Что скрывает темнота... (СИ)

Я всхлипнула, ненароком наступив на чересчур острый камешек, и по щеке скатилась самовольная слеза. Как бы я не винила Римм, смерти ей я точно никогда не желала, тем более такой глупой и страшной. Остановившись, я стерла влагу с лица, и обессиленно привалилась к каменной стене. Блуждать здесь в темноте можно было бесконечно…
Помнится, в прошлый раз я пожелала, чтобы некий доброжелатель нарисовал указатели в нужном направлении, если мне вдруг не посчастливится сюда вернуться. И каково же было мое удивление, когда через несколько минут, привыкнув к темноте, мои глаза различили тускло светящиеся крошечные стрелочки, нарисованные на стенах. Кто бы мог подумать… Не веря в свою удачу, я бросилась в направлении, которое подсказывали неоновые стрелочки, горячо надеясь, что те не обманут.
Преодолевая повороты и ступени, падая, и снова поднимаясь, я слышала только шорох собственных шагов, и свое тяжелое дыхание в темноте. Но вот где-то далеко знакомо хлопнули металлические створки, и от этого жуткого звука сердце болезненно дернулось в груди. Пришлось ускориться. Кто бы мог подумать, что этому прекрасному, расшитому рубинами платью, приготовленному задолго до праздничного часа, предстояло блистать лишь только среди пыльных подземелий, да и то в темноте. Его подол запачкался, шлейф держался на честном слове, и я бы с удовольствием скинула все это безобразие, если бы под него влезла хотябы крохотная сорочка. Но ее не было, и приходилось терпеть, убивая прекрасную вещь и дальше. И да, пожалеть меня так, как я жалела платье, сейчас было некому.
Стрелочки приветливо мигали, хаотично раскиданные то здесь, то там не только на стенах, но и кое-где даже на полу. И вот еще пара поворотов, арка, небольшая лестница, и вот она, заветная дверь. Точнее, ее отсутствие в знакомом проеме. А жаль. Неплохо было бы выиграть несколько драгоценных минут, заперевшись здесь на все замки.
В этой комнате было чуть светлее, чем во всем только что пройденном мной подземелье. Крошечное окно где-то под потолком пропускало некоторое количество тусклого света уличных фонарей. И в этом свете я различила очертания той самой рамы. Не медля ни минуты, я шагнула к ней.
Холодный металл зазвенел под пальцами. Но света не было. Я прекрасно помнила то голубоватое сияние, когда рама находилась в рабочем состоянии. Возможно, ее следовало как-то включить? Руки лихорадочно заметались по все поверхности в поисках такого необходимого включателя. Активизируйся же, ну, бесполезная железка!
Эхо тяжелых, демонстративно громких приближающихся шагов заставляло меня двигаться быстрей, но толку от этого не было все равно. Собрав всю пыль с рамы, но так и не обнаружив активатор, я досадливо треснула по ее гладкой поверхности, едва не отбив руку. И тут же рама загудела, засветившись! Красным. Я отпрыгнула от неожиданности, наткнувшись спиной на что-то. На кого-то.
— Ты пахнешь шоколадом… И черной смородиной. Даже если бы эти стрелки не подсказали, где искать, я все равно нашел бы тебя по запаху, где бы ты не скрывалась.
Киран был здесь. Прости Пуня, кажется, жуки отменяются.
— Неужели? В таком случае я переоценила силу своего укуса. — Угрожающе гудевшая и пульсирующая красным светом рама казалась мне менее опасной этого жуткого мужчины, но отойти мне не позволили, до боли крепко сжав плечи.
— Мы, прекрасно регенерируем, так что не переоценила. Ты молодец, светлячок.
Что я слышу! Неужели перед обедом для вящей пикантности мою кровь решили насытить эндорфинами?
— Не стоит тратить слова, лоррх. Мы оба знаем, зачем вы меня преследуете.
— Не только лишь кровь является целью любого эрсиорха, светлячок… — Возразил он, чуть помедлив. — Мы же не животные.
Что же еще тебе…вам всем от меня нужно… — Подумалось мне устало.
— Моему брату всегда доставалось все самое лучшее. Власть, всеобще уважение, любовь родителей. Он всегда превосходил меня во всем. И вот теперь еще ты.
Что я?
— Твое появление стало последней каплей. И я не позволю тебе принадлежать ему. Ты, светлячок, будешь только моей!
