Попаданка для дракона (СИ)
— Скрытник, — скомандовал он, — никто не должен знать, что я тебя приводил к девочке.
Я привычно активировала амулет и поспешила за мужчиной, который уже поднимался размашистым шагом по лестнице.
Мы прошли по притихшему замку, ни встретив ни единой души:
— Где все? — я растеряно оглядываясь.
— Новость о болезни уже просочилась. Кто-то разболтал. Люди в страхе попрятались. Женщин изолированы в другом крыле. Остались мужчины, и то не все. Мы пытаемся не допустить, чтобы информация вышла за пределы замка. Тогда начнется паника.
— А драконы?
Он ответил после секундной задержки
— Кроме меня здесь больше никого нет. Все улетели в летнюю резиденцию, чтобы не заразиться
— А как же ты?
— Я решил остаться, — твердо сказал Рэй, и я не посмела спросить зачем он это сделал, зачем так сильно рисковал своей жизнью.
Возле комнаты Есмины стаяло два угрюмых стража. При появлении Пепельного, они расступились в стороны.
— Я пока в вас не нуждаюсь, — холодно сказал он, и вояки, послушно кивнув, ушли.
Я дождалась пока они скроются из виду, и только тогда выскочила из своего укрытия.
— Давай, времени в обрез, — Рэй распахнул передо мной дверь, и я, спотыкаясь и едва дыша, зашла внутрь.
В детской было мрачно. Шторы приспущены, свет едва горел, а над кроватью мерцал магический полог.
Я подошла ближе, закусывая губы от волнения и в тайне надеясь на чудо. Но увы. Сказки бывают только в сказках. Есмина лежала бочком, наполовину укрытая одеялом, и по ее рукам зелеными щупальцами вилась темные вены. Совсем, как у меня, когда я заразилась.
Горько вздохнув, я шагнула ближе, но на моем локте тут же сжались крепкие пальцы генерала.
— Куда ты?
— К ней. Мне надо посмотреть поближе
— Ее смотрели лучшие лекари.
— Я не лекарь, Рэй. Мне надо взглянуть своими глазами.
— Под пологом защиты не будет…ты можешь снова заразиться.
— Все будет хорошо, — почему-то я была в этом уверена, и Рэй почувствовал это.
Отпустил, хотя я прекрасно видела, как ему не хочется этого делать.
— Я справлюсь, — твердо сказала скорее себе, чем ему и ступила под полог, почувствовав, как миллионы иголочек прошлись по коже.
Внутри стоял тяжелый запах болезни. Чуть сладковатый, тошнотворный.
Я присела рядом с Есминой и дрожащими пальцами провела по спутавшимся грязным волосам.
— Есмина, — позвала шепотом, — Еся.
Она спала, не откликаясь на мои слова.
Тогда я аккуратно стащила с нее одеяло и начала осматривать. Скрупулезно проверяя каждый миллиметр кожи. Мне нужно было найти первое повреждение, точку отсчета.
Это оказалась царапина на коленке. Ткани вокруг нее стали темно-зелеными, почти черными, и от этого места зараза расползалась дальше.
— Есмина, — я начала трясти ее за плечо, — проснись.
Она сонно забормотала, попыталась отпихнуть меня, но тонкая ручка безвольно упала на одеяло.
— Еся! — снова встрянула ее. Грубо и бесцеремонно.
Она сморщилась и с трудом разлепила глаза. Мутные, болотистого цвета. Еще немного и они станут такими, как у выжлы.
— Отстань, — девочка капризно надула губы, — я спать хочу.
— Как ты поцарапалась?
— Отстань, — заканючила она
— Еся! Как ты поцарапалась? Ответь мне! Это важно.
— Я скажу папе, что ты мне мешаешь, и он тебя выгонит, — она потянула на себя одеяло, но я не дала ей накрыться.
— А ну говори немедленно! Иначе я отнесу тебя в ванну и буду мыть. Холодной водой!
— Ты противная
— Да-да, я знаю. Как поцарапалась?
Она зевнула и попыталась отвернуть на другой бок, но я снова не позволила ей этого сделать.
Есмина захныкала:
— Отстань! Об куклу я поцарапалась. Случайно. Уходи. Я спать хочу.
Старая кукла лежала на кровати, рядом с девочкой. Я взяла ее двумя пальцами и подняла в воздух, одновременно оборачиваясь к Рэю, который не отрывал от игрушки тяжелого взгляда и сжимал кулаки.
