Бесстрашная (ЛП)

— Ну, я запросил одного у короля, — объясняет Торри, слегка пожав плечами. — Он пригодился бы, если бы мы столкнулись со зверем, который обитает в этих водах. Создал иллюзию, чтобы он погнался за ней, а не за нами.
Силовик, похоже, обдумывает его слова.
— А чем именно занимаетесь вы, капитан?
Торри выглядит озадаченным, после чего разражается громким смехом.
— Как вы и сказали, Ваше Высочество. Я — капитан.
  
— Ах, да, — Кай медленно кивает, и я внимательно слежу за выражением его лица, не зная, к чему это приведет. — Значит, это вы бесстрашно управляли кораблем во время того шторма.
— Конечно, сэр! Прямо до того момента, как вы ворвались в мою каюту. — Капитан снова смеется, хлопая ладонью по столу. — Мелководье — это сука, которую я намерен укротить.
Я могу лишь раздраженно вздохнуть в ответ на его слова, прежде чем Кай снова направляется к двери.
— Прости, что убил твоих людей, Торри. Но, боюсь, они это заслужили, так что мне не жаль.
— Конечно, — отзывается капитан вслед.
— И приглядывай за своими людьми, капитан. — бросает Кай уже почти на пороге, когда оборачивается в последний раз. — Я знаю, что ты способен на это.
Я быстро следую за ним в коридор, пытаясь не отставать от его длинных шагов. Когда мы заходим в его каюту, я наконец-то выпаливаю:
— Что это вообще было?
Кай качает головой.
— Он знал, что тебе нужна помощь прошлой ночью, и ничего не сделал.
— Но буря. Он говорил, что…
— Никто у штурвала не мог видеть или слышать, что творилось на другой стороне корабля в тот ливень, — перебивает он. — Но этот ублюдок был единственным, кто мог.
Все встает на свои места, и я бормочу себе под нос:
— Капитан — Гипер.
Кай проводит рукой по взъерошенным волосам.
— Он прекрасно видел и слышал тебя. Просто решил не вмешиваться.
Я фыркаю.
— Почему я не удивлена?
— Я разберусь с ним, когда мы вернемся в Илию. А пока… — он похлопывает по кинжалу, прикрепленному к моему бедру, — он не должен покидать тебя. Даже когда ты рядом со мной.
Я подхожу ближе с игривой улыбкой.
— О, особенно когда я с тобой. А вдруг мне захочется угрожать тебе?
— Даже после того, как я спас тебе жизнь? — с нежностью произносит он.
Я провожу пальцем по его тонкой белой рубашке.
— Возможно, я все еще не простила тебя за то, что ты преследовал меня в Скорчи.
Он притягивает меня к себе, приподнимая подбородок.
— И я бы сделал это снова, лишь бы услышать, как ты угрожаешь мне.
— Звучит глупо, — выдыхаю я.
— Тогда вполне подходит, — проводит большим пальцем по моей нижней губе. — Учитывая, что я глупец.
Я приподнимаю брови.
— Ты же говорил, что больше не считаешь себя таковым.
Его губы касаются моей щеки. Я улыбаюсь, когда они добираются до моего носа. И замираю, когда начинают скользить по шее.
— Это было притворство, дорогая.
Глава тридцать первая
Пэйдин
Уже несколько часов я не свожу глаз с точки на горизонте, и вот она, наконец, превращается в очертания города, раскинувшегося перед нами.
Лабиринт причалов простирается на горизонте, прорезая ярко-голубую воду. Десятки лодок качаются рядом. Некоторые из них такие же крупные, как судно, на котором мы прибыли, но большинство маленькие, хотя и прочные.
Прищурившись, я едва различаю большие рыболовные сети, свисающие с их бортов.
Вдыхаю запах моря, желая, чтобы корабль двигался быстрее. После того, как буря утихла, порывы ветра вновь заполонили палубу, наполняя огромные паруса. Я постукиваю ногой, нетерпеливо окидывая взглядом команду. Они избегают меня, сосредоточившись на своих обязанностях и трудной задаче — довести разваливающееся судно до берега.
С рваными парусами, расколотыми досками и отсутствующими перилами, просто чудо, что мы еще не оказались на дне Мелководья. И это лишь видимая часть ущерба.
