Абсолют (СИ)

— Зачем ты снова в это полез?
— Как я уже говорил — для меня это был шанс вновь стать нужным. Тут, как оно обычно бывает? Сперва я шёл в гору. Потом достиг пика. Подумал, что мне всё надоело и стал жить жизнью обычного человека…
— И, чем тебя это не устроило?
— Через несколько лет я всё понял. На меня снизошло озарение, словно внезапный солнечный луч во время грозы. Дело в том, что я не умею ничего, кроме убийств. Талантливых. Творческих! А ещё… Стоило мне отказаться от своего ремесла, как я резко стал никому не нужен. Это страшно, Фёдор Александрович. Смотря на вас… я понимаю, что вы всё делаете правильно. Так и надо! Не сбавляйте обороты. Куйте железо пока горячо! Стоит только присесть для небольшой передышки — вас тут же сметут на обочину. Отправят в небытие… А там делать нечего. Особенно, если ты — талантлив. А я считаю, что вы — талантливый человек, Фёдор Александрович! Посему — не останавливайтесь. Не уходите в забытие.
— Спасибо за комплимент. Но я не убиваю за деньги. Скорее… это необходимость. Мир требует от меня свершений.
— Мир ли? — Юдин улыбнулся, отпил из стакана, а затем взглядом указал на мой перстень с огромным синим камнем: — Вы показали себя, как отличного исполнителя! Человек, который никогда и не при каких обстоятельствах не идёт на компромисс. И ваш новый друг в лице Губернатора — прекрасно это понимал, когда давал вам кольцо.
— Хех… И, что ты предлагаешь? Подставлять вторую щеку? Ждать, когда меня убьют твои друзья-террористы? Нет. Я так не думаю. Ты — болезнь. Вирус, который просто наслаждается смертью и получает за это деньги. Ты убивал всех без разбора. А у меня есть чёткое правило.
— О, вы меня не услышали. За деньги… Или просто так. Это неважно. Знаете, почему убийство — страшный грех?
— Почему же?
— Не вы дали всем своим жертвам жизнь.
— Жертвам? Ты плохо ознакомился с матчастью, старик. — усмехнулся я: — Мне, в отличии от тебя — не нравится убивать.
— Нравится, Ваша Светлость. Даже очень. Понимаю, что с этим тяжело смириться… Но убийство людей — это призвание. Далеко не каждый способен нажать на спусковой крючок. Резко опустить топор. Дёрнуть рубильник для подачи электрического тока… Как правило, те, кто изо всех сил пытаются скрыть свою любовь к убийствам — делятся на две категории. Либо это люди, которые бегут от тёмного прошлого, в надежде на раскаяние и прощение. Причём, это могут быть самые разные представители рода человеческого. От наёмных убийц до простых маньяков. Либо это те, внутри которых борется воспитание и реальность. Ведь родители закладывают в нас всё самое лучшее! Они воспитывают светлых и добрых людей. Чему нас учили мультики и сказки? Будь добр к людям! Свет в душе не потушить… Но реальность, в большинстве своём, оказывается куда страшнее. Вам приходится убивать. Но вы скрываете от себя это чувство удовлетворение после каждого убитого противника. И… мне стыдно это признавать, но я больше ничего не чувствую. Весёлое хобби превратилось для меня в рабочую рутину. Творчество стало профессией. А убийство… типичным трудом, который приносил мне доход. Скажу больше, мне иногда даже было скучно. И в мою голову забредали дикие мысли! А, что, если я не убью свою цель? Что будет, если я совру заказчику? Устроят ли за мной погоню? Наймут ли специалиста, который начнёт охоту… Но я быстро изгонял из головы подобные мысли, потому что в первую очередь — мы профессионалы. А уже потом — люди. Так вот, из того, что я перечислил… Мне кажется, что вы относитесь ко второму типу убийц. Родители вложили вам в голову светлый образ человечества. А вы не можете соответствовать в силу своей реальности. Либо вы будете продолжать нажимать на спусковой крючок. Либо… погибните.
— Интересное замечание. Но я бы предпочёл скучную и спокойною жизнь.
