Я умру завтра (СИ)

Кастис, пользуясь скоростью, очень сильно мешал врагам, а вскоре и вовсе умудрился угадать место их появления, своим антимагическим телом сбивая барьер. Сразу двое из магов обзавелись дырками в своих тушках, но остальные четверо сместились в сторону, снова уходя от смерти.
В следующий момент что-то пошло не так. На новое место переместился лишь один луч, в то время как три оставшихся просто… пропали?
— Нет, это какой-то трюк, — сразу сообразил я.
Переместившаяся девчонка, которая казалась даже младше меня, смотрела на окружающих солдат теми же немного безумными, широко открытыми глазами. Как та кашмирка, которая подорвала Огненную сферу. Неужели она тоже⁈
Яркая вспышка света, столь сильная, что я ощутил, как глаза стремительно слепнут, была совмещена с оглушающим звуком, будто бы от выстрела сразу десяти пушек за моей спиной!
Несколько секунд понадобилось, чтобы осознать себя лежащим на истоптанной траве, в грязи, словно последний простолюдин. В ушах звенело, глаза продолжали бессмысленно пялиться в пространство. Я не видел! Не видел!..
Пальцы потрогали лицо, но не ощутили на нём травм. Всё в порядке… жив…
Плечо ощутило прикосновение чьих-то пальцев. С моей шеи сорвали Слезу! Рука тут же попыталась сбросить агрессора, но дрожала так сильно, что я, кажется, сумел лишь насмешить врага. Попытка применить ноги была подавлена, а потом…
— Тереза, — начал видеть я, замечая, как кудрявая блондинка с проступающими Стигматами исцеляет мою слепоту и глухоту. — Ты умеешь лечить, — вспомнил я.
— Умею, — криво улыбнулась она. — Хоть и откровенно херово.
— Заметно, — тут же подтвердил я, а потом рассмеялся. — Но… спасибо.
Тереза с лёгким удивлением кивнула, указав пальцем на валяющуюся рядом Слезу, которую я тут же нацепил обратно на шею, после чего прикрыла нас барьером. Вовремя. Цепная молния прошла по защите, безвредно с неё соскользнув. Следом в опасной близости пронеслось и несколько пуль, заставляя меня неистово благодарить Хореса, что подобное не произошло минутой ранее. Слеза бы не помогла… она и так не помогла!
Взгляд на поле боя частично порадовал, частично огорчил, подтверждая худшее: почти все были мертвы, хотя какие-то стражи и инсурии продолжали сопротивление. Умудрились спасти глаза? Уши-то вряд ли… Среди выживших был и брат, правда… лишь с одной рукой. Чем же тогда порадовал? Та сука, которая оглушила и ослепила меня, ныне валялась истерзанным пулями трупом возле горящих дверей в полуразрушенный особняк Кольшеров!
— Уходим, — я потянул Терезу за плечо, в сторону разбитых карет и оплавленных ворот. Похоже, туда прилетела молния. — Скоро подоспеет городская стража вместе с дежурными верс… колдунами. Они помогут.
Мысленно поморщился: приходилось упрашивать, а не приказывать!
— Не трогай, у меня срывается колдовство, — дёрнулась она. — Твоя Слеза слишком сильна!
Вздрогнув, отпустил плечо.
— Держи барьер, — сухим, едва слышным голосом произнёс я. — Не убирай.
Тереза и сама была напугана, я чётко видел это.
— А как же… — неуверенно кивнула на остальных. — Я могу помочь.
— Они всё равно покойники, — резко ответил ей, с трудом удержавшись от добавления: «как и ты». — Вот-вот подойдут остальные…
Едва ли не силком оттащил дуру подальше, хоть мы и продолжали за всем наблюдать. А ситуация изменилась: из здания выбрался раненый, но достаточно бодрый Муагерис Долабелл, вступая в бой и начиная теснить врага.
— Видишь? — обрадованно шепнул ей. — Дело сделано! Бежим!
В кои-то веки Тереза послушалась. Мы прошмыгнули за ворота, начиная стремительный бег по обширной территории Кольшеров. Почему-то я верил, что вон там, сразу за деревьями, как только мы до них доберёмся, будем спасены. Точно-точно…
— Так и есть! — улыбнулся я, озвучивая свои слова. Не сдержав чувств, схватил девушку за руку, отчего барьер замигал. Ладонь Терезы была тёплой и мягкой. Быть может, Кастис в чём-то прав? Есть среди версов и нормальные. — Осталось…
«Взгляд Хореса» врезался в нас, безвредно стекая по моей спине и обращая в горячий пепел стоящую рядом девушку.
