Студентка для огненного Бога (СИ)

«Боги проводят со жрицами много времени, чтобы понять, какая из них подходит», — вдруг вспомнились слова Элиз и хорошее настроение тут же куда-то испарилось. Пришлось напомнить себе, что Айзек не заботится, а наверняка просто меня проверяет. И я надеюсь, что вскоре поймет — моя кандидатура для него не подходит.
— Ты обещала кое-что мне рассказать.
Маг протянул мне бутерброд с сыром, и я откусила большой кусок, чтобы появился повод не отвечать сразу. И кто меня за язык днем тянул? Прямо сейчас ни о чем вспоминать не хотелось. Заметив, что я не особенно словоохотлива сегодня, Айзек решил взять инициативу на себя.
— Давай я сначала расскажу, что смог о тебе узнать, а ты поправишь, если ошибаюсь?
Я кивнула с неохотой. Пусть лучше так, чем мне придется выдавливать из себя болезненные воспоминания.
— Ты — дочь герцога Деренела. Насколько я знаю, он прибыл в эту страну из северных земель как раз во время войн с западными магами. Отлично показал себя в сражениях, стал приближенным короля, за военные заслуги получил титул и земли.
Айзек вопросительно взглянул на меня. Я лишь кивнула и продолжила жевать. Пока что все верно, если отец, конечно, мне не лгал.
— После того, как орден магов-захватчиков был разбит, герцог осел в своем новом имении, перевез сюда нескольких самых близких родственников. Милости короля хватило и на них. Твой отец женился на несравненно-прекрасной леди Керил из рода Поллак, и молодая пара провела несколько счастливых лет вдали от столицы и глаз инквизиции.
Айзек ненадолго замолчал, и я снова кивнула. Воспоминания об истории моей семьи неприятно скребли по сердцу, но обличенные в спокойную текучую речь не вызывали ни ужаса, ни сожалений. Отец действительно был северянином и полководцем, и я походила на него гораздо больше, чем на мать. И внешностью, и характером. Бледная, даже слишком, худая и жилистая — совсем не такая фигуристая красотка, как моя мать. Зато дар мне достался ее, огненный.
Вынырнув из воспоминаний, я потянулась за очередным бутербродом, и бог огня, едва заметно улыбнувшись, продолжил.
— А потом Инквизиторам все-же стало известно, чем именно, кроме воспитания чудесной дочери, разумеется, занимались твои родители. Их обвинили в поклонении мне.
Кусок застрял в горле, и я смогла проглотить его с трудом. Я знала, что родители ездили в столицу, чтобы опровергнуть обвинения в ереси, и что им это вполне удалось. Король признал, что их совесть чиста, и они вернулись домой. Вот только в каких именно бреднях обвиняла их церковь Единого Света, я никогда не интересовалась. И теперь внимательно посмотрела на Айзека. Тот остался невозмутим.
Неужели… Догадки зароились в сознании, и бог огня облек их в слова.
— Король, помня о заслугах твоего отца, оправдал его, да и аргументы в защиту семьи Деренелов оказались крайне весомыми, если судить по протоколу того разбирательства. Однако всего через год после того, как твои родители вернулись в поместье, в нем вспыхнул магический пожар, в котором, как считается, погибла вся семья, — Айзек произнес последние слова тихо и мягко, и от его бережного тона стало еще противнее.
Так вот оно что!
— Инквизиторы, не получив поддержки короля, решили сами разобраться с еретиками?! — пробормотала я.
Айзек кивнул, но в его одобрении я не нуждалась. Гнев нарастал в груди, хоть я и не понимала, на кого его направить. На бога огня, само существование которого стало причиной гибели моих родителей, или на инквизиторов, которые так нетерпимы именно к поклонникам моей стихии?
— Только не вздумай на меня набрасываться, — Айзек предупреждающе поднял руку, и я замерла, ожидая, что он скажет в свое оправдание. — В те времена, когда твои родители увлеклись моим культом, я уже лет четыреста как был статуей, и огнепоклонники продолжали существовать без моего ведома. И уж точно без моего приказа. Я никого ни к чему не принуждал.
