Имя для планеты (СИ)

Вы скажете, что это авантюра? Да, наверно, я с вами соглашусь, но идти по лесам и равнинам практически без карты и без проводника было ещё большей авантюрой. Неизвестно, какие сюрпризы таит ещё фауна планеты. Пузырник мог оказаться невинным зверьком, по сравнению с другими…
Каждый день я возвращался с работы, а рядом шла Анринэль. Всё было как обычно, но я понимал, что, не умея говорить, девушка стремится показать, что её чувства не изменились и она примет меня, если я передумаю. Я понимал это, но не мог обманывать, моё решение покинуть Эгладор только крепло.
Постройка плота продолжалась. Срубленные деревья стаскивались на берег, а потом, когда их набралось достаточное количество, их свалили в реку и там связали в пакеты. Эти бревенчатые пакеты, туго увязанные сильными мужчинами Эгладора, без потерь были спущены вниз по реке. С утра до вечера в месте, которое поселенцы сразу же прозвали Верфью, визжали пилы и стучали топоры. Мы не слишком торопились, было начало лета, до зимы оставался достаточный срок, и всё же уже через две недели наш плот стоял на воде, крепко привязанный к глубоко вбитому колу.
Мы решили отплывать рано утром, и накануне вечером всё семейство Тиаласа собралось, чтобы проводить нас. Когда все разместились за столом, хозяин поднялся и, оглядев нас с высоты своего недюжинного роста, провозгласил:
– Друзья! Мы рады, что вы были нашими гостями. Провожая вас, я хочу сказать, что мы безумно благодарны, вам за помощь. Ты, Патрик очень серьёзно подсобил нашему сельскому хозяйству, теперь посевы наши, по крайней мере, в этом году, не будут потравлены. Охотники приходят с куда большей добычей, благодаря тому, что ты указал им лучшие места и подсказал, как приманивать зверей. А Серж… Мы очень благодарны тебе за электричество. Ты просто представить не можешь, как… Со следующей недели мы начинаем профилактику болезней, нам поможет кибердоктор, а инструменты, станки, новые знания… Всего этого и рассказать нельзя. Поистине, в счастливый день вы пришли в Эгладор!
От полноты чувств глаза Тиаласа увлажнились, он украдкой вытер их и продолжил:
– И я хочу сказать, что если ваша экспедиция не увенчается успехом, и вы не сможете подать сигнал бедствия, знайте, что в Эгладоре вы желанные гости. Мы будем вам рады, и навсегда сохранится наша благодарность!
После ужина, когда Тиалас вышел на крыльцо подышать свежим воздухом, Патрик спросил его:
– Если мы всё же доберёмся до обитаемых миров, как нам поступить? Рассказать о вашем поселении или держать его в тайне? Нам нравится Эгладор, и если ты считаешь, что его существование надо скрыть, мы будем молчать. Но может быть, всё-таки, сообщить, что вам нужна помощь?
Некоторое время Тиалас молчал, обдумывая слова О'Доннела, потом ответил:
– Знаешь, Патрик, задай ты этот вопрос полгода назад, я бы ухватился за твоё предложение. Было тяжело, хотя с первыми годами и не сравнить. Но сейчас, когда благодаря вам, у нас появилась надежда на лучшее, я, наверно, откажусь. Я понимаю, что мы совершили ошибку тогда, четверть века назад, но сейчас у нас появился второй шанс. Может быть, мы сможем использовать его лучше и поэтому прошу вас: пожалуйста, скройте местонахождение Эгладора.
Я кивнул. Не мне было судить, прав ли Тиалас и может ли решать судьбу своих детей и поселян единолично. Ведь цивилизация, помимо благ имеет множество дурного. Столкнувшись с представителями развитых миров, эгладорцы неминуемо потеряют, что имеют, но смогут ли обрести другое – большой вопрос. А так у них здесь своя жизнь, чистая, патриархальная, естественная. Где-то им можно даже позавидовать…
На следующий день, едва забрезжила заря, Патрик и я уже были на берегу. Груз лежал на траве, перенесённый туда загодя. Мы подтянули плот поближе и начали переносить туда всё, что брали с собой – инструменты, оружие и запас пищи. Вроде бы, немного, но места это заняло изрядно. Мы работали, не отвлекаясь, а когда, наконец, весь груз оказался на плоту и я поднял голову, то увидел вдруг, что нас вышла провожать добрая часть жителей Эгладора. Было приятно, что в короткий срок у нас появилось множество друзей. Я отвечал на приветствия, жал руки в ответ, улыбался, но всё время искал глазами Анринэль. Искал и не находил… Вчера вечером, на прощальном ужине её не было, Эйлотен сказала, что ей нездоровится, и я надеялся, что попрощаться девушка всё же придёт.
