Леди-самозванка в Драконьей Академии Магии (СИ)

И тут я спохватилась.
— А как лечат некроманты? — Мой голос походил на вопль испуганной лани. — Дункан?
— Сейчас все узнаешь, моя ненаглядная. Не торопи события...
— Какие события? — я дернула стопу, но кто бы заметил мои жалкие потуги к сопротивлению.
Его Высочество не ответил. Покрутив ножку, вытянул ее перед собой и внезапно, склонившись, коснулся пальца губами.
Тело мгновенно опалило жаром. Я дернулась, закрыла лицо ладонями и замерла, ощущая, как он нежно вбирает палец в рот.
«Ну хоть после ванны» — пронеслась в голове совершенно дурацкая мысль.
Щеки горели огнем.
Язык принца Альманца совершал просто невообразимые движения. Дункан посасывал палец, а его ладони при этом нагло ласкали мою ногу, продвигаясь все выше. Не выдержав, я стиснула бедра.
Там где было всегда сухо, вдруг проступила влага, вгоняя в ступор.Меня охватил стыд вперемежку с любопытством. И еще появилось что-то такое в груди, плавно огненной лавой перетекающее вниз живота. Может это и была та самая запретная страсть, о которой порой шепотом рассказывали молоденькие учительницы?
— Дункан, — мой голос дрожал, — это... неприлично!
Он улыбнулся, не выпустив мой палец из плена. К слову, никакой боли там не осталось.
— Пожалуйста, ты... Ты смущаешь меня.
Как же растеряно и жалко я себя ощущала. Никто никогда не разговаривал со мной на тему того, что происходит между женщиной и мужчиной. Нет, я не была наивной, знала о физической стороне вопроса. Но чувства. Эмоции. Пугающие желания. Моей матери обсудить со мной такое даже в голову не пришло. И сейчас я смотрела на Дункана и понимала, что совершенно ничего не знаю.
— Ты боишься, Бель? — опустив мою стопу на свое колено, он попытался поймать мой взгляд.
— То, что ты делаешь... Это соблазнение? — выдохнула, борясь в душе со смятением и страхом казаться глупой.
— Да, — Дункан кивнул. — Разве ты не осведомлена?
— Я знаю, что мужчина оброняет свое семя в утробе женщины. После наступает период беременности. Он делится...
— Тихо-тихо, — Дункан подался вперед и обхватил мою голову ладонями. — Что тебя мучает, Бель? Что не так?
— Я... Я не понимаю, зачем ты... Что это за...
Боги, я готова была разрыдаться от стыда за собственную наивность.Притянув меня к себе, Дункан обнял и успокаивающе погладил по спине. Но даже эти прикосновения больше не казались мне милыми и нежными. О, нет, я чувствовала, как воспламеняется мое тело под его ласками. Как горит кожа.
— Иногда я жалею, что сослал твою мать в лечебницу, а не казнил, — шепнул он, касаясь губами моего виска.
— Что ты сделал? — промычала я ошарашенно.
— Убрал со своего пути, Бель. Жестоко и цинично. Хотя королевская лечебница для умалишённых — не самое плохое заведение. Кормят там преотлично.
— Дункан! Как ты мог?
— Да легко. — он пожал плечами. — Она закатила при мне истерику. Потребовала, чтобы я забрал тебя из Академии и признал победительницей отбора, потому как она имеет право на трон. Она! А не ты! Я смекнул, что как только эта особа пронюхает о моих чувствах — изведет мою девочку. Начнет тебя донимать. Так что мне было делать? Только убрать из нашей жизни. Теперь ее лечат, надеюсь, не очень успешно. Но, Бель, мы не о том говорим. Тебя пугают мои ласки?
— Нет, — я покачала головой, принимая тот факт, что маменька моя попала в весьма нехорошую опалу.
— Бель? — Дункан приподнял бровь.
— Я странно реагирую на твои прикосновения, — пробормотала, вспоминая, о чем он спрашивал.
— Неприятно?
Я покачала головой, вконец, заливаясь краской.
— Бедная девочка, — раздвинув мои ноги, он пристроился между ними, все также стоя на коленях. — Это вожделение, Бель. Именно то чувство, которое я бы хотел видеть в твоих прекрасных очах. Твоя невинность как магнит для меня. Ты даже не представляешь, какое удовольствие мне доставляет сама мысль, что я стану твоим первым и, надеюсь, единственным мужчиной. Я чувствую дрожь в твоем теле от прикосновений. А когда я окажусь здесь, — его руки поползли вверх по моим бедрам под подол туники, — ты порадуешь меня еще и стонами удовольствия.
 
