"Фантастика 2-23-120". Компиляцмя. Книги 1-20 (СИ)

Стиляга, блин!
– Капитан Каталкин… – негромко пропел я, припомнив засевшую в голове строчку о кожаном жилете, затем приметил среди бычков окурок «Салема» и невольно усмехнулся, но никак комментировать увиденное не стал.
Опер вдавил докуренную до фильтра сигарету в пепельницу и покачал головой.
– Ненадолго же тебя хватило, Полоскаев. Ох, ненадолго! Две недели не прошло!
Начало разговора не сулило ровным счётом ничего хорошего, и я невольно поёжился, но сразу переборол внутреннюю неуверенность и пожал плечами.
– А чего такого? Я вчера в кафетерий за тортом зашёл. Виноват, что ли?
– В самом деле? А с товарищем… Да нет, с каким товарищем! Бери выше! С господином Мальцевым в отделение на одной машине совершенно случайно прикатил, да? Он тебя по доброте душевной подвёз?
– Так это… У него водителя контузило, он Рому… Сашу Романова, в смысле, на работу подрядил.
Опер смерил меня пристальным взглядом и ожидаемо спросил:
– А тебя он кем подрядил?
– Никем! – ответил я, сделав честные глаза.
– Не свисти!
– Я серьёзно!
Капитан Козлов подошёл к рабочему столу, выдвинул верхний ящик, порылся в нём и достал фотографию. На той оказались запечатлены я, Рома и, как выразился опер, господин Мальцев перед входом в привокзальный ресторан.
Я помялся и признал:
– Ну да, ездили с ним. Рома за водителя, я охранника изображал. Вы этого Мальцева пасёте, что ли? Или того – второго?
Старший оперуполномоченный вопрос проигнорировал, устроился за столом, указал мне на стул.
– И давно ты при нём охранником подвизаешься?
– Да никем я…
– Хватит! – Козлов резко стукнул карандашом по столу. – Забыл, что у меня на испытательном сроке?! Брось валять дурака, а то такую весёлую жизнь устрою – взвоешь!
Я поверил. Взвою.
– Грузчиком я у него работаю, не охранником, – после недолгой паузы сознался я. – Со вчерашнего дня.
– Что грузили?
Говорить о водке сомнительного качества не хотелось, и я вздохнул.
– Что-то грузили.
Ответ милиционеру по душе не пришёлся, он нахмурился.
– Товарищ капитан, ну сейчас-то что?! – возмутился я. – Говорю же, совершенно случайно в кафетерии оказался и к взрыву отношения не имею! Я этого Мальцева до вчерашнего дня в глаза не видел!
– По твоим показаниям, ты и в прошлый раз ничего не видел и не слышал, – уел меня опер, начал заполнять бланк допроса и попросил: – Ты рассказывай, Полоскаев, рассказывай! С самого начала излагай, в подробностях.
Захотелось послать его куда подальше, еле сдержался.
– Пришёл за тортом. Взорвалась машина. Оказал пострадавшим первую помощь. Всё. Я молодец. Ну молодец же, а?
Капитан Козлов оторвался от протокола опроса и покачал головой.
– А точно не на шухере стоял? Может, должен был охранников Мальцева отвлечь?
– Так отвлёк бы, дурное дело нехитрое, – усмехнулся я. – Только на фига мне так подставляться? Я ж себе не враг.
– Вот уж не сказал бы, – покривил уголок рта старший оперуполномоченный и уточнил: – С Мальцевым когда познакомился?
– Сказал же: вчера его первый раз увидели.
– И он так сразу вас к своим делам привлёк?
Я пожал плечами.
– А какие у него варианты были? Нет, товар перекидать бича какого-нибудь нанять не проблема, а водилу на грузовик так сразу и не найдёшь!
– Подрывника видел? – перескочил на другую тему Козлов.
– Нет, в очереди стоял, в окно не смотрел.
– Никакой-то с тебя пользы, – проворчал капитан и принялся записывать мои показания.
– Ага, как с козла молока, – поддакнул я, и опер мигом отложил шариковую ручку и уставился на меня, прямо скажем, недобро.
Я не подал виду, будто понял причину его раздражения, и попросил:
– Вы пишите, товарищ капитан, пишите. Мне ещё к экзамену готовиться. Говорил, что в политех поступаю, да?
