Королевство грешников (ЛП)

Я оглядываюсь через плечо и вижу, что другие мужчины смотрят на меня, как на муравья, готового быть раздавленным ими.
— Хорошо. Давай сделаем это цивилизованно, — бормочу я с лукавой улыбкой.
Лоренцо бросается на меня, поднимая нож, предвидя движение, которое я хватаю и выкручиваю ему запястье, заставляя его потерять клинок. Взяв его в руки, я пронзаю им его ладонь насквозь по самую рукоятку, так что половина лезвия проходит сквозь стол.
— Ах! Черт!
Кровь разбрызгивается по всему столу, и слушать его крики агонии так успокаивает. Все его люди готовятся к атаке, но Игорь прикрывает меня и расстреливает их всех подряд, пока они шатаются на своих местах.
На нас нападают все больше, некоторые даже достают оружие, а у других хватает смелости сражаться голыми руками. Достав пистолет, я делаю идеальный выстрел по их лбам, наслаждаясь видом крови, сочащейся из дыры. Они падают на землю, когда их бесполезные души покидают тело.
Те, кто выживает, нападают на меня и Игоря, нанося удары, но мы, предвидя движение, блокируем их и даем отпор. Игорь занят тем, что выбивает дерьмо из своего противника, в то время как я бью своего врага по лицу спиной к спине.
Он с ворчанием отшатывается назад, падая на стул и разбивая его вдребезги своим весом. Внезапно я чувствую, как две руки обвивают мою шею, заставая меня врасплох. Хватка вокруг меня сжимается сильнее, отдавая все силы, чтобы задушить меня до смерти. От его силы у меня почти затуманивается зрение, пока я не пинаю его в голень, заставляя ослабить хватку. Развернувшись, я сжимаю обе его руки в тиски и ударяюсь головой о его голову. Держась за его голову и челюсть, я возвращаю ему услугу и выворачиваю шею, слыша, как хрустят его кости, наслаждаясь видом того, как он через секунду падает замертво.
Оглядываюсь через плечо, мой предыдущий враг все еще пытается подняться на ноги. Я опережаю его, когда беру острый конец деревянной палки и протыкаю ему горло. Он захлебывается собственной кровью. Игорь тоже заботится о своих врагах и направляется в туалет, чтобы вымыть руки.
С моего костюма и рук капает несколько капель крови, но это только придает мне сил. Я подхожу к Лоренцо, который хнычет от кинжала в своей руке. Его лицо искажается от боли, отчего вены на лбу вздуваются.
— Кто сейчас падает? — саркастически спрашиваю я. Занимая свое место, я зачесываю назад волосы и смотрю на него холодным взглядом. — Кто дал тебе разрешение на возобновление бизнеса?
Он хрипит сквозь стиснутые зубы, изо всех сил стараясь не произнести ни слова. Закатив глаза, я беру нож и закручиваю его еще глубже. Он кричит во всю силу своих легких.
— Я больше не буду повторяться. Отвечай сейчас, или в следующую секунду этот нож вонзится тебе прямо в глаз.
Страх и возбуждение, светящиеся в его глазах, показывают, что сейчас он готов на все.
— Хорошо… Хорошо. Я тебе скажу.
Наклоняясь вперед, я продолжаю сжимать рукоять клинка.
— Говори, — усмехаюсь я.
— Несколько дней назад в клуб пришел м-мужчина и принес мешки с деньгами. Он сказал, что хочет, чтобы мы вновь открыли предприятия, которым ты положил конец, и что он позаботится о том, чтобы с нами ничего не случилось. — Его голос звучит сдавленным от гнева, как будто он понимает, что ему не следовало слушать незнакомца. — У него была густая борода и татуировка в виде гадюки на шее. Черные волосы. Его руки тоже были покрыты татуировками, и он не был похож на местного жителя со своим акцентом.
— Как его зовут?
— Я…я не знаю.
Я поворачиваю нож, заставляя его снова закричать, другой рукой хлопая по столу.
— Черт!
— Как его зовут? — холодно спрашиваю я.
— Я действительно не знаю. Клянусь… тьфу! Он просто вошел и сказал, что твое время о-ограничено и что тебя скоро убьют. Ах! Черт!
— Кто настолько глуп, чтобы вообще убить меня? — Я спрашиваю себя, перебирая в уме каждого моего врага, который мог бы замышлять заговор против меня.
