"Фантастика 2025-91". Компиляция. Книги 1-35 (СИ)
Ухаживали за мной Лукьяновы. Мог бы попросить Яшу позвать Зою — пусть тоже проявит заботу о мужчине, но не стал. Конечно, придёт, не откажет. Сопли вытрет, о сексе в таком состоянии и речи нет. Вот только присмотр за больным запросто вызовет привязанность, причём — обоюдную, что из-за грядущего моего переезда не нужно обоим.
В итоге ралли по Украине пропустил, но до января всё же успел отметиться дважды и выполнить, наконец, норматив Мастера спорта СССР. Очень важно, если намерен заниматься с минской командой. Корочки мастера дают право на тренерскую деятельность и без высшего спортивного образования.
Новогодние праздники совместились с проводами. Белая дедова копейка, снятая с учёта в Тольятти и загруженная барахлом, а также запчастями и расходниками для её поддержания в Минске, терпеливо ждала под окном.
Раздал всё, что не брал с собой. Зоя, не имевшая никакого телевизора вообще, получила «Рубин», в Белоруссии производятся куда более современные и удачные.
Попросил Денисовича прошерстить знакомых, найти в Минске тренера по художественному мордобою, тот обещал.
Новый год отметили у Лукьяновых, разошлись рано — около двух. Зоя покинула меня ещё через час, расстались не без грусти, но и без драмы.
С утренними сумерками двинулся в путь — к новой жизни.
Дороги замело, ехал неторопливо, только через сутки добрался до съезда с Московской кольцевой в сторону Смоленска. Заправился, нашёл место, чтоб стать носом машины к ветру, поспал пару часов, не вылезая из-за руля и не вырубая двигатель, чтоб не мёрзнуть.
Как только тронулся, увидел девичью фигурку на обочине. Она не голосовала, но среди вьюги даже издалека выглядела холодной и замёрзшей. Притормозил.
— Вам куда?
— В Минск… — голосок дрожащий. — Но я боюсь сесть в машину к одинокому мужчине.
— Со мной страшно, только если засну на ходу. Если обещаете трещать без умолку всю дорогу, то нормально.
Она поколебалась, потом всё же села на переднее сиденье. На другое не смогла бы — там шмотки.
— Ох, тепло… Хорошо!
Невысокая, молодая. В шубке искусственного меха, впереди выбивается каштановая чёлка, успевшая покрыться имеем. Острый носик побелел от мороза. В руках только сумка типа спортивной.
— Давно мёрзнешь?
— Больше часа. 2 января, утро, практически никого на дороге.
— А чего не на поезде?
— Билетов не достать. Праздники, школьные каникулы. В Москву купила — с друзьями Новый год встретить, обратно думала — из брони или просто уговорю проводницу, но где там… Выбралась на попутках к шоссе. Мёрзла и боялась.
Мелкие черты лица, на нём трогательно-беспомощное выражение. Циничная часть натуры разменявшего три четверти века подсказала: именно такие, делано-беззащитные, пользуются мужиками наиболее беззастенчиво. А 25-летний Серёжа Брунов просто посадил окоченевшую девчонку и повёз в Минск — бесплатно.
— У вас радио есть?
— Есть. Ты. Я же поставил условие: разговаривать без перерыва. Еду из Тольятти, уже почти полторы тысячи намотал по снежной дороге, спал всего пару часов. Развлекай меня. Увидишь, что начинаю дремать — тормоши. Километров через четыреста остановлюсь ещё на часок — пообедаем, я посплю, будешь беречь мой сон аки верный страж. Лады?
— Лады!
Она улыбнулась. От первоначального страха, когда ужас от перспективы замёрзнуть боролся с опасением попасть в лапы страшному сексуальному маньяку, то есть мне, постепенно отошла.
— Чем вас развлекать?
— Для начала — знакомимся. Меня зовут Сергей, 25 лет, я инженер с АвтоВАЗа, перевожусь на работу в Минск. Обращайся ко мне на «ты», я — не старый дед. Правда — лишь снаружи.
— Но солидный мужчина. Всего 25 лет, а уже на собственной машине, на «жигулях»!
Успел как-то выпустить из внимания, что в начале 1976 года персональная «копейка» ещё достаточно престижна, чтоб снимать девушек на одну только крутизну тачки.
— Настя. Мне 20, студентка.
— Чего?
— Белорусский государственный университет, исторический факультет. Живу в Минске, с родителями.
