"Фантастика 2-23-120". Компиляцмя. Книги 1-20 (СИ)
– Но ведь сказано в Хрониках четко, что претендент тот должен быть особенным! – холодно отчеканил орк. – Или вы того уже не помните?
– Да помним, помним, конечно, – заволновался старик, всплескивая тощими руками. – Да только где ж такого найти то? Ведь он, – старик экзальтированно закатил глаза к закопченному потолку и начал декламировать нараспев:
От первой расы был рожден,Пролился горем и дождем,И эльф, и в чем-то человек,Живет уже не первый век,Боец отменный и стрелок,Красив как радужный морок,Он испытал любви укол,Но, женский он не любит пол…– Ну и где же нам найти подобного героя, подходящего под столь странное описание? – снова вопросил дервиш, с надеждой взирая на Огвура.
– Да все элементарно, уважаемый, даже далеко ходить не нужно, – орк медленно вытянул палец и обличающее указал на внезапно поскучневшего Ланса. – Вот он, перед вами!
– Мне, – обморочно шепнул несчастный красавец-полукровка, обреченно зеленея лицом, – мне целоваться с принцессой, с женщиной? Огвур, я… меня же вытошнит!
Сумрачный лес напоминал темный, непроницаемый заслон, высящийся до самого неба. Эткин словно птичка неподвижно завис напротив передовых деревьев, часто трепеща распростертыми крыльями.
– Вижу! – авторитетно изрек Марвин, довольно тыча пальцем куда-то намного выше зеленой стены.
– А я вот наоборот ничего особенного не вижу, – скептично хмыкнул Генрих. – Лес, серое небо и темно, хоть глаз выколи. Обычный предгрозовой пейзаж, ничего экстраординарного.
– Магия, – недовольно протянул дракон, – сильная, враждебная, черная. Магия Ледяного бога, только и поджидающая неосторожных смельчаков, чтобы забрать их жизни и выпить горячую кровь. Чем больше живых существ уничтожают порождения холода, тем сильнее она становится.
– Хм, я конечно не трус, – честно признался барон, – но на этот раз я действительно боюсь. Все эти разговоры о могуществе нового бога приводят меня в смущение. А что, если мы уже опоздали, и обряд инициации бога давно свершился?
– Не думаю, – покачал головой некромант. – Подобные ритуалы всегда сопровождаются огромным выплеском магической энергии. Мы подобрались слишком близко к Краю Тьмы. Если бы произошло что-то подобное, то я бы это обязательно это почувствовал.
– Марвин прав, – поддержал дракон. – Время еще есть, но его остается чрезвычайно мало. Дети Ледяного бога не зря торопятся с ускорением захвата все новых и новых территорий, и ими движет не одна лишь жажда крови. Они стремятся найти Пелену богини Аолы и сделать свою власть непоколебимой. К счастью, тот факт, что мы не знаем, где хранится брачный покров Дарующей жизни, точно так же тормозит и поиски Тварей стужи, ведающих не больше нашего.
– Я так понимаю, что если мы успеем спасти Лилуиллу до того, как твари сумеют отыскать Пелену и провести свадебный ритуал, то выиграем время для Ульрики, которая обязательно что-нибудь придумает и подстроит Ледяному богу какую-нибудь неожиданную каверзу? – выдвинул предположение барон.
– Совершенно верно, – опять поддакнул Эткин. – Именно в этом и состоит план мудрого Арбиуса. Кроме того, я искренне верю в уникальные способности нашей Сумасшедшей принцессы, которой, кажется, просто на роду написано – постоянно устраивать врагам всевозможные неприятные, не поддающиеся логическому обоснованию сюрпризы!
Генрих счастливо улыбнулся. Для благополучия и поддержки Ульрики он был готов немедленно совершить все, что угодно. Даже – жениться на самой Ринецее, конечно с условием, что он непременно овдовеет еще да наступления первой брачной ночи! Хотя, если признаться честно, брачные аферы никогда не являлись сильной стороной его бесспорно – необычной и многогранной натуры. Втравить Повелителя сильфов в нежеланное сватовство… ну это наверно, выглядело бы намного круче, чем даже попытаться разлучить Ланса с Огвуром и вознамериться женить изнеженного эльфа, обладающего ярко выраженной нетрадиционной сексуальной ориентацией, на какой-нибудь высокомерной красавице-принцессе! И если бы только Генрих мог догадаться в тот момент, насколько его несуразные измышления оказались недалеки от истины, то он обязательно желчно посмеялся бы над самим собой! Попытки сжульничать и обмануть судьбу всегда заканчиваются чем-нибудь опасным или непредсказуемым…
Глава 4
Горячий ветер обжигающей змейкой пробирался между засохших травинок, с шорохом пересыпая бесконечные, мелкие песчинки. Вездесущий песок проникал под одежду, попадал в волосы и глаза, заставляя путников болезненно щуриться. Раскаленное солнце стояло высоко в небе, не затененном ни единым облачком. Было жарко.
