В объятиях повесы

— Полагаю, ты захочешь поехать в Фейрборо как можно быстрее.
Миранда кивнула. По крайней мере, у нее будет хотя бы еще немного времени для общения с ним. Она сможет разубедить его, попытается все объяснить.
— Очень хорошо. Я попрошу Прескотта, чтобы он велел кому-то из конюхов отвезти тебя. На обратном пути это сделает мистер Кларк.
— Но почему ты не…
— У меня есть несколько неотложных дел. Грейсон попросил меня присмотреть за его компанией, пока он отсутствует в стране, к тому же у меня есть обязанности, требующие моего внимания. — Он кивнул. — Приятного вам дня, леди Гаррет.
С этими словами Уинфилд повернулся и направился в библиотеку. Внезапно гнев охватил Миранду, и она крикнула ему вслед:
— Скажи-ка мне, Уинфилд, что я задела — твое сердце или гордость? Неужели номер четыре — это последняя капля, которая переполнила чашу?
— Гувернантка!
Едва до нее донесся его тихий ответ, как леди Гаррет услышала хлопанье двери в библиотеку.
— Олух!
— Кхе-кхе!
Резко повернувшись, Миранда увидела Прескотта, стоявшего на некотором расстоянии от нее.
— Да! Что? — резко спросила она.
— Желаете, чтобы я приказал подать экипаж прямо сейчас, леди Гаррет? — осведомился дворецкий.
— Думаю, через полчаса. Сначала мне надо переодеться. — Она глубоко вздохнула. — Прошу прощения за мою вспыльчивость, Прескотт. И за эмоциональность лорда Стилуэлла тоже.
— Не за что, леди, — спокойно отозвался дворецкий. — Мы этого ожидали.
«Ожидали чего?»
Дорога в Фейрборо никогда не казалась Миранде долгой или скучной, но сегодня она была именно такой. Конечно, ей не с кем было поговорить в пути, не считая того человека, которому приказали отвезти ее, но у нее не осталось желания вести пустые разговоры. В эту минуту ей хотелось как можно быстрее оказаться в Фейрборо, поговорить с Эдвином, оценить ход работ и ответить на появившиеся за время ее отсутствия вопросы. Чем скорее она вернется в Миллуорт, тем быстрее сможет вступить в противостояние с Уинфилдом.
Только к чему это приведет? Доверяет ли леди Гаррет ему? Разумеется, доверяет, в этом нет сомнений. И хотя Миранда не была суеверной, она считала, что помолвка искушает силы судьбы. Возможно, этот человек просто не создан для обручения. Что, само собой, вызывает следующий вопрос: предназначен ли он для брака? Дальше следовало определиться: хочет ли она выйти за него замуж?
Леди Гаррет серьезно не задумывалась над этим до прошлой ночи. Она была слишком занята, получая удовольствие от его общества, его историй и шуток. Ей нравилось, что все в нем было борьбой — волнующей, возбуждающей. Виконт ни разу не заставил ее почувствовать себя глупой или скучной. Миранде нравился взгляд Уина, когда лорд Стилуэлл поддразнивал ее, нравились морщинки в уголках его глаз, когда он размышлял о чем-то важном. И еще ей было по нраву, как он смотрел на нее, не прошлой ночью, а раньше, как будто она была чем-то драгоценным, особенным, редким. А еще Миранда любила… Она любила его.
Леди Гаррет не просто привыкла к его обществу. Любовь к Уинфилду поглощала ее медленно, постепенно, с каждым прикосновением его руки, с каждым разом, когда они вместе смеялись над чем-то, с каждым новым спором. Он проникал в ее сердце и завоевывал, когда она не видела этого и не думала, что такое вообще возможно. И теперь мысль о том, что Миранда его потеряла и ей придется прожить жизнь без него, причиняла почти непереносимую боль. Она должна все исправить, хоть и не представляет, как это сделать. Теперь одного согласия на помолвку будет недостаточно.
Но как леди Гаррет может сказать ему, что тоже боится? Опасается любить его, потерять то, что нашла после смерти мужа.
