Королевство грешников (ЛП)

Я стою лицом к лицу со своей сестрой, которая смотрит на меня с ужасным выражением лица. То же выражение было у нее в тот день, когда она увидела тело нашей матери.
Само это зрелище заставляет меня прийти в себя и оттащить от себя его лицо.
— Гребаная сука!
На этот раз его удар намного сильнее, и в ту минуту, когда костяшки его пальцев касаются моего лица, я чувствую, как трескается кожа. Черные точки плавают перед моими глазами, ошеломляя меня и делая все расплывчатым. Крик боли разрывает мою грудь, и я падаю на бок.
Мистер Джонс дотрагивается большим пальцем до своей щеки, и когда он видит кровь, в его глазах вспыхивает ярость.
— Ты точно умрешь, маленькая сучка, — шипит он, поднимая руку, чтобы ударить меня снова. Я готовлюсь дать отпор, но все происходит так быстро, что я ничего не понимаю.
БАХ! БАХ!
Двоем, спина к спине, в комнате раздаются выстрелы.
Мистер Джонс внезапно замирает с широко раскрытыми глазами. Когда мой взгляд скользит по его лицу, я вижу кровь на его белой рубашке.
БАХ!
Звучит еще один выстрел, и на этот раз он попадает прямо ему в глаза, заставляя его упасть на меня. Я вскрикиваю и убегаю от его обмякшего тела. Мое платье и руки испачканы его кровью.
Но когда я встаю и вижу, что моя сестра дрожащими руками держит револьвер, мое сердце замирает. Несколько секунд я не могу ни говорить, ни думать. У меня пересыхает в горле, легкие просят воздуха.
— Что ты натворила? — Хриплю я.
Ее широко раскрытые, полные страха глаза встречаются с моими, и она тут же роняет револьвер, который я украла из гардероба мистера Джонса для сохранности. Я все спланировала сегодня вечером.
Я скопила немного денег, собрала одежду и дополнительную еду и спрятала револьвер под подушку. Я все подготовила для нашего побега сегодня после полуночи. Но жестокая судьба приготовила для нас кое-что еще.
Я быстро выхватываю пистолет из ее руки, прежде чем броситься менять свою окровавленную одежду. Моя сестра просто стоит там и со страхом смотрит на мертвое тело мистера Джонса, как будто чувствует, что он может вернуться живым и убить ее в любой момент.
Я хватаю наши сумки и кошелек, в котором все деньги, и бросаюсь к ней. Держа ее за плечи, я поворачиваю ее лицом к себе.
— Посмотри на меня, — приказываю я ей, но ее взгляд прикован к луже крови, покрывающей деревянный пол. Я трясу ее за плечо, и она внезапно подпрыгивает, как будто осознает, что я здесь. Ее глаза и нос покраснели от слез, губы побелели и пересохли от страха.
— Ты не сделала ничего плохого. Ты спасла меня, ты спасла свою сестру, — бормочу я, неуверенно улыбаясь ей. Она с трудом сглатывает и прерывисто дышит. — Мы уберемся из Лондона. Сегодня вечером. Прямо сейчас, — я глажу ее по волосам и обхватываю ладонями ее лицо, — Мы начнем нашу собственную новую жизнь. Только мы вдвоем. Всегда вместе, помнишь?
Она кивает, ее губы приоткрываются, когда она испускает глубокий вздох.
— Всегда вместе, — шепчет она.
Одарив ее грустной, неуверенной улыбкой, я беру свою сумку и передаю ей. Бросив последний взгляд на одного из подонков, который познакомил нас с адом, мы обе выходим из комнаты. С громким стуком сердца в ушах, с ужасом, почти парализующим мое сердце, я взяла сестру за руку и прокралась по коридору.
В доме тихо, если не считать стука дождевых капель по крыше и окну. Я затаиваю дыхание и слушаю миссис Джонс. Обычно в это время она уходит играть в покер, но сегодня вечером делать предположения неразумно. Я открываю входную дверь, когда позади нас раздается скрип шагов по половице в коридоре. Нам следовало бы сразу же убежать, но мы обе останавливаемся и оборачиваемся, чтобы посмотреть, является ли звук воображением или реальностью.
Дальше по коридору идет миссис Джонс, невысокая, но худощавая, ее янтарные волосы собраны в неряшливый пучок. В ее тонких пальцах дробовик с глушителем на стволе. С прищуренными глазами и стиснутой челюстью она таит в себе обещание возмездия.