— Ого! Наверно, домашний телефончик есть?
— Есть, — она чуть засмущалась, неужто клею её на третьей минуте знакомства.
— Вот вы и определили тему развлекательной программы. Заказываю: Великое княжество Литовское в борьбе с Русским царством! Битва не на жизнь, а на смерть.
— Ого… Об этом только специалисты знают. В школьных учебниках лишь вскользь, а так: русский и белорус — братья издревле и навек.
— Так давай о том, чего нет в учебниках! Трави сенсации! Как литовский король правил в Москве!
— В Литве был только один король — Миндовг, задолго до русско-литовских и русско-польских войн. Но если ты имеешь в виду Лжедмитрия-первого, действительно взошедшего на московский престол на литовских штыках…
— Пойдёт! Начинай!
Белоруска оказалась приятной спутницей. Мы болтали столь оживлённо, что сон перебился. Под Оршей я тормознул у магазина, накупил еды, с продуктами здесь точно не хуже, чем в Поволжье, и Настя продолжала кормить меня — не только побасёнками, но и кусками хлеба с колбасой, сама тоже чуть пожевала. Останавливались дальше лишь на заправке у Борисова, высадил её у дома в Минске, когда стемнело. Свой телефончик написала на листике бумажки.
— Спасибо, Серёжа! С Новым годом.
Не то, чтобы я собирался начать новую жизнь в Белоруссии романом со случайной попутчицей. Славная девочка — как добрая примета, что здесь всё получится.
Увы, далеко не всё и далеко не сразу.
Глава 19
Конструкторша
Первый рабочий день в 1976 году для меня пришёлся на понедельник 5 января, и он был отнюдь не расслабушным. Ожидания, что мне дадут время на акклиматизацию, обустройство квартиры, чтоб мог переехать в неё из общежития, рассеялись как дым сразу после выписки пропуска на завод.
Высоцкий огорошил:
— Из-за ВАЗа мы срываем сроки начала выпуска «пятёрки» и неизбежно завалим план по легковым машинам на 1976 год. Дай бог установочную партию собрать. Значит, нам надо удивлять руководство республики и СССР чем-то другим. Сергей Борисович, помните наш неофициальный проект «лучше Ауди»?
— Естественно.
— Через месяц будем демонстрировать опытные экземпляры МАЗ-2105 на ВДНХ, как раз накануне съезда. Они готовы в Литве. Но одновременно Генеральный директор распорядился презентовать в виде проспекта «белорусскую Ауди». Наши буквально по миллиметру разобрали ваши эскизы. Задача: за месяц окончательно довести до ума концепцию машины, изготовить макет в масштабе 1:10. Ожидается, что «пятую» посмотрит высокое начальство, едва ли не сам Гагарин. Коль мы не можем похвастаться выпуском реальных машин, удивим хотя бы мечтой!
Помесь воздушного замка и потёмкинской деревни. То, о чём с детства мечтал? Нет, конечно, ну а какой выбор…
Вторая неожиданность раскрылась постепенно, хоть мог предполагать заранее, в этом коллективе мне приживаться куда труднее. Приняли хорошо, но это люди совершенно иного склада. В Тольятти мы привыкли «думать руками», то есть немедленно воплощать идеи хотя бы в макет, а лучше — в металле для установки в машину и тут же гнать на трек, испытывать на ходу. Минчане были людьми кульмана. Поскольку компьютерное моделирование появится тут не раньше чем через лет тридцать, каждая цацка долго и мучительно вычерчивается, заказывается в цеху, крутится в руках, перечерчивается… Я пробовал приспособиться, не пытаясь лезть со своим поволжским уставом в минский монастырь.
Что особенно удивило, Высоцкий поручил разработку дизайна новой машины, по внутреннему обозначению МАЗ-3301, достаточно молодой женщине — Екатерине Журавлёвой, её не видел в прошлый приезд.
Первое впечатление было — дочка кого-то высокосидящего. Ухоженная, но не слишком женственная дама примерно моего возраста, с яркими и одновременно несколько резкими чертами лица, коротко стриженная, худая. Волосы выбелены, словно испугалась эксгибициониста и поседела до корней. На носу — очки в дорогой оправе. Одета в строгий брючный костюм без облегания, пиджак на размер велик, не понять, где там выпуклости и впуклости, на ногах ботинки без каблука. А где же мои любимые красивые коленки, обтянутые тонкими чулками? Увы, этот VIP-сервис не подготовлен.