Меж светом и тьмой 3 (СИ)

Про шкалу слышал, хотя она мне мало что говорила. Однако её нахождение сулило мне хорошие денежные поступления. Все понимали, что жемчужина может привлечь внимание монстров. С другой стороны — это одновременно накопитель энергии… и его применение напрашивалось. Жаль, надолго у себя не оставлю.
Я внимательно изучил странную установку, согласившись со статусом «загадочного» объекта. Взгляд Махова пришлось игнорировать: помочь ничем не мог.
  
С задачей искать подходящее средство переноски, группа разошлась осматривать заметно разрушенный комплекс. Я целенаправленно двинулся к найденному живому терминалу. Он располагался в кабинете недалеко от провала с воронкой. Укреплённые стены с трудом держали. При этом тут ещё работало питание от центрального реактора и даже действовало защитное поле. Из кабинета был проход в личную спальню, да и дверь особо прочная.
Доступ наследника Покровских, который узнавала система, неожиданно сработал.
Я увидел отчёты о научной деятельности, подписанные неким Аароном Шульманом. К сожалению, напрямую никаких описаний магических техник. Я не рискнул пока пробовать подключать флешки. Бывает такое, что слегка повреждена электронная часть и при запуске она сожжёт чипы. Однако беглого взгляда хватило, чтобы понять, что он имел отношение к проекту «Раскол». И что уже оставил много неструктурированных данных и фундаментальных изысканий.
Я скопировал все пользовательские данные себе и обыскал кабинет, найдя ещё флешки и планшет. К сожалению, не представлялось возможным найти тело самого учёного, чьи носители данных гораздо перспективнее. И вообще основная лаборатория наверняка была прямо под базой.
В оставшихся коридорах ничего интересного не нашли. Тут действительно когда-то выкопали шахту, но дальние проходы перекрыли. Впрочем, неожиданно серьёзно развернулись Покровские. Определённо неспроста выбрали столь экзотичное место и очень надеюсь, что я смогу извлечь ответы из оборудования, для которого нашёл укреплённый стальной чемоданчик, крепящийся к доспеху. К сожалению, я так и не понял, что послужило маяком в этом месте.
Монстры снаружи всё же прибежали на шум битвы. Высоцкая вовремя их заметила, и мы спрятались в подземелье. Сражаться с двумя монархами никто не желал: для нас сейчас это форменное самоубийство.
— Дендроиды не съедобны, нас же не должны учуять здесь. Они скоро уйдут, — заверил Панов, держа в руках красный цилиндр, похожий на термос, окутав его своей теневой силой, чтобы ещё сильнее уменьшить фон от жемчужины. При всех стараниях, справился лишь процентов на девяносто и изрядно размыл особый след, делающий источник энергии узнаваемым издалека.
— Может лучше спуститься ещё глубже? — уточнил Пламенев.
— И обязательно найти там новую проблему и оказаться между молотом наковальней, — Назаров не изменял своему пессимизму.
— Люмьер бы заметил… но по-хорошему лучше не стоять толпой. Так мы заметнее, — посоветовал всем я, посматривая на фонившую помехами картину с оставленного снаружи мелкого дрона. Там ходило нечто шестилапое, похоже на бойцовскую собаку с растущими из тела фиолетовыми наростами.
Панов одобрил моё предложение, сказав разойтись, чтобы уменьшить шанс обнаружения их чувствами. Само собой, предупредил не снимать шлемы.
Я лишь продолжал бродить по базе, ища что-то представляющее материальную или исследовательскую ценность, пока сквозь помехи неожиданно не пробился голос Юсуповой по выделенному зашифрованному каналу.
— Андрей, приём! Чтоб эту рацию! Если ему некачественную поставили, прибью остолопов!
— Приятно слышать о такой ответственности. Что-то важное?
Яна попросила меня прийти к комнате, где была жемчужина, что я сделал незамедлительно, чувствуя неладное. Как оказалось, там рядом была лестница, казавшаяся заваленной после мощных взрывов, как и некоторые менее прочные широкие проходы. Вот она легко расчистила проход и разведала путь вниз. Там, было разветвление. И особенно примечательным был просторный зал, в котором имелось несколько клеток с мёртвыми существами.
К ним шли кабели, стояло какое-то оборудование.
— Вот всё это и обанкротило Покровских… неужели ставили эксперименты? Или использовали монстров как генераторов энергии? Довольно жестоко!
— М-м… — протянул я максимально неопределённо, не зная, что она имеет в виду и знал ли Андрей Покровский о таких экспериментах.
— Не узнал? — поняла по тону Яна и ткнула рукой в сторону клеток и оборудования. — Это с-морфы! Прямо под залом с жемчужиной! А это ментальный усилитель! Демоны вас побери, Покровский, чем вы тут занимались?
  