Парализованные, мы обе стоим неподвижно, крепко держа друг друга за руки.
На несколько мгновений воцаряется мучительная напряженная тишина, битва молчаливой враждебности между нами троими.
Она поднимает пистолет и снимает его с предохранителя.
— Вы, два куска дерьма, убили моего мужа, а теперь еще и убегаете с моими деньгами.
Ее средний и указательный пальцы сомкнулись на спусковом крючке.
Мое сердце колотится быстрее, чем когда-либо, когда я чувствую, что весь воздух испаряется из моих легких.
— Теперь бежать некуда.
Но мы все равно это делаем. С глухим стуком роняем сумки и выбегаем, когда раздается выстрел, пробивающий дверь. Я не отпускаю руку своей сестры, когда мы мчимся сквозь проливной дождь и темноту.
— Подожди! Мамина фотография…
— Мы не можем вернуться! Беги! Давай! — Я хватаю ее за руку и тащу по тротуару. В ночи раздаются новые выстрелы, я чувствую, что они направлены на нас. Мы оба изнемогаем от напряжения, убегая из ада, в котором находились последние восемь месяцев. С револьвером и сэкономленными деньгами мы убегаем. Мы убегаем, не имея никакого опыта выживания в этом суровом мире. Мы не прекращаем бежать до тех пор, пока наши ноги не перестают двигаться от усталости.
Сейчас мы на шоссе; дорога пуста и темна, дождь усиливается. Моя сестра кашляет и хватает ртом воздух, пока мы обе опускаемся на колени на траву. Я смотрю на пустое, темное небо и вздыхаю с облегчением.
Внезапно я замечаю, что моя собственная тень выделяется на дороге. Я оглядываюсь через плечо и вижу приближающуюся машину.
Моя сестра тут же встает и машет рукой.
— Эй! Остановитесь! — кричит она, поднимая обе руки. Я встаю и следую ее примеру. Нам нужно уходить как можно скорее, пока миссис Джонс не выследила нас.
К счастью, машина притормаживает, и мужчина в черной куртке опускает стекло. Его брови в замешательстве хмурятся, когда он замечает нас. Две пятнадцатилетние девочки, раненые и одинокие на темном шоссе, замерзающие под проливным дождем.
— Вы двое заблудились? Где ваши родители? — спрашивает он с озабоченным видом.
— Мы сироты, и нам некуда идти, — я наклоняюсь и держусь за окно. — Пожалуйста, помогите нам.
Его глаза еще больше сужаются, и я понимаю, что он замечает мой порез на щеке. Инстинктивно я прикасаюсь к нему, прежде чем пытаюсь закрыть лицо волосами.
Мужчина переводит взгляд с меня на мою сестру, словно раздумывая, что именно делать. Но, к счастью, когда он отводит руку назад и открывает для нас заднюю дверь, спокойствие омывает меня вместе с облегчением. Мы обе врываемся внутрь и захлопываем дверь, прежде чем мужчина срывается с места и продолжает ехать в неизвестном направлении.
Моя сестра кладет голову мне на плечо, обхватив меня руками. Я смотрю на нее сверху вниз с улыбкой, на которую она отвечает мне милой улыбкой.
Мы сбежали. Мы выжили.
Это наше новое начало.
Глава 1
МАКСВЕЛЛ
ПРОШЛОЕ
Я съеживаюсь в темноте, чувствуя, как с каждым часом немеют запястья. Мои мышцы болят от того, что я целый день был привязан к потолку. Я полуголый, без рубашки, прикрывающей мою кровоточащую грудь, и в поношенных штанах. Несколько дней назад мои глаза изменились из-за темноты, в которой меня держат. Ночное время самое тяжелое, но я рад, что меня оставили в покое в моем утешении.
День за днем часть меня отрывается, пробуждая во мне темных демонов. Я всего лишь четырнадцатилетний мальчик, который потерял свою невинность прежде, чем сжал ее в своих ладонях. Вместо этого мне представили кое-что похуже.
Страх. Уязвимость. Жестокость.
Мою кожу начинает покалывать от холодного ветра, дующего в подвал через единственное маленькое окно. Это единственный источник света и времени для меня. Я низко опускаю голову, чувствуя, как каждая унция энергии покидает меня.