 
Затылок обожгло горячим дыханием. Его когтистые пальцы опасно подобрались к моему горлу, чуть сдавив шею у основания.
— Я не хочу кому-либо принадлежать. Я не вещь! И у меня есть свои чувства и желания. Единственное мое желание сейчас — оказаться дома! Подальше от вас, эрсиорхов! Я сыта этим всем по горло. Оставьте меня в покое…пожалуйста…
Я чувствовала, еще немного, и слезы будет не остановить. Тишина после моих слов показалась обнадеживающей. Секунда, две, три… И чужие руки исчезли. Я недоверчиво обернулась. Темный абрис лица внимательно изучал меня серьезными рубиновыми глазами.
— Ну что ж, иди, если таково твое желание.
Он скрестил руки на груди, явно борясь с порывом вновь схватить меня за плечи.
— Вы меня отпускаете?
— Да, — кивнул он просто. — Если ты не хочешь принадлежать никому из нас, то не будешь. Возвращайся домой, ты свободна.
Я счастливо всхлипнула, не веря своему счастью, и шагнула к рамке портала.
Алое свечение выглядело угрожающе, и для начала я поднесла к нему ладонь, но тут же отдернула. Руку как будто обожгло сотней маленьких искорок. Я неуверенно обернулась. Киран стоял на прежнем месте, не отводя взгляда, так что, судя по всему, выбора у меня не оставалось. Я зажмурилась, и решила резко, как в холодную воду, шагнуть в портал. Но едва занесла ногу для первого шага, как вдруг меня резко смело с места. Я даже не поняла, что произошло. Я открыла глаза, уже оказавшись в нескольких метрах от опасно пульсирующей рамы, закрытая знакомо широкой спиной.
— Что же ты творишь…брат? — Холодно и тихо произнес Реорхард, исподлобья разглядывая Кира.
Тот передернул плечами, и его рот медленно растянулся в гадкую ухмылку, а в глазах загорелся вызов.
— Разве я не делал для тебя все? Не потакал твоим желаниям, не исполнял любые просьбы, — тихо продолжал Рео, — и за это все ты решил отплатить мне… вот так?
— Ты всегда был чересчур идеален… куда мне до тебя. — Прорычал Кир сквозь зубы, и одним резким выпадом бросился на брата.
Все произошло очень быстро. Рео сместился, уходя в сторону, и Киран, не достав его, метнулся следом. Правитель остановился напротив портала. И за долю секунды до того, как брат с жуткой силой налетел на него, тот просто увернулся, шагнув в сторону. Но Киран не успел остановиться. Рамка полыхнула красным, принимая жертву, и вмиг погасла. Реорхард медленно обернулся.
— Я боюсь, вы лишились брата, лоррх. Вряд ли на Тсарниан ему оставят жизнь. — Произнесла я глухим от испуга голосом.
— Вряд ли он сейчас на Тсарниан, — ответил правитель спокойно, — Но ты права, я действительно только что потерял брата.
Он плавно шагнул в моем направлении. Я рефлекторно дернулась, пытаясь отступить, но уперлась в каменную стену.
— Разве портал ведет куда-то еще, кроме моего острова?
Он моргнул, останавливаясь.
— Портал бывает неисправен. Это побочный эффект, который в будущих моделях будет устранен. Когда рамка светится красным, она может забросить куда угодно, кроме основных мест назначения или исхода: в космос, на солнце, на другую планету… — Он чуть пожал плечами.
— И Киран знал об этом, отправляя меня «домой»?
Правитель молча кивнул.
Куча вопросов, мыслей и чувств теснились внутри, распирая своим количеством, и я просто впала в ступор, не зная, каким образом все это контролировать. С одной стороны мне хотелось броситься к нему на грудь, и выплакать все переживания, с другой я помнила его смуглые пальцы на бледной шее Римм, и от этого воспоминания становилось дурно. Сейчас больше всего мне хотелось быть подальше от всего, чтобы пережить все эти волнения, и спокойно обдумать случившееся наедине с собой. Но какие были варианты? Рео прервал мои размышления.
— Я хочу просить твоего прощения.
— М-м?
— По моей вине твоя жизнь подверглась опасности. Прости меня. Этого больше не повторится. — И он сделал еще один шаг. — Все угрозы теперь устранены, и ты в безопасности здесь, со мной.