Глава 6
 
Интриги, лабиринт и возвращение к цивилизации
 
Оказывается, Покровские хранят гораздо больше секретов, чем я подозревал. Хотя реакция Юсуповой, нашедшей это, всё ещё кажется слишком бурной. С другой стороны, она девушка бойкая, прямая. Но уж точно не истеричная или наивная, а значит дело не простое.
У нас есть жемчужина, с-морфы и некое оборудование для менталистов. Но есть ведь ветвь приручители, чья сила основана на смеси магии души и разума. Подобные одарённые утилитарны и из всех имперских ведомств, связанных с Осколками, они есть только в эшелоне, с которым Покровские имели плотные контакты. Порой такие попадаются в службах безопасности больших наземных поместий, где удобно держать выводок монстров.
— Андрей! — напомнила о себе девушка.
— Разве есть какие-то проблемы с попыткой подчинить с-морфов?
— А жемчужина зачем? Зачем так много монстров в одной комнате? Забыли, что все попытки кончались проблемами с головой? Помешательство, галлюцинации, безумие! Ещё и занимались этим в Хоре Вечности! У меня от этого инфернального галдежа кровь в жилах стынет! А вы решили «о, отличное место, для экспериментов с разумом тварей, которые слетают с катушек, лишь учуяв людей! Только добавим ещё жемчужину, которые они так любят!»
Я вздохнул, рефлекторно попытавшись потереть голову. Выберем другую линию.
— Ни меня, ни мою сестру не посвящали в этот вопрос. Наверное, чтобы из нас не достали информацию, пока мы слабы и вдали от основных сил. Можешь объяснить, в чём проблема?
Яна какое-то время молчала, нервно постукивая основанием своего супер-копья по полу.
— В общем… уже сказала. Покровских вполне могут спросить, что за странными исследованиями вы занимались. Попытки подчинить с-морфов не поощряются — пытавшихся обязательно проверяют. Некоторые считают, что их безумие и ненависть заразны.
— … М-да… веришь, что я ничего не знаю? — уточнил я, осматривая пространство. Кстати, тут питания не было.
— Да, в порядке вещей ограждать молодых членов рода от излишне опасных знаний… И должна извиниться за реакцию. Одна моя троюродная сестра попробовала подобное. Она учила меня защищать разум и одно время присматривала за мной. Могущественный менталист и приручитель, врагов рода видела насквозь. А затем решила разгадать тайну морфов. Сначала стала нелюдимой и подозрительной, затем украла жемчужину, дарованную нашему роду и попыталась куда-то сбежать…
Историю Яна не закончила, но я и так понял причины её обеспокоенности. Пообещал во всём разобраться и не заниматься подчинением с-морфов.
— Ладно, Покровский, своя голова есть, как-нибудь разберёшься. Я не буду никому рассказывать о находке. Нам лучше уйти отсюда и завалить проход.
Неожиданная благосклонность. Ничего ценного для изучения в помещении я не видел, подключать компьютеры долго. К тому же это помещение не закрывала защита от аномалии. Мы поднялись обратно. И после того как мы выбрались я вызвал небольшой обвал прохода.
  
Вовремя, рыскающие монстры не нашли для себя ничего интересного и ушли. Однако группа ещё час никуда не отправлялась, аккуратно выбираясь по одному — двое наружу. Набрали много воды, наелись впрок и ждали. Я даже ненадолго снимал доспех, чтобы зарядить «ленивого культиватора» и теперь сидел с большим мешком эль-кристаллов, преимущественно зелёно-фиолетовых, в достатке лежавших в кратере. Люмьер оказался хорош в их добыче и переноске. И в отличие от Чешуйки был только рад услужить.