 
Все напутствия были получены, слова сказаны и приветствия отзвучали. Мы перебрались на плот, кто-то потянул за конец, узел развязался, мы с Патом взяли шесты и оттолкнули плот от берега изо всех сил. Волна плеснула на низкий настил, берег стал отдаляться.
Я в последний раз поискал глазами Анринэль и вдруг заметил её. Она стояла на берегу, выше толпы, верно, поэтому я не увидел её сразу. Наверно, девушка позвала бы меня, если бы смогла, но дара речи она не имела, а просить кого-то она не захотела. Может, скромность, а может гордость… Стоя высоко на берегу она шептала что-то.
– Анринэль! – крикнул я и замахал руками, прощаясь.
Губы девушки по-прежнему шевелились, я присмотрелся внимательно и вдруг понял. Девушка пыталась сказать мне вечные три слова…
Такой я и запомнил её…
* * *
Первый день путешествия обошёлся без неприятностей. Плот медленно скользил по реке, мы сидели на брёвнах и изредка переговаривались. Съестных припасов было достаточно, поэтому мы не утруждали себя ни охотой, ни рыбалкой. Предыдущие недели прошли напряжённо, и мы радовались выпавшему безделью.
Так прошли два дня. Река текла по широкой равнине, с левого берега расстилалась бескрайняя степь, а справа, как стена возвышались высокие деревья. Ласковое солнце блистало с ясного неба, летний зной пока не тревожил нас. Обстановка была прямо-таки буколическая… Мы лежали на бревенчатом настиле и нехотя переговаривались.
– Вот доберемся мы до бакена, подадим сигнал, прилетят спасатели и отвезут нас к цивилизации, – говорил я. – Чем думаешь тогда заняться?
– Отдохну, наверно, – пожал плечами Патрик. – Отъемся и развлекусь как-нибудь.
– Ну, это понятно… А потом?
– Должок хочу получить с кое-кого, – нахмурился он.
– Это я тоже понимаю, у меня тоже есть подобный должок, – согласился я. – Я про потом, про время, когда такие дела закончатся.
– Да наверно, за старое примусь, – вздохнул О'Доннел. – Контрабанда экзотических животных занятие хоть и опасное, но довольно доходное. Да и не умею я ничего путного…
– Да нет, я про другое, – отмахнулся я. – Ну вот прибудем мы на обитаемые миры и что, вот так и расстанемся? Может, какое-нибудь совместное дело затеем?
– Погоди… – вдруг настороженно пробормотал Пат, поднимаясь.
В окружающей обстановке что-то неуловимо изменилось, я тоже это почувствовал. Я сел и тут обратил внимание, что справа деревья стали перемещаться быстрее – похоже, наше движение ускорилось.
– Пат… Течение стало быстрее, – заметил я.
– Вижу, – ответил он. – Меня звук тревожит, слышишь?
Я прислушался, в самом деле, какой-то странный шум доносился издалека… Встав рядом с другом я увидел, что и слева степь исчезла, а вместо неё появились высокие скалы. Сжатая высокими берегами, река ускоряла бег, а шум, доносящийся до нас, был шумом бурлящей воды.
– Держись, Серж! – крикнул Пат, бросаясь к рулевому веслу.
Тугое течение подхватило наш плот и неудержимо повлекло прямо к скалистому берегу. Патрик упирался ногами в бревенчатую палубу, пытаясь отвести плот на середину потока, но мощь реки легко преодолевала его усилия. Ещё секунда и она швырнёт деревянное сооружение на каменную стену, раскрошив его в щепки.