Кондор. Дилогия (СИ)

Пытаясь прогнать мрачные мысли, Тимс решил заняться тестированием систем управления эллара и выяснить, способно ли это напичканное дорогостоящей аппаратурой корыто летать и, может, даже перемещаться в иные миры, что было бы сейчас очень кстати. Усевшись в кресло пилота, он принялся потрошить служебные программы, пытаясь узнать, в чем конкретно заключается неисправность эллара, ведь внешних повреждений при посадке тот не получил. Несколько раз у Тимса возникало ощущение, что на него кто‑то пристально смотрит, но каждый раз, оборачиваясь, маркератор не обнаруживал ничего подозрительного. Миала спала, лежа прямо на полу в позе эмбриона, прижав руки к груди и обхватив их руками. Раненый ликвидатор Ултар Фарпрай вообще не подавал признаков жизни, упакованный в своей капсуле жизнеобеспечения. Все было тихо и спокойно. Возможно, сказывалось напряжение последних дней. Немного расшатались нервы. Когда вернется, обязательно возьмет отпуск и отправится куда‑нибудь на край Вселенной, где нет ни озабоченных проблемами спасения Метамерии наносинтонов, ни монстров, ни трансмерных аномалий. Есть только океан, дикий пляж и пара очаровательных официанток с минимумом одежды на загорелых телах, разносящих прохладительные напитки. О да, небольшой курортный роман – это как раз то, что ему сейчас так нужно. Впрочем, для того чтобы начать этот роман, нужно сначала выбраться отсюда. А значит, спасти мир.
– Тяжело быть героем, – вздохнул Тимс и снова погрузился в работу.
Спустя какое‑то время он выяснил все, что хотел. И полученный результат совершенно не обрадовал маркератора. Двигатели корабля работали, неисправность заключалась в вещи довольно банальной, даже смехотворной – отсутствии программного обеспечения. Очевидно, эллар попал в зону сверхмощных полевых аномалий, разрушивших часть программ модуля управления. Проблема была легко исправима – требовалось всего лишь обновить базу данных. Вот только где взять пакет программного обеспечения?
Все еще не веря в свое поражение и пытаясь отыскать в компьютере хоть что‑то, что помогло бы ему восстановить контроль над системами корабля, Тимс не заметил, как совершенно случайно забрался в бортовой журнал, по недосмотру, а возможно, из‑за все тех же полевых аномалий лишенный зашиты и открытый для общего доступа.
Без особого интереса пролистнув несколько страниц, Тимс хотел уже было закрыть журнал, как вдруг его блуждающий взгляд задержался на фрагменте текста. Это был подробный инструктаж команды ликвидаторов, необходимый для быстрого и грамотного выполнения их задания. Быстро пробежав текст глазами, Тимс громко выдохнул, затем, решив что все прочитанное ему просто померещилось, вернулся к началу и перечитал еще раз. Текст, как и следовало ожидать, не изменился.
– Проклятье! – прошептал маркератор, не веря своим глазам и чувствуя, как по спине у него пробегает весьма ощутимый холодок. – Этого просто не может быть! Они не посмеют…
Вскочив на ноги, он подбежал к спящей Миале, хотел было растормошить ее, но вовремя вспомнил о яде и боязливо отдернул руку.
– Проклятье! – повторил он сквозь зубы и, склонившись к девушке, громко позвал:
– Эй, как тебя там… Миала! Проснись! Эй!
Девушка открыла глаза, рванулась было испуганно в сторону, но, увидев, кто склонился над ней, облегченно выдохнула и что‑то с укором пробормотала, вяло потягиваясь.
– Да некогда мне. Давай просыпайся скорее! – недовольно проговорил Тимс, будто девушка понимала, что он ей говорит. Впрочем, иногда хватает и интонаций. Поняв, что что‑то не так, Миала приподнялась на локтях, затем и вовсе села, внимательно глядя на маркератора. Тот попытался объяснить ситуацию:
– Миала, мне срочно нужна машина…
Результат оказался неважным. Естественно, девушка не поняла ни слова. Увидев, что Тимс склонился слишком низко, Миала вяло отстранилась.
– Да не трогаю я тебя, – раздраженно произнес маркератор, демонстративно убирая руки. Он прекрасно помнил, что может случиться, прикоснись он к пропитанной ядом коже туземки. И умирать совершенно не собирался. По крайней мере не так глупо. И уж, конечно, не так скоро.
  
– Слушай, не знаю, понимаешь ли ты хоть что‑то из того, что я говорю, но мне очень нужна машина. Или любое другое транспортное средство.
Миала внимательно выслушала маркератора, но лишь легонько мотнула головой, показывая, что все произнесенное собеседником – пустое сотрясание воздуха.
– Как бы тебе объяснить… Мне нужна…
Маркератор сел в кресло, выставил перед собой руки, изображая, что ведет машину.