Я глубоко вздохнула и с трудом, но все же заставила себя успокоиться. Если я сейчас начну кричать и метать в разные стороны огненные шары, ничего не изменится. Я не перестану быть потенциальной женой бога, а мои родители не восстанут из пепла.
 
Видя мои терзания, Айзек не мешал мне и молча сидел, вглядываясь в закат. С трудом подавляя желание рвать и метать, я откусила бутерброд с такой силой, что громко клацнули зубы. От звона, раздавшегося в голове, я очнулась.
 Глава 23 
Так вот почему отец запретил мне называть настоящее имя, если вдруг с ним и мамой что-то случится. Если бы меня нашли, то могли бы казнить. Но в таком случае странно, что я жива до сих пор теперь, когда инквизиторы узнали о моей связи с богом огня. Ведь наверняка они как минимум заподозрили что-то. Да, мою биографию неплохо подчистила Рэна: любой, кто будет наводить справки, узнает, что я дочь местной проститутки от неизвестного отца, и что, когда мне было двенадцать, и у меня открылся магический дар, контрабандистка забрала меня к себе, для охраны. Однако те, кто занимались делом моего отца, не могли не заметить нашего фамильного сходства.
— Удивляешься тому, что все еще жива? — уточнил Айзек, будто прочтя мои мысли.
Я кивнула. Но тут же голову посетила догадка о причинах столь несвойственного инквизиторам альтруизма.
— Они надеются, что найдут тебя с моей помощью.
— Верно. Так что в твоих интересах не попадаться как можно дольше. Когда меня обнаружат, ты умрешь, — Айзек хищно улыбнулся, но в его глазах скользнула печаль.
Не факт. Интересно, если я сама сдам бога огня инквизиторам, и они убедятся в том, что я не имею никакого отношения к его культу, меня пощадят? Или, еще лучше, если я лично уничтожу этого самодовольного мага, то смогу ли таким способом заслужить королевское помилование?
Судя по ироничному взгляду, Айзек если не знал, то как минимум догадываться о моих мыслях, но от комментариев воздержался. Оно и к лучшему. Теперь, с учетом новых данных, мне надо подумать, как поступить. Так что можно попытаться перевести тему.
— Пожалуй, на сегодня мне хватит откровений, — аккуратно заметила я, с сожалением отмечая, что корзинка с едой опустела. Зато еще остался ароматный чай, который теперь, когда солнце уже опустилось за море и от влажного песка начал подниматься холодный туман, стало так приятно пить.
— Мне больше нечего рассказывать. А ты, я так понимаю, углубляться в прошлое пока не готова?
Я неопределенно пожала плечами, согревая пальцы о плотный металл стакана. Ожидала боли, отчаяния, страха, которые испытывала каждый раз, когда пыталась подробнее вспомнить прошлое, но ничего и близко похожего на прежний шквал эмоций не ощущала. Может быть оттого, что мы говорили слишком обобщенно, даже как-то обезличенно, и мне на несколько минут даже удалось поверить, что все это случилось не со мной. И углубляться в болезненные подробности, расковыривать старые раны, я не решилась.
— Так что на счет… другой жрицы. Как думаешь, смог бы ты найти еще одну подходящую девушку? — аккуратно спросила я, ожидая вспышки ярости в ответ, но получила лишь скептичный взгляд и короткую усмешку.
— Сомневаюсь. Я уже говорил тебе, что Элизабет не подойдет. Других подходящих кандидатур я в академии не встречал.
Вот же упрямый баран!
— А если все-таки она попадет в пожар? Тогда ее способности значительно усилятся под воздействием родной стихии, и…
— Нет! Она не должна пострадать. Ее судьба… иная, — резко оборвал мои размышления Айзек.
Интересно, почему он так беспокоится об обычной студентке? Может, все-таки испытывает к ней чувства, хоть и сам этого не знает?
При мысли о том, что Айзек может быть в кого-то влюблен, сердце кольнула ревность, но я отогнала это глупое и совершенно бессмысленное чувство, и продолжила размышлять логически.
Если так, то есть вероятность, что на самом деле подходящая жрица Элиз, а вовсе не я. Но как бы узнать, какие эмоции он испытывает? Может, подослать к нему Эйлу? Ей ведь удалось прочитать его мысли тогда, на свадьбе. Вдруг и на этот раз получится?