба выходим из машины, ее руки переплетаются с моими. Длинные серые фонари висят над подъездной дорожкой. Когда мы приближаемся к воротам, я вижу, что они повсюду. Вдоль крыльца особняка расстелен ковер цвета воронова крыла, ведущий внутрь дома. Я защищающе обнимаю Элишу, кладу руку ей на талию, пока мы идем по черной ковровой дорожке с людьми Братвы, одетыми в свои наряды и всевозможные маски. Но когда они замечают мое прибытие, все расступаются, давая нам пройти. Некоторые кивают в знак признательности, а другие просто опускают глаза. Каждый член Братвы здесь вместе со своей семьей.