 
Ступор, страх, шок, медленно переходящий в удивление.
Я механически рассматривал свою потную ладонь, к которой… прилипли кусочки живой плоти. Её пальцы!
— А-а-а! — Я позорно взвизгнул, отбрасывая их в сторону, но… они не отлетели, прилипли.
Продолжая повизгивать, словно больная свинья, которую тащат на бойню, судорожно тряс рукой, да так, что упал на задницу, тут же пользуясь этим и обтирая руку о землю. Раз, ещё один, ещё…
Всё. Ладонь сияет свежесодранной кожей. Моей кожей. И моей кровью. Не чужой. Лишь после этого паникующий мозг сообразил: я не один. Оглянувшись, заметил негромко хохочущего колдуна.
— Прости, — улыбнулся маг — низкорослый паренёк с короткими чёрными волосами. — Твоя любовница? А чего тогда поскупился на артефакт?
Со спины он не увидел Стигматы, значит, не понял, что это была волшебница, — осознал я. А также и то, что со стороны поместья продолжают раздаваться звуки боя.
Надо что-то ответить ему. Что-то… Что⁈
— Понравилось представление? — кивнул я на примятую моей задницей траву чуть в стороне от накатанной каретами дороги.
— Ещё как! — закивал он. — Давно так не смеялся.
Итак… что теперь?
— А чего сбежал? — теперь я указал на поместье. — Там ведь твои.
Всё что угодно, лишь бы потянуть время!
— Оставил их, — парень пожал плечами, а потом расставил руки в стороны. Поток ветра закружил вокруг, поднимая мелкий и крупный щебень с дороги. — Как думаешь, сколько таких снарядов понадобится, чтобы умереть? — усмехнулся он. — Когда-нибудь видел, как забивают кого-то камнями? Бросают столько, что тело превращается в отбитый и кровоточащий кусок чёрно-синего мяса.
Кашмирец, — только сейчас осознал я. Кожа смуглая, но едва-едва. Смесок? Неважно, нужно что-то придумать! Грёбаный верс отлично знает, как бороться против защищающих от магии артефактов!
— Стой! Я ничего тебе не сделал! — всё, что пришло мне в голову за прошедшие мгновения.
— Аха-ха! — в который уже раз рассмеялся он. — Серьёзно? Ты считаешь, что этого будет достаточно?
— Погоди, я… я… — а ведь половину дня восхвалял свой интеллект!
— Ну давай, придумай, трусишка. — Один из камней полетел вперёд, больно ударяя в грудь. Я не сдержал крика, снова едва не упав. — Впрочем, можешь сэкономить мне время. Тогда просто убью тебя и свалю…
Почему он не боится городской стражи, которая вот-вот доберётся сюда? Ах да, ублюдок ведь владеет ультимой быстрого перемещения, способный моментально сбежать из любой передряги!
— Я ненавижу императора и Хореса! На самом деле! Никогда их не любил! — Я крикнул опасное богохульство, за которое в лучшем случае меня бы сослали куда-то в колонии. Причём не просто так, а служить на каких-нибудь низших офицерских должностях — ефрейтором или фендрихом.
— И что? — взмахнул он руками, отчего ветер заиграл камнями. — Ладно, гляжу, что-то достойное ты выдать не в состоянии…
— Я волшебник! — сказал я, прежде чем успел обдумать собственные слова. Позор! Какой же позор! Лёжа в грязи, лебезить перед колдуном, при этом самому притворяясь колдуном!
— О? — Камни дрогнули, но не опали. Впрочем, в меня они тоже не полетели.
— Уже несколько месяцев, — торопливо начал сочинять легенду. — Мать уговорила отца скрыть это от остальных. Я ношу Слезу, чтобы никто не мог ничего уловить, она давит все потоки магии!
— Это я заметил, — хмыкнул парень, подразумевая Терезу. Передёрнулся, вспоминая, как её пальцы остались в моей ладони. — А теперь покажи.
— Магию? — глупо переспросил я.
— Ага, — скрестил он руки на груди.
— Слеза давит… — я дёрнул за цепочку.
— Не притворяйся тупее, чем есть на самом деле. Выбрось эту гадость, позволь себе ощутить величие волшебства, — пафосно произнёс юноша.
— Но тогда… — Я поднялся на ноги и медленно снял цепочку, удерживая её в руках, однако чуда не произошло. Никто не прилетел и не спас меня в последнюю секунду.