"Фантастика 2-23-120". Компиляцмя. Книги 1-20 (СИ)
Виктор резко развернул девушку и тряхнул, как тряпичную куклу.
— Совсем ненормальная?! Ты что надумала?! — возмущенно рявкнул байкер, тряся ее словно грушу.
Радислава не сопротивлялась, слабо соображая, что с ней происходит.
— Эй! Да ответь же! О, черт!
Девушка начала медленно оседать на землю. Серая рябь в воздухе разочарованно чавкнула и нехотя рассосалась. Мужчина плюхнулся на колени возле повторно спасенной им строптивицы, отстегнул от пояса флягу и влил несколько глотков воды в приоткрытые губы оборотнички. Та закашлялась, хватая ртом воздух, и непроизвольно вцепилась в сутану Виктора.
— Ну что с тобой прикажешь делать, а? — вздохнул он, стаскивая приглянувшуюся менестрелю часть одежды и укутывая девушку. Затем поднял ее на руки. — Ну лягушка-путешественница, домой?
«Профессор меня убьет, — подумал Виктор, проходя в комнатку и укладывая несостоявшуюся самоубийцу на кровать. — Эх и свалилась же ты на мою больную голову…»
Радиславу бил озноб. Ее трясло от холода и одновременно — от ужаса. Этот тип точно ненормальный. Он, видно, не понимает, что именно сделал?!
— Хм… Жара, кажется, нет… — задумчиво произнес Виктор. — Кажется, где-то в шкафу завалялся пузырек валерьянки, сейчас накапаю. Тут у всех нервы ни к черту.
Он пошарил на полках шкафа и с победным возгласом вытащил из-под кипы небрежно скомканной одежды флакончик из темного стекла.
— Вот так, — пробормотал оружейник, наблюдая за тем, как жадно оборотничка пьет воду с лекарством, гулко цокая зубами о стакан.
— По-прежнему колотит? Сейчас плед достану.
— Н-не уходи, — сдавленно просипела менестрель, резко садясь и цепляясь за байкера. — Не уходи.
— Эхм… — Виктор слегка опешил. — Да я и не собирался вроде.
Тело оборотнички обмякло, и она стала заваливаться набок.
— Э-э! Тихо, тихо… — Мужчина сгреб ее в охапку.
Радислава судорожно хваталась за его рубашку.
— Слушай, лучше тебе лежать, — вздохнул Виктор. Но отцепить девушку от себя оказалось той еще задачкой.
— Не отпускай, прошу, не отпускай, — глухо всхлипнула она.
— Кто тебя в таком состоянии куда отпустит, — успокоил ее байкер. — Конечно, нет. Никуда я тебя не отпущу, мышка.
В ответ донеслось приглушенное всхлипывание.
— Ох, мне только слез не хватало. Ну зачем ты сырость разводишь, а?
Девушка непроизвольно подняла на него глаза. Виктор столкнулся с ней взглядом, чувствуя, как его затягивает в этот янтарный омут.
Утро княжны ди Таэ началось с просто великолепной головной боли — неизбежного последствия вчерашних нервных перипетий. Разыскивая Эрика, а заодно роясь в шкафах, пытаясь найти хотя бы лекарство, чародейка наткнулась на противоядие от закрепителя ипостаси. Затем ей удалось забрать у трактирщика вещи оборотнички. Пара простеньких шаровых молний, пущенных вдоль стен заведения, — и хозяин уже лепечет ей вслед, что, дескать, госпоже менестрелю гитара и сумка куда нужнее…
В отделе Анна неожиданно налетела на Профессора, костерившего Виктора на чем свет стоит. При этом сам байкер еще не появился. Арьята вцепилась в княжну как клещ и жаловалась на отца Рида, совсем не обращающего на нее внимания. Сам архонт едва не сбил их с ног: он брел по коридору, уткнувшись в какую-то книгу. Княжне наконец удалось переключить внимание ученицы непосредственно на объект ее вожделения и выбраться на задний двор. К этому времени она хотела убить всех.
Анна поднялась по скрипучим деревянным ступеням в комнату над гаражом. Дверь, как всегда, оказалась не заперта. Княжна застыла на пороге, удивленно вскинув брови и силясь правильно воспринять представшую перед ней картину…
Жемчужно-русые волосы перепутались с угольно-черными. Радислава мирно посапывала на плече у байкера.
