Дочь прокурора (СИ)

Возможно, он занят… Но мне так хотелось поделиться с ним этой новостью, что я сфотографировала тест, открыла наш с ним чат и написала: «Ещё одна причина по которой ты должен как можно скорее приехать ко мне. Мы ждём тебя», приложила снимок и отправила.
Затаив дыхание ждала, когда же галочек станет две, но Амир не появился в сети ни через минуту, ни через полчаса.
Волнение начало распространяться в воздухе невидимой отравой. Я позвонила маме, но она тоже не ответила, набрала папу – тишина. Да что ж это такое? Снова зашла в чат с Амиром и почувствовала, как сердце подпрыгнуло. Галочек было две. Обе фиолетовые. Прочитал… и вышел из сети, даже не ответив.
Почему? Амир бы просто так не проигнорировал такую новость. Что-то определенно случилось! Пульс за короткое мгновение взлетел до высшей отметки. Я суетливо позвонила Юле, но кроме как роя вопросов от неё ничего не добилась. Это и не удивительно. Кто для неё Звягин? Никто. Даже если бы что-то случилось, она была бы не в курсе. Пообещав ей рассказать позже почему я пропускаю учебу, я попрощалась с подругой, и уже собиралась снова звонить Амиру, как заметила в одном из пабликов новость.
«Влиятельный прокурор Звягин Глеб Степанович, потерявший несколько дней назад сына, обвиняется в связи с известным контрабандистом. Имеющиеся документы, а также видеосъемка, сделанная во время передачи оплаты Звягину подтверждают, что начальник отдела областной прокуратуры сообщал контрабандисту о запланированных следственных действиях правоохранителей, которые вели расследование против подконтрольных ему компаний. Также бывший прокурор имеет связи с местными владельцами подпольных казино, регулярно отчисляющими на его счет взятки в особо крупных размерах».
Там еще перечислялось много упоминаний в чём был замешан Глеб Степанович, а я по мере прочтения понимала, что, скорее всего, эту информацию поднял на поверхность Амир. Но почему тогда он не перезвонил? Не написал? Не дал знать о себе? Неужели угрозы отца не были пустыми, и Амира всё ещё могут посадить?
От досады и незнания ситуации я готова была на стены лезть. Плюнув на обещание оставаться в Турции, зашла в приложение и заказала себе билет домой. Я не могу так. Не могу сидеть сложа руки и ждать новостей. Рейс, правда, был аж на восемь часов вечера, до которых еще нужно было как-то просуществовать.
Немного позже, мне наконец, перезвонила мама.
- Всё в порядке, дочь. Глеба посадят надолго. Как сказал Амир, его знакомый прокурор, какой-то Ковнев, будет лично вести это дело. Звягину светит минимум пятнадцать лет лишения свободы.
- А Амир? О нём что-то слышно? Ты видела его сегодня?
- Утром, во время ареста Глеба. Я приехала по просьбе Елены, она в истерике уже какой день. Там и папа был.
Мама ушла от папы, и теперь временно живёт у подруги. Говорит, что потеряла доверие и веру в него. И я понимаю её, как никто.
- Он ничего не говорил, мам? Амир.
- Нет. Мы толком и не общались. Вот только сказал про прокурора, а потом уехал куда-то. Ты сама как там? Как самочувствие?
- Нормально, - ответила на автомате. – Ладно, мам, потом созвонимся.
Не до разговоров мне было. Кажется, температура поднялась по новой, но на этот раз вызвана она была беспрерывной тревогой.
Понимая, что своим волнением могу навредить малышу, я просто села на кровать и постаралась успокоиться.
«Всё будет хорошо, малыш. Папа поклялся, что он нас не оставит. А твой папа всегда выполняет обещания, слышишь? Он сделает что угодно лишь бы быть с нами. Поверь, я точно знаю, это не пустые слова»
Твердила я, смахивая слезы. Вроде бы рано для гормонов, но в последние дни я только и делаю, что плачу. Это раздражает, ведь я никогда не была нюней, а сейчас буквально каждая мысль вызывает ком в горле.
Не знаю сколько я так сидела, отгоняя тяжелые мысли, но когда в какой-то момент телефон булькнул входящим сообщением, я как умалишенная, сгребла его с тумбы.
«Далеко ты собралась, малыш?»
Господи! Он ответил! Сердце врезалось в ребра, пока я начала печатать сообщение, а потом плюнув, нашла контакт Амира и набрала его.