— О… Вы допускаете туже самую ошибку, что и я! Помните — умный человек учится на чужом опыте, а глупый — на своём. Вы испытываете неподдельное удовольствие, когда очередная порция врагов пачкой летит на вас, словно мотыльки на свет. Посмотрите на себя со стороны! Ваше имя знают по всей Пермской губернии. И совсем скоро — узнают по всей Империи. Вы не отсиживаетесь в тени. Вы охотно контактируете с людьми. А ещё — ваш автомобиль. Его сложно не заметить в потоке. Из всего этого складывается впечатление, будто вы целенаправленно привлекаете к себе внимание. Вы буквально приманиваете своих врагов. И всё это для того, чтобы у вас было железобетонное алиби. Тот, кто посмел напасть на дворянина — подписывает себе смертный приговор. Да… Тот жест с Воробьёвым! Вы же притворились, что не умеете фехтовать?
  
— Ты меня не знаешь.
— Хорошо, если так. Самообман — опасная штука, Фёдор Александрович. Я признаю, что жил прошлым. Холил и лелеял времена, которые тем и прекрасны, что их уже не вернуть… Но я принимаю себя таким, какой я есть. Мне неважно воспитание. Неважна моя парадигма. Я убийца. И я люблю убивать. Я испытываю от этого удовольствие… По крайней мере — испытывал раньше. — Юдин потушил сигару о дно пепельницы, а затем аккуратно постелил газетки на пол: — Примите себя таким, какой вы есть. Поверьте… Всем иногда хочется надеть маску. Сказать, что: «О нет, ребята! Я совсем не такой!» Но чем быстрее вы примите правду, тем быстрее сможете измениться. Вопрос только — стоит ли оно того? Как я уже говорил — вы большая редкость. И от того — крайне ценны для Империи и её жителей.
— Я подумаю над этим.
— Славно… — Юдин встал на колени: — И, хочу, чтобы вы знали. Для меня это большая честь!
— Рад за тебя. — я вытащил «автоматический пистолет бесшумный» на базе Стечкина: — Но я сам выбираю свою судьбу. Как и все сильные люди. Посему — мне плевать, что там написано на роду. Если надо — я это перепишу.
— Как бы там ни было — вы делаете этот мир чище и светлее. Поэтому, прежде чем меняться и отрицать свою суть — подумайте. А стоит ли оно того?
— Стоит. Уверен, что и сейчас мир станет чуточку светлее. — тихо ответил я и нажал на спусковой крючок.
* * *
Человеческие сны до сих пор казались мне, чем-то крайне уникальным. Конечно, я видел их и раньше, но именно этот непонятный бред, транслируемый в голове во время сна — вызывал целую палитру различных эмоций!
За мгновение до пробуждения, передо мной возник трон из чёрного камня. Он был покрыт ярко-зелеными пульсирующими трещинами. Кажется, я уже видел нечто подобное раньше.
Тяжко вздохнув, к трону подошёл Мегард. Выглядел он совсем плохо… Ссохшееся тело больше напоминало скелет. А серая кожа выглядела, как грязная марля.
— Ты всё пытаешься сбежать? — поинтересовался Всеотец и устроился на троне, мутными глазами глядя на меня.
— Отчего?
— От самого себя.
— Я не сбегаю. Я хочу измениться!
— Измениться? — удивился Мегард: — Вообще-то, я вижу, как ты думаешь о словах этого старика. Не знал, что ты любишь рефлексировать. Мне казалось, что я создавал вас для других целей. Потому, ваш разум просто не может долго зацикливаться на одном и том же.
— Посиди в темнице с моё — научишься. Да и не рефлексируя я. Зачем отрицать факты? Мне это не поможет исправить ситуацию.
— Верно. Только вот — исправлять ничего не нужно. Рыба создана, чтобы плавать. Птица — чтобы летать. А ты, сын мой — создан, чтобы завоёвывать! Ты не созидатель, как твои братья и сестры. Ты — уникален в своём роде! Я рад, что прикончил этого идиота, который обучал тебя в самом начале. Слишком уж много он болтал не по делу! А ты — поверил… Ересь поработила твой разум, и сейчас ты пожинаешь плоды того отвратительного воспитания. Сомнения и старания переделать свою суть лишь разрушают тебя изнутри, Глэйтрон. Ты же никогда не был ранимым и чувствительным к внешним факторам… Так, что случилось?
— Ты лжец и манипулятор. И мне плевать, для чего именно ты меня создал! Я видел другого себя. Я знаю, что могу быть другим. Но сейчас я чувствую, что с каждым новым убийством приближаюсь не к своей цели… А возвращаюсь обратно к роли Глэйтрона Завоевателя.