Ланс запрокинул голову, увенчанную импровизированным тюрбаном, на который он с превеликим сожалением пусти свою запасную, муслиновую рубашку, и вылил в пересохшее горло тонкую струйку воды из кожаной фляги. Задумчиво поболтал плоским сосудом, прикидывая – надолго ли еще хватит оставшихся запасов? Ехавший на маленьком, сером ослике дервиш Али-Баба участливо обернулся к совершенно измученному зноем полуэльфу:
– Видишь, – старик взмахнул коричневой от загара рукой, указывая на вязкое, дрожащее марево, вяло колышущееся за отдаленными барханами. – Осталось совсем немного. Там начинаются неприступные стены великого города Рох-Осс, столицы нашего ханства. Древний город состоит из двух частей – многовекового, полуразрушенного Роха с храмами, усыпальницами и библиотеками, и более нового Осса с цветущими садами и жилыми кварталами. Два части одного града разделяет широкое искусственное озеро, питаемое подземными источниками и созданное милостью богини Аолы – покровительницы Рох-Осса, из которого и вытекает полноводная река Оха, впадающая в бескрайнее Ликерийское море. А в трех днях морского пути, в центре водной глади высится легендарный Поющий остров, обиталище бессмертных эльфов.
Тонкое лицо Ланса приняло мечтательное выражение:
– Хотелось бы мне когда-нибудь побывать там, – он прищурил свои прекрасные глаза, словно пытаясь острым взором преодолеть огромное расстояние и хоть немного рассмотреть далекую землю, так и не ставшую его родиной. – Вот только боюсь, что там тоже не жалуют полукровок!
– А пусть только попробуют сказать хотя бы одно обидное словечко в твой адрес, – вполголоса проворчал Огвур, выразительно поглаживая длинную рукоять Симхеллы. – Сразу появится подходящий повод выяснить, такие ли уж они бессмертные на самом деле.
– И все же, путь туда нам заказан! – жалобно вздохнул Лансанариэль.
Дервиш, внимательно прислушивавшийся к словам красавца полуэльфа, лукаво усмехнулся, тщательно пряча улыбку в длинную, седую бороду. Унылый ослик сонно взмахнул хвостом, тщетно пытаясь разогнать надоевшую жару, и снова мелко засеменил натруженными копытцами. Ланс издал мученический стон, мысленно проклиная и коварных Детей холода – словно для контраста, издевательски обрекших его на это демоново пекло, и темный портал – унесший в неведомые дали его обожаемую, рыжую Мелеану, и собственные вещие сны – неотступно ведущие его вперед, к загадочной цели. Он решительно приподнял ногу в узорчатом сапоге на высоком каблуке, чуть не по самую щиколотку утопающую в сыпучем песке, и сделал еще один шаг, пообещав себе не отступать назад и не сдаваться, не смотря ни на что. Рядом целеустремленно пыхтел могучий орк в насквозь пропотевшей рубашке.
Старый Али-Баба окинул друзей хитрым, все понимающим взором и одобрительно кивнул умной головой. На длинной нити судьбы постепенно начинал завязываться очередной, отнюдь не бессмысленный узелок…
Уже после того, как они пролетели над угрюмым, каким-то неживым лесом, Генрих и сам внезапно уловил негромкое, но угрожающее гудение, разлитое в окружающем их воздухе. Грудь сдавливала непонятная тяжесть, стало трудно дышать, кровь прилила к разом занывшей голове, звонко тукая в висках и рисуя перед глазами мутные, кровавые разводы. Барон судорожно переводил дух, ощущая себя непривычно постаревшим и ослабевшим. Каждое движение давалось с огромным усилием, будто он пытался плыть против тугого, упрямо противоборствующего потока воды.