Я подняла одну бровь, как бы спрашивая, что делать дальше?
— Бросай ее.
— Тебе? — удивилась я, — не буду. Не хватало еще, чтобы ты от нее подхватил заразу.
— Просто брось.
Я послушалась. Аккуратно швырнула куклу в сторону Пепельного, но до него игрушка не долетела. Едва коснулась защитного — тут же покраснела и вспыхнула зеленым пламенем.
Теперь, когда с источником заразы разобрались, оставался вопрос, как помочь девочке. Была у меня одна задумка, но я совсем не уверена, что Рэй придет в восторг, узнав, что я собираюсь сделать.
Впрочем, это моя подопечная, и я не позволю ей просто так превратиться в дикую тварь или еще хуже — умереть.
Из хрустального графина я налила в стакан лимонного сока, потом взяла ножик для фруктов и с сомнением покрутила его в руках.
— Что ты задумала?
— Как ты думаешь? — усмехнулась я, сжимая лезвие ладонью. Больно.
— Не смей!
— А ты попробуй меня остановить.
Алые капли падали в стакан, смешиваясь с соком.
Да, я серьёзно собиралась напоить Есмину собственной кровью. Если я выжила, то у меня мог образоваться иммунитет, антитела, и я готова поделиться им с этой противной принцессой.
Перемотав ладонь салфеткой, я снова начала ее тормошить:
— Есь, проснись. Надо попить.
— Я не хочу
— Через не хочу. Давай. Пару глоточков и обещаю, я от тебя отстану.
— Маш, не надо, — сказал Рэй, — это может быть…
— Опасно? — улыбнулась я, — мне кажется, сейчас не самое подходящее время думать об опасности.
Есмина снова захныкала, когда я, подхватив ее за плечи, заставила сесть.
— Я велю тебя выпороть.
— Хорошо, маленькая. Можешь пороть. Я согласна, только давай попьем.
Она обессиленно привалилась ко мне:
— Не хочу.
— Надо, зайка. Надо. Ты вся горишь.
Она действительно была горячая словно печка. Худенькая грудь тяжело вздымалась в такт хриплому дыханию, а на тощие бледные руки, с зелеными прожилками было страшно смотреть.
Я поднесла стакан к ее сухим, потрескавшимся губам:
— Давай. Глоточек. Вот так.
— Гадость.
— Это лекарство, а лекарства часто гадкие на вкус, зато полезные.
— Я больше не хочу.
— Еще чуть-чуть
Уговаривая, настаивая, отвлекая разговорами, я заставила ее выпить почти до дна. После этого девочка судорожно выдохнула и снова опустилась на подушки, сворачиваясь клубочком.
— Я посплю
— Поспи родная. Теперь можно.
Если моя кровь способна ее вылечить, то теперь не остается ничего иного кроме как ждать.
Есмина заснула моментально. Я поправила одеяло, подоткнула его так, чтобы ей нигде не поддувало, и с опаской двинулась на выход.
— Если ты снова заразилась, то защитный полог не выпустит тебя. Сожжет так же, как и куклу до этого.
— Отличная новость, — зажмурившись, я переступила через грань и не почувствовала ничего. Полог не сработал.
— Ты как? — встревоженно спросил Рэй, заглядывая в мое бледное лицо
— Никак, — пожала плечами и оглянулась на ребенка. Такая маленькая, хрупкая, беспомощная, что сердце заходится, — я надеюсь это поможет ей.
Он ничего не ответил. Мы даже словом не обмолвились, пока возвращались в камеру. Только когда дверь за мной захлопнулась, я посмотрела на мужчину и попросила:
— Не дай ее увезти.
— Это решение совета.
— Совет не всесилен и не всезнающ.
— За ней все равно придут.
— А ты не пускай их. Ты же можешь, я знаю. Просто не подпускай никого к ней, дай немного времени. Если кровь может помочь, то она подействует, а если Есмину вывезут за купол, то шансов не останется.
— Откуда взялась эта проклятая кукла?
— Ее подарила женщина в одной из лавок, когда мы гуляли по городу, — видя, как подозрительно сузились глаза генерала, я поспешила добавить, — уверена. Она это сделала не нарочно. Не знала, что кукла заражена. И не хотела ничего плохого.
— Посмотрим, — Пепельный всегда был подозрителен.
— Она рассказывала, что это куколка ее дочери. Они привезли ее с собой из долины. Наверное, хмарь осела на ней и до поры до времени не проявляла себя, а оказавшись в руках юного дракона ожила.