— П-пожалуйста, я уже все тебе рассказал. Пожалуйста, отпусти меня, — едва слышно шепчет он.
Оглядываясь на него, я самодовольно улыбаюсь, прежде чем встать и вытащить окровавленный нож.
— Конечно. Ты отбыл свое первое наказание, теперь пришло время для второго.
Его широко раскрытые испуганные глаза встречаются с моими.
— Ч-что ты имеешь в виду?
Я хватаю его сзади за шею и выволакиваю из клуба, наплевав на то, что все останавливаются и ахают при виде этого.
Как только мы выходим, я выбрасываю его на улицу.
Я кручу нож в пальцах, наблюдая, как он отползает назад, и оглядываюсь в поисках помощи. Но в глубине души он осознает, что никто не станет его спасителем.
Я оглядываюсь по сторонам и выкрикиваю слова угрозы.
— Здесь все знают, кто я. Каждый из вас знает, насколько я силен даже без моей армии. И все же он, — я указываю ножом на Лоренцо, — решил пойти против меня. Вы слышали, что происходит, когда кто-то идет против меня. Теперь посмотрите, что происходит на самом деле.
Как только я заканчиваю эти слова, я всаживаю нож прямо ему в левый глаз, и он кричит во всю силу своих легких. Кровь хлещет водопадом, когда я вытаскиваю нож и протыкаю ему правый глаз. Женщины вокруг кричат или ахают от страха, некоторые даже отводят взгляд. Но это не мешает мне вернуть его и вонзить прямо ему в горло, наблюдая, как он захлебывается собственной кровью и умирает.
— Я уверен, что это развеет все ваши сомнения. Итак, какой бы бизнес я ни закрыл, он останется закрытым. Понятно?
Все кивают в унисон. Оглядываясь через плечо, я вижу Игоря, стоящего в дверях и жестикулирую, чтобы он уходил.
Мы пришли как ни в чем не бывало и уходим с хаосом. Но я должен выяснить, кто пытается украсть мою корону. Кто плетет заговор за моей спиной, чтобы отнять у меня королевство?
Кто этот незнакомец?
Кто он?
Глава 11
МАКСВЕЛЛ
НАСТОЯЩЕЕ
Меня встречают дома звуки бьющегося стекла наверху.
— Убирайся нахуй! — Приглушенный крик Элиши достигает моего уха, когда я поднимаю голову.
Одна из горничных выбегает из комнаты, избегая встречаться со мной взглядом.
— Простите, сэр, но она… — Я поднимаю руку и останавливаю ее, махнув рукой, чтобы она уходила. Я захожу внутрь, запирая за собой дверь, и нахожу разбитые тарелки и нетронутую еду по всему полу.
И вот она сидит на краю кровати. Неподвижная и кипящая от злости, скрестив руки на груди. Она старается держаться уверенно и властно, ее спина выпрямлена, в глазах горит огонь.
— Почему я здесь? Я хочу выйти, — рявкает она свой приказ, как будто она хозяйка дома.
Я прищуриваюсь, засовывая руки в карманы. Исчез мой окровавленный костюм, и я стою перед ней во весь рост в своей черной рубашке и парадных брюках.
— Это мой дом. А ты мой, — я пожимаю плечами, — скажем так, гость. Так что веди себя прилично, иначе с тобой будут обращаться так, как я бы обращался с такой соплячкой, как ты.
Ее обжигающий взгляд метает в меня кинжалы.
Как будто мои слова стали последней каплей, она внезапно бросается ко мне, достает осколок стекла, который я не замечаю, и вонзает его мне в плечо.
Из моего горла вырывается стон, но я не позволяю своему телу сдаться.
Крепко сжимая запястья, она позволяет осколку упасть на пол от давления, когда я разворачиваю ее спиной к своей груди. Она корчится и бьется изо всех сил, но когда я достаю нож и приставляю его к ее горлу, она замирает.
Боже мой. Кто-то вселил в нее мужество.
Это первый раз, когда женщина без колебаний нападает на меня, и само это зрелище меня возбуждает. Это может показаться дерьмовым, но когда меня это когда-нибудь волновало?
Поворачивая ее, заведя руки за спину, я провожу острым концом лезвия по ее шее.
— Что? Храбрости больше нет? — Я усмехаюсь. Каждый раз, когда я думаю о том, чтобы дать ей шанс спокойно все объяснить, она в итоге испытывает мое терпение. Что ж, теперь этому конец.