Миранде нравилось разрабатывать проекты домов, планировать стройки и тому подобные вещи, когда Джон был жив. Не потеряла она интерес к этому и теперь. За много лет работа стала частью ее самой. Более того, все это сделало ее тем человеком, каким она является сейчас. Ее уверенность в работе каким-то образом стала уверенностью в себе. И это леди Гаррет тоже осознала только сейчас.
 
Но, несмотря на слова Уина, сказанные ее семье, Миранда не питала иллюзий относительно изменения его мнения о месте женщины в этом мире. Он не позволит ей работать. Готова ли леди Гаррет бросить бизнес? Дама, которой она была когда-то, сделала бы это без раздумий. Но Миранда сильно изменилась.
Леди Гаррет всегда казалось, что она раскрылась с Джоном. С ним она могла быть той Мирандой, какую никто не знал. Лишь после его смерти девушка поняла, что их жизнь была безупречной, потому что она сама сделала ее такой. Леди Гаррет никогда не задавала ему вопросов, не чувствовала, что ее мнение имеет вес. И все потому, что так было проще, безопаснее. Было разумнее держать рот на замке рядом с родными, избегать конфликтов и противостояний. Целесообразнее оказалось и прятаться за мужчину — реального или выдуманного и заниматься той работой, которая доставляла ей удовольствие.
Уинфилд считал ее смелой, как и его мать. Даже Бьянка одобряла ее отвагу. Они ошибались. У нее не хватило смелости в открытую сказать о своей работе и оказаться лицом к лицу с насмешками и крахом фирмы. Миранда побоялась превратиться в невесту номер четыре и стать предметом сплетен и слухов. Рискнуть и не испугаться проклятия, реального или вымышленного, поразившего его прежних нареченных. Леди Гаррет не нашлось храбрости рассказать ему о себе все, поэтому она оказалась вынужденной выбирать между тем, кого любит, и тем, чем любит заниматься.
И сейчас Миранда была в ужасе. Она боялась быть той женщиной, какой стала. Опасалась потерять человека, который, возможно, полюбил ее за это.
Леди Гаррет убедилась в правоте суждения о том, что чем скорее человек пожелает справиться с неотложным делами, тем больше препятствий возникнет у него на пути. В Фейрборо все шло по плану, однако возникло множество мелких проблем, требующих решения, начиная с нехватки необходимых для стройки материалов, которые использовали не по назначению, и заканчивая выбором места для уборной. Миранда занималась решением одного вопроса за другим и не могла вернуться в Миллуорт, пока не подошло время обеда.
Леди Гаррет хотела найти Уинфилда до трапезы, но у нее осталось время только на то, чтобы переодеться. К тому же, учитывая, как они сегодня закончили разговор, возможно, им лучше встретиться за столом, в присутствии его родителей. Наверняка к этому времени он уже успокоился. Более того, если ей повезет, лорд Стилуэлл поймет, каким неразумным был, и согласится, даже будет хотеть, все спокойно обсудить.
Лорд и леди Фейрборо уже сидели в столовой, когда Миранда зашла туда и расположилась на своем месте за несколько мгновений до подачи супа.
— Леди Гаррет.
Отец виконта кивнул ей.
— Добрый вечер, Миранда, — приветливо поздоровалась с ней леди Маргарет.
— Прошу прощения за опоздание. — Она посмотрела на место Уина, которое было пустым.
— Как сегодня дела в Фейрборо? — Улыбка графини вполне соответствовала ее тону.
— Возникло несколько сложностей, — ответила леди Гаррет. — Правда, небольших и легко разрешимых.
— Уверена, что вы, как обычно, без труда со всем справились.
Все-таки этим вечером что-то было не так в манере разговора леди Фейрборо. Казалось, будто она старается быть веселой, хотя на душе у нее кошки скребут.
— А разве лорд Стилуэлл не присоединится к нам за обедом? — спросила Миранда, пытаясь говорить как можно более беспечным тоном. Это оказалось непросто.
— Кажется, он уехал в Лондон, — недовольно проворчал граф. — Не так ли, Маргарет?
— Да, дорогой, — кивнув, ответила хозяйка. — Он так сказал.
Он уехал? У леди Гаррет перехватило дыхание.
— Но мы только что вернулись из Лондона, — с усилием произнесла она.
— Да, это действительно показалось мне немного странным…
«Трус!» Миранда водила ложкой по тарелке с супом.