— Поднять флаг!
Капитанский окрик заставляет матроса резко дернуть за снасти. Я наблюдаю, как белый флаг поднимается в небо, развеваясь рядом с изрядно потрепанным, на котором изображен герб Илии.
Мой взгляд скользит по палубе и замирает на знакомой фигуре, вышедшей на свет. Кай поднимает руку, прикрывая глаза от ослепительного солнца, и я, забыв о приличиях, позволяю себе разглядывать его. Одежда Кая колышется на ветру, облегая сильное тело под ней. Черные волосы падают на лоб, как буйные волны под нами. А эти серые глаза…
Они внезапно смотрят прямо на меня.
Он улыбается так, будто прекрасно знает, как сильно я им восхищаюсь. Даже когда подходит ближе, самодовольное выражение не сходит с его лица.
— Наслаждаешься видом, Грэй?
— Израма? — Я улыбаюсь в ответ. — О да, Эйзер, очень.
Он облокачивается предплечьями на расколотое перило и улыбается так, что на щеках появляются ямочки. Я отвожу взгляд, пока он снова не поймал меня на том, что я им любуюсь.
— Зачем мы подняли белый флаг? — тихо спрашиваю я.
— Израм не видел корабля с гербом Илии уже почти десять лет, — отвечает он, кивая в сторону высокой сторожевой башни, возвышающейся над бухтой. — Мы не хотим, чтобы они подумали, будто мы пришли с дурными намерениями. Как и в Доре с Тандо, здесь также вряд ли обрадуются визиту Элитных.
Я прислоняюсь к перилам рядом, наши руки слегка соприкасаются.
— Тогда хорошо, что их будет встречать великодушная Обычная.
— Да, — размышляет он. — В сопровождении команды Элитных… и Силовика.
— И ящика с желанными розами, — добавляю с надеждой. — Я смутно помню, как в детстве читала о королеве Израма, Зайле. Но не уверена, чего стоит ожидать.
— Говорят, она безжалостна, — вспоминает Кай. — Одни считают, что она убила мужа ради трона, другие — что он умер естественной смертью. — Он лениво пожимает плечами. — Так или иначе, при ней Израм процветает. Они живут за счет моря и рыбы. И с тех пор, как Зайла взошла на трон, уловы у них стали исключительно богатыми.
— Хм, — рассеянно кручу кольцо на большом пальце. — И прошло уже несколько лет с тех пор, как она стала королевой, да?
Его взгляд встречает мой.
— Почти десятилетие.
Я отмечаю про себя эту деталь и возвращаю внимание к приближающемуся причалу. На потемневшем дереве выстроилась толпа стражников, одетых в королевский синий, с копьями в руках. Острые наконечники сверкают на солнце, заставляя меня отвести взгляд от странной сцены.
Непривычно видеть у стражи столь очевидное оружие. Большинство наших Гвардейцев даже не утруждают себя ношением меча, полагаясь лишь на свои способности. А у жителей Израма нет сил. Они полагаются на собственную мощь, на свою волю. И я восхищаюсь этим гораздо больше, чем незаслуженной силой.
Сверкающие наконечники копий, кажется, становятся все острее по мере приближения корабля. Стража замирает вдоль скрипучего деревянного причала с серьезными лицами. Они сжимают оружие все крепче.
Они боятся нас.
Я врезаюсь в перила, когда судно стонет. Мы скользим вдоль причала, издавая долгий скрежет корпуса. Когда корабль, наконец, останавливается в порту, мои расширенные глаза находят взгляд Кая. Его лицо принимает знакомое выражение.
Легкое самодовольство касается его губ, взгляд становится ярче, а тело — расслабленнее.
Ему нравится, когда его боятся.
Полагаю, мне бы тоже нравилось, если бы во мне была хоть крупица его силы. Но я — нечто меньшее, чем страх, сила и Элита. Именно поэтому я осторожно шагаю за спиной Силовика, пока он проходит по палубе.
  
Шаткий деревянный трап соединяет наш корабль с причалом. Искрящаяся вода плещется под нами, ударяется о днище судна и тянется к мостику, по которому мы ступаем. Без колебаний Кай сходит по скрипящему дереву, направляясь поприветствовать стражу.