– Машина мне нужна. Что‑то, на чем бы я смог‑Проклятье! Мне нужно вот сюда, и как можно быстрее. – Тимс ткнул пальцем в соседний экран навигатора, где на фоне карты местности мерцал крошечный маркер, отмечающий точку назначения эллара.
Миала встала, подошла к пульту, внимательно посмотрела сначала на экран, затем на Тимса и вновь покачала головой. Развела руками. Она не понимала.
– Боже! Как бы тебе объяснить… О! «Бултар»! Кажется, твой внедорожник так назывался?! Ты можешь найти еще один действующий «Бултар»?
Вот теперь, кажется, Миала наконец поняла.
– Галмана ви «Бултар» шамти. Замас кам вимпасак галмана фалманга, – произнесла она и развела руками, словно извинялась Перед собеседником.
– Знать бы, что ты сейчас сказала, – печально произнес Тимс. Впрочем, все было понятно и так. Машины нет. «Бултар» был единственным транспортом на ходу. – Вот так влип! Что же делать?!
В этот момент кто‑то цепко схватил его за ногу и рывком выдернул из кресла на пол.
– А‑а‑а! – еще не понимая, что происходит, прокричал в ужасе маркератор, чувствуя, как на него наваливается чья‑то тяжеленная туша, а еще через секунду увидел перед собой обезображенное, лишенное носа и покрытое шрамами лицо Ултара Фарпрая.
За раненым ликвидатором к капсуле жизнеобеспечения по полу тянулись разорванные трубки, из которых обильно хлестали прозрачный питательный раствор и кровь. Но, похоже, сам Фарпрай не замечал этого. Сейчас он преследовал только одну‑единственную цель – убить маркератора. И Тимс понимал, почему искалеченный ликвидатор желает его смерти. Он слишком много узнал из того, чего ему знать не полагалось. И теперь расплачивался за собственное любопытство.
Драться с наносинтоном, даже раненым, было невероятно трудно. Единственная уцелевшая рука Фарпрая дотянулась до шеи Тимса, ледяные пальцы цепко обхватили горло, сжимая его. Маркератор не сомневался, что, будь у ликвидатора обе руки, он просто свернул бы своей жертве шею.
Собравшись с силами, Тимс попытался спихнуть с себя нападавшего, но не тут‑то было. Наносинтоны весили почти на треть больше, чем аналогичные по комплекции люди, ко всему прочему, ликвидатор не собирался отпускать жертву. В глазах у Тимса потемнело, в ушах появился неприятный настойчивый звон, моментально затмивший все другие звуки. С внезапным отчаянием маркератор понял, что не в силах больше сопротивляться. Несколько раз он ударил Фарпрая в живот и бок, но это оказалось совершенно бесполезно. Раненый наносинтон, похоже, вообще не чувствовал боли. Или не обращал на нее внимания. Да и мог ли ударить сильно человек, почти теряющий сознание?
И тут внезапно давление неожиданно ослабло. Пальцы разжались и исчезли из вида, а следом за ними сползла с тела Тимса и туша Фарпрая. Почувствовав неожиданную свободу, маркератор рванулся в сторону, перевалившись на бок и пытаясь разглядеть сквозь застилающую глаза пелену, что произошло.
Со стороны ситуация могла бы показаться нелепой, даже комичной. Только вот для присутствующих она такой не выглядела. Ставшая свидетельницей неожиданного нападения Миала оправилась от шока очень быстро. Спрашивать, что происходит, было просто бессмысленно – даже если бы Тимс смог что‑то прохрипеть в ответ, она не поняла бы ни слова. Но ситуация требовала немедленного вмешательства. Поэтому девушка без лишних размышлений моментально приняла самое правильное, с ее точки зрения, решение. Схватив Фарпрая за культи ног, она сдернула взбесившегося наносинтона с тела маркератора, пытаясь растащить дерущихся и хотя бы немного остудить их пыл. Не тут‑то было. Будь причиной драки ссора, подобная мера, возможно, и помогла бы. Но не в данном случае. Поняв, что ему мешают завершить начатое, наносинтон резко развернулся и что есть сил лягнул тащившую его девушку культей правой ноги. Удар получился неважный, однако от неожиданности Миала ослабила хватку, и обрубки ног выскользнули из ее перемазанных питательным раствором пальцев. Тут же, ловко извернувшись, Фарпрай приподнялся и уцелевшей рукой наотмашь ударил склонившуюся над ним девушку по лицу. Раздался хруст. От боли у нее брызнули слезы из глаз. Не удержавшись на ногах, Миала пошатнулась и упала на пол, зажимая рукой сломанную челюсть. А моментально потерявший к ней интерес наносинтон развернулся и вновь набросился на уже приходящего в себя Тимса.