Попаданка для дракона (СИ)

— Я проверю твою версию.
— Конечно, — я сказала ему название лавки, и кто именно дал эту куколку.
— Разберусь.
— Главное, не дай им забрать Есмину.
Он недовольно пождал губы.
— Пожалуйста, Рэй. Это всего лишь маленькая девочка, которой нужна помощь. Я дала ей лекарство, а ты дай время. Умоляю.
Шерр ушел, не сказав больше ни слова. Мне оставалось только гадать о том, какое решение он принял.
  
Глава 20
 
Слуга выглядел не важно: на рабочем жилете засохли капли чего-то темного, на волосах и рубашке слой пыли. Лицо уставшее, осунувшееся, но глаза при этом горели шальным огнем.
— Что там происходит? — спросила я, принимая поднос с едой, — я слышала гул и грохот.
— Генерал Шерр лютует. Приказал никого не впускать в замок, спалил в городе несколько лавок. Только по счастливой случайности никто не пострадал. Потом он засел на крыше в драконьем обличии и следил за тем, чтобы никто не проник во дворец.
Он все-таки меня послушался! Поверил в то, что девочку можно вылечить. От облегчения по щекам покатились слезы.
— Попытка были?
— Были и не раз. Он так злился, что обрушил половину крепостной стены. И не подпускал никого, пока…
— Пока что? — с замиранием сердца спросила я.
— Пока девчонка не пошла на поправку, — восхищенно сказал слуга, — просто взяла и пришла в себя. Попросила шоколада и, как всегда, устроила скандал, не получив желаемого.
Я все-таки сделала это. Спасла мелкую.
Прижала ладонь груди, опасаясь, что сердце проломит ребра изнутри. Меня аж побрасывало от возбуждения, хотелось бегать по камере и визжать от радости. Жаль я не умею делать колесо, иначе бы покрутила.
— Сегодня она уже носится по комнате и орет, требуя, чтобы ее выпустили гулять.
Девочка моя, гадкая. Я все-таки к ней привязалась, несмотря на то что противнее ребёнка трудно представить.
— Больше никто не заболел?
— Все сферы белые. Эйрон Шерр в полном здравии, только злой как черт. Сегодня в замок возвращается император. Пока только он. Хочет разобраться как так вышло, что его дочь справилась, — он отпер дверь, — идем, мне велено привести тебя.
Выходя из камеры, я нервничала. Мне предстояло встретиться с императором и признаться во всем. В том, что на самом деле я вовсе не уроженка Кряженок, а попаданка. В том, что переболела хмарью. Но меня больше беспокоило, что сказать насчет рекомендательного письма. Ведь тогда придется рассказывать и про старого Оллина, и про то, что я хотела украсть Рубиновую Слезу.
Мы поднялись всего на один пролет, а после этого свернули в другой проход, не тот которым я пользовалась обычно.
— Так ближе, — коротко пояснил он, — и нет посторонних.
Я шагала впереди, стараясь не споткнуться на высоких ступенях, а за мной шел нервный слуга. Он то дергал меня за руку, вынуждая остановиться, то останавливался сам, испуганно осматриваясь и прислушиваясь.
Он был странным.
— Что с тобой? — я все-таки не выдержала.
— Знаешь, никто не может понять, как выздоровела девочка.
— Молодой организм. Сильный. Вот и выкарабкалась, — я пожала плечами.
— Моя дочь была всего на год старше. Она была ловкая, выносливая и все время проводила на свежем воздухе, — как-то зло сказал он, — а хмарь скрутила ее за несколько дней.
— Значит, Есмине просто повезло.
— Причем тут везение! — рявкнул он, — это твоих рук дело! Ты спасла императорскую дочь!
— Ерунда, — я отступила от него на пару шагов, потому что вид у мужика стал почти безумным.
— Я видел, как Шерр тебя приводил к ней. Слышал, как ты умоляла его не отпускать девочку! Я все слышал!
— И что? — происходящее нравилось мне все меньше и меньше.
— А теперь тебя зовут к императору. Вы мило поговорите, тебе пообещают золотые горы, и ты будешь лечить драконов, зажравшихся графов, их жирных жен и уродливых дочерей, — он надвигался на меня — а тем временем, простые люди в деревнях будут подыхать. Женщины продолжат становиться выжлами.
— Я уверена, что император больше всех заинтересован в прекращении эпидемии.
 
