Леди-самозванка в Драконьей Академии Магии (СИ)

— А простите, профессор, — мягко перебил его брат, пока я таращилась на эти самые поганки. — Вы не могли бы уточнить, что нужно сделать, чтобы после смерти попасть вот сюда? Кажется, мне очень надо.Он обвел пространство рукой.
— Ааа, — покойный учитель просиял, — вы мне сразу понравились молодой человек. Такие, как вы, знают вкус жизни.
— Ну так, — Корский облизался, глядя на стол. — У меня дома даже на самый большой праздник такого не было. Да что там! В лучшем случае курица и была. Одна на всех!
— Хм... — к нам медленно подлетел еще один призрак.
Сморщенный, сутулый мужчина явно в глубоких седых годах. Оглядев Матеуса цепким взглядом, он крепче перехватил призрачную трость скрученными пальцами. При жизни он явно страдал артритом.
— А я слышал, вы сын опального виконта, — хрипло пробубнил он. — Из вашей комнаты не так давно эти новости принесли.
— Так и есть, — из стены вышла полная дама в невероятно пышном красном платье с глубочайшим декольте.
Смутившись, я заметила, как увеличиваются глаза брата. Он явно оценил формы роковой леди.
— Профессор Барбориса, — представилась она, — потомственный некромант.
— Верится охотно, — Матеус сглотнул. — Тут любой из мертвых восстанет... Ой...
Я наступила ему каблуком на носок сапога и надавила, чтобы вспомнил о манерах и следил за тем, что говорит.
Ответом ему был громкий смех. Хохотал даже дедок со скрюченными пальцами.
— Так вот, студент, — продолжила обладательница невероятно огромного призрачного бюста, — я лично читала письмо от вашего батюшки. И чтобы сын Ночного короля столицы и курицу обгладывал? Не верю!
От ее баса затряслись светлячки на потолке.
Все загалдели, обсуждая последние сплетни и ничуть не стесняясь нас. Матеус забавно моргнул и растерянно почесал затылок.
— А вы все в моей комнате читаете, или вас только это письмо заинтересовало? — пробормотал он смущенно.
— А ты про свой новый дневник? — женщина снова засмеялась, отчего ее грудь опасно приподнялась, собрав мгновенно на себе взоры всех мужчин и живых, и нет. — Читала, как же. Жалею, что старый не привезли. С виду такой невинный мальчик, а внутри столько страсти, огня... Ты станешь моим любимчиком! Мы раскроем весь твой потенциал обольстителя. Но это потом. Много позже. А пока, да. И дневник читала, и гардероб изучала. Бедненько, мой милый мальчик, но видно, что матушка ваша старалась, собирая вас. Странно для того, кого опальный виконт сыном назвал.
— Ну... — Матеус как-то затравленно огляделся. — Он не знал обо мне. Можно сказать, несколько месяцев назад и познакомились.
— Ага, на учебу нужны были средства? — профессор Барбориса въедливо продолжала его расспрашивать, и ее совсем не смущал вид растерявшегося от такой наглости молодого человека.
— Думаю, эта сторона жизни моего брата никого касаться не должна! — не выдержав, вмешалась я.
— А что? — леди в красном ухватила с призрачного блюда утиную ножку и откусила от нее кусочек. — Леди Мирабель Гимера, здесь в этой комнате секретов нет. Мы ведь давно не живы, и поверьте, ничто так не будоражит сознание духа как дела еще дышащих. А ваш брат — фигура занятная. Аристократа, как под простолюдина не мажь, а все одно кровь видно. Вот и мы разглядели. И вас, леди, тоже. Нас не обманешь и не проведешь.
Сглотнув, я осмотрелась уже куда более внимательнее. В зале присутствовало как минимум три десятка вольных духов. И молодые, и пожилые. Наряды, принадлежащие к разным эпохам. Но все это разномастное общество покинувших этот мир профессоров сейчас интересовало только одно — мы с Матеусом.
  
Глава 44
 
— Друзья, не будем смущать наших бесценных гостей, — пришел нам на выручку профессор Глински. — Сегодня праздник... У меня так точно. Два столетия! Два! Я ждал того момента, когда, наконец, обрету свободу и покину свою темницу. О, этот ненавистный портрет! Но вы меня понимаете.
Все разом загалдели и, казалось, мгновенно потеряли к нам всякий интерес. Видимо, у каждого была своя душещипательная история приобретения этой самой вожделенной свободы и картина имелась где-нибудь в закутке.
 