 
Первый гудок совпал со звуком мелодии, которая вдруг донеслась из-за двери. До боли знакомой мелодии, установленной у Амира на входящие звонки.
Я резко встала с кровати и в этот момент из трубки раздался мягкий голос Амира:
- Ты не ответила.
Я на ватных ногах пошла в сторону двери, чувствуя, как меня несёт туда какой-то невидимой силой.
- К тебе.
- Я же сказал ждать, пока я не приеду.
Остановившись у двери, и чувствуя, как сердце выскакивает из груди, я закусила губу. Оттуда доносился низкий баритон.
- Я дождалась? – затаила дыхание я.
- Открывай!
Рывком дернув ручку, я отворила дверь и почувствовала, как схожу с ума от счастья. Напротив меня стоял Амир.
Не говоря ни слова, он ступил внутрь, закрывая ногой дверь и одновременно с этим нетерпеливо притягивая меня к себе за талию.
Его губы встретились с моими, а пальцы запутались в волосах, прижимая меня к его сильному, горячему телу настолько крепко и отчаянно, что я снова заплакала сквозь смех. Ну что за рёва такая, Господи?
- Непослушная Лия, - прохрипел Амир, приподнимая меня над полом и заставляя обхватить его торс ногами. – Что мне с тобой делать, а?
- Понять и простить? – пошутила я, не веря, что обнимаю его спустя столько дней.
Любимый аромат тут же заполнил собой всё пространство, а я втягивала его, насыщаясь, как после долгой задержки дыхания глубоко дышишь кислородом, потому что только благодаря ему можешь жить.
- Нет, - ответил Амир, касаясь губами моей щеки, а после вызывая мурашки от того, как прикусил зубами мочку уха.
- Любить? – рвано выдохнула я.
- Любить, Лия!
И он любил. Уложив меня на кровать, стащив с меня сарафан и нижнее белье, и раздевшись сам. Покрывал поцелуями мою грудь, ребра. Добравшись до низа живота, Амир замер и поднял на меня взгляд, гладя кончиками пальцев область под моим пупком. Карие глаза стали теплыми, как расплавившийся черный шоколад.
- Я сделаю всё, чтобы вы были счастливы, - произнёс, прижимаясь к коже губами.
Я прикрыла глаза и зарылась в темные волосы пальцами. Я спрошу его обо всём позже. Задам вопросы, узнаю что к чему. Сейчас мне хотелось просто быть рядом и наслаждаться тем, что любимый рядом.
- Мы будем. С тобой будем, - произнесла шепотом, а потом почувствовала, как Амир приподнялся.
Открыла глаза, как раз, когда он навис сверху. Приподнялась к нему навстречу и наши губы соединились. Сначала губы, а после и тела. Амир любил меня неистово и жадно. Немыслимо долго, словно догоняя все эти дни, проведенные в разлуке. Его руки были везде, на моей груди, сосках, они гладили, мяли, ласкали. Опускались к клитору, вынуждая меня с криком взрываться от оргазма, а потом перевернули меня на живот. От непрекращающейся сладкой агонии у меня пересохли губы и горло, плоть ныла, но Амир не выпускал меня, продолжая терзать и раз за разом окунать в порочное чувственное удовольствие.
- Я хочу, чтобы ты стала моей женой, - сказал неожиданно, когда я обессиленная умостилась на его груди.
Подняла на него голову и улыбнулась. Внутри взорвался красочный фейерверк, и раскрасил кровь во все цвета радуги.
- Это ведь не из-за ребенка?
Знаю, что не из-за него, просто захотелось вдруг спросить.
- Ты прекрасно знаешь, что нет, - шероховатые пальцы погладили мой подбородок, - я бы женился на тебе даже если бы мы не собирались иметь детей в ближайшие несколько лет.
- Знаю, - улыбнулась я.
- Но захотелось услышать? – хмыкнул он.
- Да.
Прикусив губу, я рассмеялась, и придвинулась ближе, забрасывая на Амира ногу.
- Ты горячая, - произнёс он, поглаживая моё бедро.
- Спасибо, я знаю.
- Я не в этом смысле.
- А в этом не горячая?
- Так, кажется, у кое-кого начинают проявляться явные признаки беременности, - Амир шлепнул меня по ягодице, а после опрокинул на спину, снова нависая сверху. – Ты когда таблетку пила? – спросил строго.