— Император заинтересован только в своей драконьей стае, а остальные для него — расходный материал. Все это началось из-за драконов. Им было мало: денег, могущества, власти. Если бы не они, хмарь бы не пришла на наши земли и не унесла бы столько жизней, не оставила бы детей без матерей. Все только из-за них. Лучше они сдохли. Пусть бы проклятие их всех выкосило. Мы бы и без них отлично справились! — от возбуждения у него во все стороны брызгала слюна.
— Успокойся, пожалуйста, — я попыталась его утихомирить. — уверена, на самом деле все не так!
— Все так! — рычал он, — и знаешь что? Я не отдам в их руки лекарство. Пусть сами справляются, как хотят! Ты пойдёшь со мной. В ту деревню, из которой я родом, и будешь лечить, пока хватит сил. Всех лечить. Женщин, мужчин детей.
Я начала от него пятиться.
— Стоять! — он схватил меня за руку.
— Пожалуйста, отпусти, — я попыталась вырваться, но его пальцы давили, как тиски, — я-то в чем виновата…
— Ни в чем. Ты просто лекарство, значит обязана лечить, до последнего вздоха. Можешь делать это добровольно, а можем и заставить. Выбор за тобой.
Я не хотела быть ничьим лекарством. Таблеткой, от которой в конце ничего не останется.
— Пусти! — начала биться в его руках.
— Думаешь, драконы поступят иначе? Они посадят тебя на цепь и будут доить для своих нужд. Пока не сдохнешь, а потом выкинут, словно бесполезный мусор. А в деревне тебе будут благодарны. Войдешь в песни, как героиня
Очень слабое утешение. Напряжение внутри меня достигло предела. В груди было больно, все разрывалось в клочья, — ребра, легкие, сердце. В висках пульсировала кровь.
— Убери от меня свои лапы!
— Все заткнись! — он поволок меня дальше, в темный коридор, — замок полупустой, обитатели еще не вернулись в это крыло. Тебя никто не услышит. Так что не зли меня и не вынуждай делать тебе больно.
Я опять оказалась в ситуации, когда какой-то мужик тащит меня против воли, и почему-то уверен, что может за меня решать. В ответ у меня снова включился режим попаданки, готовой ради выживания на все.
Слуга не догадывался о моих приключениях, о том, через что я прошла, поэтому никак не ожидал, что ему окажут сопротивление.
Я споткнулась, специально, и даже повалилась на пол, чтобы незаметно схватить обломок кирпича.
— Вставай! — он больно дёрнул меня за руку.
Я поднялась, пряча в подоле обломок, дождалась, когда он развернется ко мне спиной и потащит дальше, и коротко замахнувшись, со всей силы ударила его по затылку.
Силы было не так уж и много. Мне не удалось его вырубить, даже голову до крови не пробила, но слуга заорал, пошатнулся, ухватившись за ушибленное место и ослабил хватку.
Я оттолкнула его от себя и бросилась бежать, на ходу активируя скрытник, чтобы ему сложнее было меня ловить.
— Стой, гадина, — орал он мне вслед, — убью!
Я бежала, не оглядываясь. Неслась вперед как ветер, думая только том, как мне выбраться из подземелья и найти Рэя.
Слуга очень быстро от меня отстал. Видать, после удара у него шумело в голове, потому что на ступенях он не удержался и скатился вниз. Я слышала, как он завывает от злости и бессилия, проклиная меня страшными словами, и только быстрее перебирала ногами.
Пролет, еще пролет. В боку уже кололо, а дыхание сбивалось на хрип, но я продолжала бежать, пока не выбралась на жилые этажи. Здесь было угнетающе пусто. Ни служанок, едва различимых под скрытниками, на скучающих фрейлин, ни стражников. Отсутствие последних напрягало больше всего. Я позволила себе остановиться лишь на миг, чтобы осмотреться, хватануть ртом воздуха, и понеслась дальше. Мне нужно добраться до Шерра.
 
Я не чувствовала под собой ног, перескакивала через две ступени, спотыкалась, падала, обдирая ладони, снова вставала и бежала дальше, боясь, что тот странный тип, народный мститель из подземелья, доберется до меня и утащит с собой в заброшенную деревню.