То тут, то там слышались сочувственные вздохи, что косвенно подтверждало мою теорию. Озираясь, заметила, духов становится больше. Они, как через парадную, проходили через окно башни астрономии. Это вызывало любопытство. Ведь я прекрасно помнила, первые посетители являлись через стены.
Прищурившись, уже пристальней следила за новыми гостями.Корский, сообразив, что от него отстали, быстро набивал брюхо, видимо, опасаясь, что нам придется покинуть это место. В недрах его рта исчезали утиные и куриные ножки, нарезка из свиной грудинки, рулетики из баклажан с творожной начинкой...
— Кушай, красавец ты наш, — ворковала над ним профессор Барбориса. — Отъедайся. Мужчина должен быть сыт и энергичен.
Матеус кивал, лыбился как дурачок и тянулся к новому блюду. В какой-то момент, испугавшись за него, я на всякий случай убрала подальше тарелку с поганками в сметане. Нет, ну понимала, что оно не совсем для живых, но мало ли...
Брат, проследил за моими действиями, нахмурился и, протянув руку, перетащил ближе к себе голубую фарфоровую глубокую мисочку с солеными белыми грибами.
Закатив глаза, я отвернулась. Проглот!
— Вот глядя сейчас на вас, молодой человек, верю, что по праздникам была курица и одна на всех. Отъедайтесь и никого не стесняйтесь, — профессора Глински, кажется, умилял аппетит новоиспеченного виконта. — Вы еще приходите завтра вечерком ко мне на кухню. Я успел между делом умаслить главную повариху и теперь у меня прямой доступ ко всем складам.
Корский замер с вилкой в руках. На ее зубцах опасно покачивался кусок жареной красной рыбы.
— Да куда же ему еще есть?! — не выдержала моя душа. — Аристократ должен быть сдержан во всем. А не обжираться как поросенок на убой!
Мне достался возмущенный взгляд аж трех пар глаз.
— А что я не права? — разведя руками, столь же осуждающе уставилась на учителя Барборису. — Вы, как никто другой, должны это понимать.
— Милочка, — дама в красном качнулась и подлетела чуть выше. — Не могу не признать, что доля правды в ваших словах есть. Но позвольте заметить, ваш брат — светлый маг. И не целитель какой-нибудь. Его дар — чистый свет жизни. Обжигающий, испепеляющий. Уничтожающий тьму. Он истребитель нежити. Воин от рождения. Сильный. В нем сосредоточен такой огромный потенциал, но у всего есть и недостатки. Маги света нуждаются в постоянной пище. И я не про духовное, студентка пусть будет Лакруа. Я про материальное. Ест мальчик, вот и не будем ему мешать.
Хм... Снова поймав на себе жалобный взгляд Матеуса, выдохнула и не успела сказать ни слова, как грянула музыка.
Последний призрак появился в высоком оконном проеме, и оно померкло, становясь обыденным и скучным.
Вальс!
Даже эта знакомая с детства мелодия сейчас была наполнена мистическими нотками. Кто играл и где оркестр? Забыв о приличиях, я как маленькая девочка становилась на цыпочки и пыталась высмотреть, где же музыканты. Но их просто не было.
В центре зала замелькали призрачные пары. Они притягивали взор. Духи танцевали, кружась словно в вихре. Их легкие плавные движения завораживали. Они парили в воздухе... Мерцали подолы пышных платьев. Светились потусторонним голубым сиянием модные сюртуки.
Это было невообразимое зрелище.
И даже Корский на несколько долгих мгновений застыл, так и не доев свой кусок рыбы.
Непонятно по чьему велению музыка сменилась. Резко и неожиданно.
— Танго! — воскликнула профессор Барбориса. — Лет сто как не танцевала. Молодой человек, немедленно пригласите меня.
Матеус разом подавился. Закашлялся. Попытался постучать себя же по спине, но поймав мой хмурый взгляд, передумал помирать от удушения и распрямился.
— Конечно, леди, — прохрипел он и с сомнением оглядел призрак женщины, пытаясь сообразить, как с ним вообще можно танцевать.