Я умру завтра (СИ)

Опасная крамола. Я бы сказал — идёт по грани. Но, с другой стороны, это может быть неким стимулом для магов. Типа: смотрите, вы фактически равны Хоресу! Ха-ха!
— Каждое измерение магии имеет собственный, скажем так, «вкус», — женщина взмахнула руками, будто бы они могли помочь передать ей сложнопонимаемый аспект речи. — Который проявляется в разной склонности к магическим ответвлениям. Какие-то больше тянутся к стихиям, какие-то — к барьерам или исцелению. Есть такие, которые имеют хорошую склонность сразу к нескольким направлениям или посредственную ко всем. Попадаются и неудачники, вообще ни на что не способные. Точнее, — Грануолл на мгновение задумалась, — скорее всего, их ветка магии просто ещё не была открыта.
Так-так, интересно. Ранее никогда не интересовался подобным, да и сомневаюсь, что данную информацию смог бы с должным тщанием повторить хоть кто-то из версов Моргримов.
— Во время использования полученной через канал энергии маг, как конечный пользователь, придаёт ей особое свойство. Это может быть огненный шар, ледяной шип, вспышка молнии или что-то более серьёзное, как например: зарядка рун, алхимических экстрактов или ядер инсуриев.
Я кивнул: эта информация была мне известна. Да и ничего такого, что нельзя понять самому, в ней не имелось. Каждый, кто хоть раз мог наблюдать за волшебником, прекрасно осознавал суть работы творимых им заклинаний.
Ах да, для этого нужно видеть мага… Редко когда такие личности бродят по простым деревенькам. В основном их деятельность нацелена на более важные направления. Разве что друидов могут послать: повысить плодородность почвы и полей. Хотя они обычно ходят по наиболее крупным деревням, которые чуть ли не в одиночку покрывают нужды целого города.
— В некоторых случаях, если волшебник за раз творит очень большое количество чар или проводит крайне затратные по энергии действия, то может получить так называемое «выгорание». Его суть сводится к повреждениям конечностей, чаще всего рук, через которые колдун пропускает энергию. Они обгорают, как при попадании в огонь. Иногда подобное проходит через ноги, торс или даже голову. В последнем случае выживают редко. В иных — лекари исправляют и не такое.
Грануолл замолчала, а потом обвела нас взглядом.
— Всё ли понятно? Может, есть какие-то вопросы? — Её глаза остановились на мне. Похоже, остальных уже перестали воспринимать как личности.
— Я знаю слишком мало, чтобы в должной мере задавать вопросы, госпожа, — постарался вывернуться я. — От каждой вашей фразы мне хочется узнать всё больше и больше, но я отлично понимаю, что если начну, то уже не смогу остановиться и нам придётся сидеть здесь до самого вечера, — и улыбнулся.
— Во, — ткнул в меня пальцем деревенский дурачок, — я это… тоже так считаю.
Кивнул в ответ, как бы признавая, что нисколько не сомневался в его навыках. Аналогично поступили и девки.
— Замечательно, я рада, что хотя бы со второго раза произошло усвоение информации, — хмыкнула Грануолл. — Тогда приступим к следующему моменту…
Нам пояснили довольно много всего. Как я позднее узнал, эта женщина занималась именно «общим воспитанием» поступивших на обучение подростков. В её задачи входила первичная консультация, позволяющая вбить в голову новичка хоть какое-то понимание происходящего, а также предоставить характеристику, которая отправляется в личное дело. Такое заводится на каждого мага, куда вначале вписывают информацию наставники, а потом — проверяющая комиссия. В некоторых случаях сведения передают работодателю, к которому направляют закончившего обучение мага. Либо аристократам, если колдун достаточно талантлив, дабы получить такую возможность.