Потянувшись вперед, он легонько коснулся моих губ.
В дверь громко постучали.
  
Глава 63
 
Дункан странно вздрогнул и, повернувшись на шум, неожиданно зло скривился. Кто бы ни стоял сейчас на пороге с той стороны двери, он был в шаге от гнева Его Высочества.
Стук повторился.
Руки Дункана стиснули мои бедра. Опустив голову, он подался вперед и прижался губами к моей шее. Незваных гостей принц Альманца решил проигнорировать. Но с той стороны двери были с этим не согласны.И снова стук.
— Дункан, — шепнула, хватаясь за его плечи.
— Я никого не жду, — выдохнул он, обжигая дыханием кожу.
Принц все настойчивее заваливал меня на спинку кресла, накрывая своим телом. Его ладони смелее ползли верх, смещаясь на внутреннюю сторону бедер.
— Дункан... — схватив за запястье, я попыталась хоть немного придержать его страсть. — Я не готова. Ни сейчас и ни когда к нам в дверь ломятся.
Словно услышав меня, опять забарабанили.
Это окончательно разрушило всю романтику, витающую вокруг нас.
— Плохо здесь в Академии изучают законодательство, — недовольно проворчал принц, — иначе бы знали, что я могу приказать казнить, не оглашая причин.
— Не вредничай, — я заправила прядку темных густых волос за его ухо. — Не дал потискать будущую жену — не повод для смерти.
— У меня иное видение ситуации.
Он нехотя отстранился и, с силой прикусив нижнюю губу, оглянулся на дверь. На его лице отчетливо проступали черные драконьи чешуйки. Гладкие и блестящие. Над бровями, на скуле, ближе к волосам. На подбородке. На мгновение мне показалось, что от злости Дункан обратится в огромного древнего ящера, чьим потомком и является.
Но повернувшись ко мне, Его Высочество уже более спокойно поднял мою ладонь и запечатлел теплый поцелуй на внутренней стороне запястья.
— Ты права, моя Бель, я нетерпелив. А ты по сравнению со мной еще дитя невинное. Я поступаю нечестно, соблазняя тебя, — отпустив руку, он поднялся. — Поглядим, что за смертник к нам пожаловал в такую минуту.
Сообразив, что дверь сейчас распахнется, я быстро соскочила с кресла и, схватив с диванчика темный плед, завернулась в него. Огляделась и не придумала ничего лучше, как вернуться на место и как следует укутать ноги. Пусть смотрят и гадают, что там у меня под одеялом.
В конце-то концов, стыдно когда видно.
Дверь отворилась, и в первое мгновение я никого не заметила в проеме. Только когда наш гость заговорил, додумалась опустить взгляд ниже.
— Профессор Рамирье, а я уж думал и нет вас в комнате. Хотел было к нашей неугомонной студентке Лакруа бежать, — улыбнувшись протараторил Жак Жакович. — Мне таких ужасов рассказали. Что и нога у нее травмирована и лекарь срочно требуется, а вы не несете девочку нашу целителям.
Вот после этой фразы Дункана перекосило.
— Жоржетта Лагрю, — выдохнул он. — Этой особы снова становится слишком много в моей жизни, но отчего-то этому я не рад. Как думаете, профессор, — он взглянул сверху вниз на домового, — если я отправлю ее по обмену в академию соседнего королевства, она быстро дорогу назад найдет?
Маленький мужчина хохотнул и покачал головой.
— Ну что вы, Ваше Высочество. Женщины, что с них взять! Да и не отдам я ее вам. Она у меня во многих исследованиях задействована.
— Это в каких? — Дункан приподнял бровь. — Она ведь правовед!
— Ну в первую очередь она практикующий маг древней крови. Как и я, Жоржетта пытается найти в себе все виды дара — от света до тьмы — и проявить их.
— И как успехи? — теперь веселился от души Дункан.
Но как следует посмеяться не успел — наш домовой вскинул руку, вызвав сначала щелчком пальцев пламя, затем пасом воздушный вихрь, а после и вовсе слепящий свет.
Зажмурившись, я отвернулась.