Чародейка заметила, что Виктор не спит, иронично наблюдая за ней из-под опущенных ресниц. Княжна ди Таэ жестом поманила его к двери. Мужчина осторожно, стараясь не разбудить девушку, выбрался из-под одеяла. Княжна скользнула взглядом по испещренному шрамами торсу…
— Штаны надень, идиот! — сердито прошипела она, подкрепив сказанное соответствующим жестом, и вышла из комнаты.
Спустя минуту к ней присоединился Виктор.
— И кто там утверждал, будто единственным существом женского пола, которому ты позволяешь находиться в своей кровати, являюсь я? — насмешливо осведомилась княжна.
— Я смиренно жду наказания, — покаянно склонил голову байкер, пытаясь сдержать улыбку.
— Если расскажешь мне занятную историю, так и быть, прощу, — фыркнула Анна, отметив про себя, что в черных глазах байкера что-то изменилось. Живой блеск появился. — Эй, да что с тобой такое?! — возмутилась чародейка, выдергивая оружейника из мечтательного состояния, в которое тот уже успел погрузиться.
— Ох, детка… — Виктор уселся на верхнюю ступеньку. — Я себя таким живым впервые за последние восемь лет чувствую.
— Вижу. Цветешь, как кактус после ливня. Но ты не отвлекайся, рассказывай. Интересно все-таки, почему Профессор так ругался. Я и не думала, что он такие слова знает.
— Ох-ой! — Байкер озаренно хлопнул себя по лбу. — Какой же я забывчивый дурак! В общем, слушай… — И он вкратце пересказал Анне события вчерашнего вечера.
Чародейка выслушала, не перебивая, и многозначительно хмыкнула. Все с ними ясно.
— Что ты на меня так странно смотришь? — не выдержал он пристального взгляда чародейки.
— Ну ты и везучий! — восхищенно выдохнула Анна. — Услышать Песнь Смерти и остаться в живых — это же уметь надо!
— Что? Ты о чем? — не понял Виктор.
— То, что ты вчера слышал, называется Песнь Смерти. И поется она лишь в одном случае: когда душу добровольно отдают смерти намного раньше назначенного срока. А она, Бледная Дева то есть, не очень любит, когда у нее прямо из-под носа утаскивают добровольное подношение. Но больше всего меня настораживает тот парадоксальный факт, что вас она попросту отпустила! Еще и пинок напутственный под зад отвесила, чтобы шли и больше не грешили.
— Не понял…
— Чего ты не понял? Смерть отдала тебе девушку и отпустила вас. Если бы это было не так, то в лучшем случае мы бы нашли поутру два живописно размазанных по дороге трупа.
— А пинок… э-э… под зад? Что-то я такого не припомню…
— А как еще можно назвать то жизнеутверждающее сумасшествие, которое вы тут устроили? Когда я открыла дверь, думала, меня снесет энергетической волной! О господи, Виктор, ты уже столько лет работаешь в отделе — и не знаешь элементарных вещей!
— То есть… эхм… н-дя… — Байкер задумчиво потер колючий подбородок, соображая, что надо бы побриться, пока щетина не превратилась в бороду.
— Ладно, иди буди свою гостью. Я принесла противоядие и ее вещи.
— Мм… — Виктор запнулся. — Детка, может, лучше ты, а? Вчера у нас все произошло по обоюдному согласию, но… стресс и все такое…
— О-о, — осуждающе застонала Анна. — Ну почему вы, мужчины, сначала делаете, а потом думаете?
— Это потому, что вы, женщины, нас провоцируете, — невозмутимо парировал он. — А спинной мозг, увы, реагирует быстрее, чем головной.
Из-за двери послышались звуки возни и донесся поток ругательств.
— Гм, кажется, она сама проснулась! — заметила Анна.
Княжна вместе с байкером вернулись в комнатку. Радислава, прыжком взвившись с кровати, подскочила к ним и отвесила Виктору хлесткую пощечину.
— Никогда, слышишь, человек, никогда не вмешивайся в дела, которые тебя не касаются! — гневно прорычала она, сжимая кулаки.
Тот ошеломленно потер заполыхавшую щеку. Он ждал любых претензий, но чтобы так!.. Княжна едва сдерживала смех.
— Не понял… — пробормотал он.
— Чего ты не понял?! Чего ты не понял?! Тебя вчера никто не просил вмешиваться, дурак! И почему я тебя не убила?! Откуда ты только взялся на мою голову?! — бушевала Радислава.
— Что-о-о?! — возмущенно заорал Виктор. — Да я же тебе жизнь спас, ненормальная!