Ну да не в этом суть. На то, что всех волшебников контролируют, мне было плевать. Я и так догадывался, что никто в здравом уме не оставит людей, имеющих столь внушительные возможности, на произвол судьбы. На что способен сумасшедший колдун? Ладно столица, где даже иной стражник может похвастаться антимагическим амулетом, а четверть аристократов — натуральной Слезой. А если речь о захолустье? Или отдалённых от центра местах? Деревнях? Провинциях? Маг способен чуть ли не в одиночку опустошить небольшой город, если не найдётся людей с антимагией! Да даже так у него будут варианты, стоит лишь вспомнить об ублюдке с ультимой быстрого перемещения. Хех, но и без неё продвинутый пользователь «ветра» сумеет банально взлететь! А если окружит себя барьером? Как его пробивать? Разве что скорострельный инсурий…
 
В общем, из интересного я узнал про саму суть использования волшебства. Признаться, когда я про неё услышал, то даже удивился… самому себе. А именно — тому, что умудрился не разузнать об этом сам. Магия работает на эмоциональном спектре. Вот так всё просто.
Недаром мои «искры» получались именно в моменты гнева! Потому что гнев — обязательное условие для использования стихий. Для других веток магии нужны иные эмоции: сострадание, восхищение, волнение… Кто-то даже физически не может такое выдать! Потому что как минимум не испытывал и не понимает. Другие выдать могут, но нужно настроиться, то есть тратить время. Поэтому колдуны в большинстве своём сосредотачиваются на одной, реже — двух ветках магии, и со временем привыкают подсознательно испытывать нужную эмоцию при работе с энергией.
— Кроме самой эмоции, — объясняла Грануолл, — необходимо развитое воображение, ведь нужно точно знать, что именно ты хочешь сотворить. Для примера: стихии, огненный шар. Надо вообразить себе этот самый шар. Как он горит, какой от него исходит жар, как трещит пламя, как бешено он мчится на врага и мгновенно обращает его в пепел. И чем лучше вообразишь, тем качественнее будет эффект, — она улыбнулась. — Конечно же, у тех, кто часто использует какое-то заклинание, это начинает получаться всё лучше и лучше. Ведь он наглядно видит результат и представляет уже не абстракцию, а конкретику, — приподняла она палец. — В этом, по сути, и есть весь секрет колдовства.
Ага, вот так всё просто! Зачем нужна школа, если достаточно пары-тройки часов и элементарной лекции? Ха-ха! Здесь работают именно обычные люди — те, кто продумывает для магов новые способы колдовства, те, кто развивает их воображение, показывает картины применения заклинаний, обучает технике безопасности, помогает с контролем канала получения энергии, отрабатывает практику и многое-многое другое. Я уж молчу о таких вещах, как исцеление, руны, алхимия, магическая ковка и работа с трупами.
Весь первый месяц мы будем заниматься наработкой основ. Тем, что должен знать каждый имперский маг. Второй месяц будет посвящён оттачиванию тех магических дисциплин, к которым у колдуна будет выявлен наибольший талант. И в итоге каждый получит некую оценку своей пригодности к той или иной сфере деятельности. Распределяется, короче говоря.
— Благодарю, что уделили нам часть своего бесценного времени, госпожа, — поднялся я и поклонился Грануолл.
Почти сразу же подскочили увалень и девки, только, в отличие от меня, исполнившего куртуазный элегантный поклон, упали в ноги, как их и учили, тараня лицом пол.
— Что вы, что вы, — притворно смутилась женщина, — это моя работа, Кирин. Остальные — встаньте, — добавила металла в голос, отчего деревенщины тут же подскочили. — Отвыкайте, — коротко заявила она. — Теперь вы маги. С какой-то стороны, — ухмыльнулась, — элита всей Империи. Ваш статус — высший, что в армии, что на производстве.
Ага, куда там! Нет, я понимаю, что Грануолл пытается добавить придуркам немного понимания, но, скорее всего, это будут профессионально вбивать другие наставники. И всё же меня покоробил этот «высший статус». Пф-ф! Ладно ещё по отношению к простому плебсу — тут соглашусь, но даже обычный армейский офицер уже ИМЕЕТ ПРАВО давать приказы магу, в то время как сам маг — лишь выполнять. Исключений нет. Что, ха-ха, в армии, что на производстве! Ну не дают версам никакой власти. Это даже логично: что может накомандовать шестнадцати-семнадцатилетний парень, выходец из Больших Вершков? Или кто-то считает, что двух месяцев быстрого обучения достаточно, дабы стать гениальным стратегом?