"Фантастика 2024-82" Компиляция. Книги 1-21 (СИ)
Для юной госпожи не было запертых замков и тайн, она имела все возможные допуски. Кроме разве что некоторых, сокрытых в глубине души её отца… Но об этом Снежана старалась не думать.
Когда она вошла, Перовский продолжал сидеть в задумчивости, как будто не обратил внимания на долгожданную гостью.
— Папа… — голос подвёл девушку, всегда холодно-спокойную и невозмутимую.
Только после этого Федул Саввич наконец стряхнул с себя оцепенение. Вскочив со своего кресла, обошёл стол, сделал несколько стремительных шагов навстречу дочери, крепко обнял её и поцеловал в лоб.
— Вернулась, — на суровом и всегда спокойном лице Перовского мелькнуло лёгкое подобие улыбки. — Наконец-то!
— Да… Вернулась.
— Это хорошо. Наконец-то сможем поговорить нормально. Твои сообщения заставили меня немного напрячься…
— Правильно заставили. Это жопа, папа!
— Прости, что?..
В глазах Перовского мелькнуло неподдельное удивление. Раньше Снежана при нём не выражалась. Нет, благодаря усилиям доверенных агентов и абсолютно надёжной следящей аппаратуры он в подробностях знал что, где, когда, и даже кому она говорила, включая дословное содержание и интонации, и не строил по поводу морального облика дочери никаких иллюзий.
Но собственными ушами такое услышал впервые.
— Жопа, папа. «Жэ», «о», «пэ», «а».
Перовский смерил дочь долгим внимательным взглядом, после чего махнул рукой, приглашая устраиваться на одном из расставленных вдоль стен кресел, а сам вернулся в своё.
— Докладывай.
— Итак… — Снежана проигнорировала приглашение садиться на положенные для обычных посетителей места и взгромоздилась прямо на стол, вполоборота к отцу.
Федул Саввич хотел было одёрнуть дочь и указать на недопустимость подобного поведения… Но тут же мысленно махнул на это своеволие рукой. В конце концов, двери заблокированы, глушилку он только что включил — это помимо стационарной, и так работающей круглые сутки… Так что информация о происходящем в кабинете дальше них двоих не уйдёт. А если девочке так требуется сейчас это — пусть делает.
— Итак, Снежана. Итак…
Девушка прокашлялась, почистив горло. Глубоко вдохнула, набирая воздух. И всё-таки начала свой доклад.
— Итак, папа. Из нашей системы мы вылетели вовсе не на Технотрон, куда вроде как должны были, а в систему Пси Червя, о чём никакой договорённости заранее не было. Мы знали, что объект будет использовать полёт за сестрой в своих интересах, однако то, что он задумал и куда именно он направился, стало для нас сюрпризом…
— Снежана.
— Да?
— Факты я знаю и так. Доклады и твои, и наших людей — читал. Я всё жду, когда ты наконец расскажешь мне то, что нельзя доверять никаким носителям и каналам связи…
— Прости. Немного не в себе. Раньше не задумывалась… А тут, как оказалась дома, и как представила наяву, что мы всё потеряем…
— Прямо даже так?
— Да, папа. Прямо даже так. Вижу эту картину очень и очень отчётливо…
— Рассказывай!
— Я изучила объект. Насколько это было возможно, конечно… И теперь могу судить о нём с некоторой степенью достоверности.
— И?.. Мои подозрения, как понимаю, подтвердились?
— Подтвердились. Ещё как подтвердились! И даже больше того. Ты, кажется, недооценил его.
— Вот как. Я, конечно, в чём-то радуюсь собственной прозорливости… Но это тот случай, когда легко пережил бы свою ошибку.
— Именно. И что хотела бы отметить отдельно — покровители объекта дали ему очень широкие полномочия, оставили просто неприличное количество степеней свободы. Ощущение, что он действует без оглядки на кого бы то ни было. Как будто и правда сам по себе.
— Но… Покровители всё-таки есть, не так ли?
— Безусловно, иначе быть не может. Иначе он не вёл бы себя так безбашенно.
— Синдикат?
— Нет-нет, эти вообще не при делах. Очень не вовремя нам подвернулись… Похоже на неудачное совпадение.