Милиционер пропустил это заявление мимо ушей и вновь принялся выспрашивать детали случившегося. Наводящие вопросы заставили вспомнить многие упущенные ранее мелочи, вот только ни одна из них помочь следствию не могла. Ну по моему убеждению – не могла; капитан разочарованным нисколько не казался.
 
– О продавщице Алёне Жуковой что скажешь?
– Красивая, – ответил я односложно.
Старший оперуполномоченный в сердцах бросил на стол ручку и предупредил:
– Не прекратишь паясничать, в обезьянник запру!
– За что?
– Найдётся за что, не сомневайся.
– Милицейский произвол!
– Ты чего-то сегодня слишком разговорчивый, Полоскаев, – мрачно глянул на меня капитан Козлов. – Нервничаешь?
Я только плечами пожал.
– Гражданка Жукова состоит в интимных отношениях с Мальцевым? – перешёл тогда оперативник на казённый язык.
– Знаете же, что состоит.
– У меня работа – знать. А у тебя откуда такая осведомлённость о личной жизни Мальцева, если ты с ним только вчера познакомился?
Опыта милиционеру было не занимать, вывернул он мои слова настолько ловко, что оставалось лишь поаплодировать.
– Да просто с Алёной и раньше был знаком, вот и всё, – сказал я, решив не темнить. – Её сменщица с моим другом встречается. Андрей Фролов, может, помните такого – вы его по той перестрелке вызывали. Он и рассказал о Мальцеве на днях, когда машину перед кафетерием увидели.
– Ту самую «девяносто девятую»? – заинтересовался капитан. – Когда это было?
– Не помню, но так понял, Алёну часто к открытию привозили, машина примелькалась.
– Примелькалась… – повторил за мной старший оперуполномоченный и постучал ручкой по столу. – То есть, кто угодно мог выбрать это место для закладки взрывного устройства?
– Слишком людно.
– На ночь автомобиль ставили в гараж, а в остальное время в нём находился водитель. – Козлов вздохнул и передвинул мне показания. – Ладно, а теперь не для протокола: грузили что?
– А сами не знаете? – хмыкнул я, подтянув к себе листок.
– Я же не Кашпировский!
– Он тоже не по этой части. А грузили мы водку. Документы, вроде, в порядке были, но я не смотрел. Ехали через пост, не боялись, что тормознут. Мальцев с нами был.
– Водка! – протянул капитан. – Ну понятно! Мальцев на водке и поднялся.
Я по диагонали проглядел собственные показания, перечеркнул пустое место, подписал и спросил:
– Торгует или палёную разливает?
– Тебе зачем это?
– Как зачем? Он нам с Ромой работу предложил! Деньги нужны, но в криминал не полезу. Крышует его кто? Бандиты, поди?
Опер прищурился.
– То есть взорванная машина тебя не смутила?
– Газ тоже, бывает, взрывается, но от газовых плит никто не отказывается! – парировал я, не особо веря в собственные аргументы.
– Вот ты… – Козлов постучал костяшками пальцев по столу и продолжил допрос. – О Мальцеве что скажешь? Как вёл себя, что говорил?
– Говорит, никаких наездов не было. Кто его заказал, понятия не имеет. И не верит, что заказчика найдут. Мол, никто даже напрягаться не станет.
– Почему?
Я немного поколебался, но всё же передал слова коммерсанта.
– Вроде, ему кто-то из ваших крышу предлагал. Он отказался, ну теперь и ждёт, что отыграются.
– Заливает! – отмахнулся Козлов.
– Да не! Говорит, даже сам поиски заказчика оплатить готов! – возразил я из желания оставить за собой последнее слово и сразу понял, что сболтнул лишнего, но было уже поздно. Блин, ну кто меня за язык-то тянул?!
Опер поднялся из-за стола, снял со спинки стула пиджак и указал на дверь.
– Пойдём-ка, свежим воздухом подышим.
Я беззвучно выругался и поплёлся на выход, будто на эшафот. Козлов запер дверь, а только вышли на улицу, сразу закурил. Он перекинулся парой слов с дымившими на крыльце коллегами, потом спустился ко мне и спросил вполголоса:
– И сколько Мальцев готов заплатить?
– Да уж немало, наверное. Он с чего-то решил, что дело под сукно положат.
– Правильно решил. Ну – почти. Труп и общественная опасность деяния всё несколько осложняют.