— Слишком неудачное для совпадения.
— Возможно. Но до той встречи… У них не было связей, почти наверняка.
— Возможно, через покровителей?
— Возможно.
— И кто эти покровители на самом деле, насколько понимаю, мы всё ещё не знаем?
— Ноль информации. Их взаимодействие сведено к минимуму и так хорошо скрыто, что иногда мне казалось, будто он действительно принимает решения сам.
— Казалось?
— Именно. Казалось. Была бы уверенность… Сказала бы. А так — не знаю.
— Вот как. Ладно, продолжай… Что ещё плохого?
— Да ничего нового. Самое главное это то, что ты действительно недооценил объект. Он слишком опасная фигура, чтобы пытаться использовать его в своих целях.
— Это не новость. Я уже после нашего первого разговора знал, что мы получили не безвольный инструмент, а опасного дикого зверя — который может как сожрать наших врагов, так и укусить нас самих за кормящую руку. Знал, что в системе появилась новая сила… Но знал я также и то, что всё равно можно попытаться использовать её, чтобы решить наконец старую и самую главную нашу проблему…
— Можешь не говорить дальше. Снова объединить систему под одной властью. Сделать её действительно великой, перестать быть отстающей периферией, нагнать и перегнать конкурентов… Экономика, промышленность, флот… Я помню. Отличный план… Был. В свете новой информации он больше не кажется таким уж хорошим. У нас не получится.
— Почему же, дочь?
— Он не тот, за кого себя выдаёт.
— Это тоже не новость. И?..
— Тот, кем он на самом деле является — или та сущность, которая им управляет… Это нечто старое, опытное, опасное. Для него существование на грани, ограниченность ресурсов, превосходящие силы противника — норма. Это делает его только злее. Чем сильнее на него давят, тем мощнее ответ. И он готов идти до конца, заранее смирился с самым худшим сценарием, не боится его, не задумываясь повышает ставки. Его только случайно задели — а он уже со всей силы бьёт в ответ. Его только ударили — а он уже убивает. Его ещё только собрались устранить — а он уже уничтожает всех, кто хотя бы мог об этом подумать. Никаких угрызений совести, никаких колебаний. Сразу — наповал. Так, чтобы никто даже не рыпнулся. И то, как он последовательно действует… Если это даже импровизации, то очень хорошо продуманные. За каждым действием чувствуется опыт. Опыт, которого просто не может быть у столь юного отрока… Каким он пытается себя выставить.
— Несоответствие биологического возраста реальному — норма в нашем мире. Сколько раз тебе говорил, не обращать внимание на то, как молодо люди выглядят.
— Прекрасно помню, папа. Но… Он же по идее тень. Нормально родился, нормально взрослеет. Не может быть старше кажущегося возраста.
— И тем не менее. Ладно, дочь, это всё лирика… Кто он, как ты думаешь? И каким образом у него получилось подменить собой нерадивого сына Храбра?
— Нет информации. Какой-то неизвестный артефакт? Божественное вмешательство? Других вариантов не вижу.
— Возможно. Возможно… — Перовский принялся барабанить унизанными перстнями пальцами по столешнице. — Пропавший Всемирович? Могли они пересадить его в тело родственника?
— Нет. Это не он, точно. Слишком не совпадает психотип. Слишком… Специфичен.
— Тоже так думал, но хотел услышать твоё мнение…
— Моё мнение — нет.
— Я услышал. Ладно. Алтарь Огневых… Как думаешь, он его признает?
— Почти наверняка — да.
— То есть, наш план всё же имеет право на жизнь. Вскроем оборону Ирия, высадим десант… И расправимся с отщепенцами, после чего мятежный спутник будет снова наш. Так?
— Всё это получится. Но…
— Объект, кем бы он ни был там раньше, не стоит армий. Один их корабль, даже весь из себя уникальный, не стоит флота. Они будут в полной зависимости от нас. Захотим — отблагодарим и одарим, захотим — кинем в темницы… Но, конечно же, мы этого не сделаем. Будем великодушны и отдадим ему то, что принадлежало его роду. И роду его жены. А возможно, и что-то сверх того. Это ведь не сложно?.. Добычи хватит на всех.