"Фантастика 2-23-120". Компиляцмя. Книги 1-20 (СИ)
— Ладно, — вздохнул я тогда, — с кем вы занозиться успели после возвращения Йосика из Казахстана?
— С вами только…
— Ты охренел?! — разозлился я. — Ты чего мне лепишь?! Скажи ещё Йосик у Графа точку на «Диете» не отжал?
Стёпа поёжился.
— Так это когда было! Нас с неё уже выставили.
— Кто?
— Братва Кислого. На следующий день после второй стрелки с вами.
Мало-помалу я вытянул из пацана детали случившегося и решил, что Кислому при таком раскладе убивать Немцова не было никакого смысла. Тогда спросил о ссоре с Тупиным, но и тут зацепок не появилось: когда Йосик потребовал прийти на стрелку и подтвердить перевод долга, Миша попросту послал его на три советских буквы. И всё — дальнейшего развития конфликт не получил.
— Да! — встрепенулся вдруг Стёпа. — Мы ещё Валета под крышу завести собирались! Йосик его прямо жёстко прессанул!
— Валет — это который притон в пятиэтажке на берегу содержит?
— Он.
Стёпа в красках рассказал о деталях наезда на содержателя притона, и вот уже эта информация показалась мне достойной внимания. Тут хоть маломальский мотив вырисовывался.
— Ладно! — Я поднялся со ступенек и спрятал револьвер в карман. — Теперь, что касается твоего общения с мусорами…
— Серый, это не я!
— Да ты, ты, — криво усмехнулся я, уверенный в этом на все сто процентов по той простой причине, что второй из подельников Йосика ныкался от призыва и так просто Ибрагимову его было не найти. — Врать не буду, если меня закроют, тебя под лёд на корм рыбам никто не спустит. Но обещаю: я тебя за собой потяну, хотя бы даже за вымогательство. И сядешь ты не как правильный пацан, а как стукач.
— Да я…
— Рот закрой! — перебил я пацана. — Делай что хочешь, но чтобы о наших разборках в показаниях ни слова не было. Я тебя предупредил.
Задерживаться в подъезде не стал, дошёл до остановки, поехал домой. Пока трясся в троллейбусе, в голове сложился план действий. Самому в притоне Валета ловить было нечего, а вот наш бывший одноклассник Стас Рыжов туда захаживал регулярно. С ним и решил перво-наперво пообщаться на эту тему, если он ещё не успел от передоза загнуться. И наметил с Поляком поговорить. А ну как всё же не так гладко Йосик с Тупиным краями разошлись, как это представляется со стороны?
Но для начала я отправился прямиком домой, намереваясь по-быстрому заморить червяка и взять денег. Подумал даже, не заглянуть ли к Зинке, но в итоге отложил разговор с ней на вечер, сразу поднялся к себе. А там за кухонным столом в компании початой бутылки водки и сковороды жареной картошки расположились дядя Петя и Борис Ефимович.
— Вы чего квасите? — удивился я.
— Сочельник! — буркнул дядька.
— До первой звезды нельзя! — машинально процитировал я рекламный ролик, но никто даже не улыбнулся.
— Всем нам звезда скоро настанет, — мрачно выдал Борис Ефимович.
— Чего это?
— Зенцову похитили.
— Какую ещё Зенцову? — не понял я.
— Жену пана директора, — пояснил дядя Петя.
Я шумно сглотнул.
— Её же охраняли!
— Да разве это охрана? Я сразу говорил: надо двух человек на дежурство ставить, но нет же — вам сэкономить приспичило! Вот и сэкономили!
— Да не бухти ты! Расскажи толком, что случилось!
— Володю в подъезде молотком вырубили. В реанимации с закрытой черепно-мозговой травмой. В себя пришёл уже, но ничего не помнит.
— Охренеть! В милицию о похищении заявили?
Борис Ефимович разлил по рюмкам водку и покачал головой.
— Никакой милиции. Юрию Тимуровичу на этот счёт уже позвонили. До воскресенья потребовали деньги собрать. Дальше жену по частям возвращать начнут.
Я плюхнулся на табурет и откинулся спиной на стену.
Денёк выдался — закачаешься!
25|12|1992 день
Утром вышел пораньше, спустился на этаж и уселся там на ступеньках. Вчера переговорить с Зинкой так и не вышло — когда позвонил, она, по словам мамы, уже легла спать, — вот и решил перехватить перед выходом в школу. Проводить туда, встретить после уроков. В промежутке планировал ненадолго смотаться в институт, а по возвращении выкроить время на общение со Стасом и Поляком.
Настроение было откровенно поганым. С похищением жены директора наши шансы удержать под контролем хозблок упали ниже плинтуса, сам под статьёй хожу и со вчерашним нападением на Зинку тоже ясности никакой. Просто тотальное невезение!
Щёлкнул дверной замок, и я поднялся на ноги, но вместо девчонки в подъезд вышел Борис Ефимович.
— Серёжа, а ты чего тут? — удивился он.
— Зину в школу провожу.
— А-а-а! — понимающе протянул сосед. — Отбой! Загрипповала она. Нина с Яшей тоже все в соплях, ещё и Софья с температурой. Будут врача вызывать.
У меня как-то даже от сердца сразу отлегло. Хоть несколько дней Зинка дома посидит, уже проще. Утопил кнопку вызова лифта и спросил:
— Новости есть?
Борис Ефимович покачал головой.
— Пока не в курсе. Сейчас к Юрию Тимуровичу зайду и уточню, а оттуда ваши нас сразу на работу закинут.
Времени в запасе оставалось изрядно, вот и прошёлся с Зинкиным папенькой, но ситуация за ночь никаких изменений не претерпела: похитители на связь не выходили, а враз постаревший на добрый десяток лет директор НИИ так и не надумал привлечь к делу милицию.
— Я найду деньги. Я заплачу! — отмахнулся он от советов завхоза.
Мозолить глаза Юрию Тимуровичу я не стал, быстро с ним попрощался, дошёл до остановки и покатил в институт. Там кое-как выклянчил два зачёта, сдал реферат и получил допуск к экзамену. Мог ещё кое-какие долги закрыть, но сердце было не на месте и, выполнив необходимый минимум, рванул заниматься куда более актуальными на текущий момент делами, даже не пообедав.
Только выбрался из троллейбуса и двинулся от остановки, как заметил топавшего к «Ручейку» Зинчука.
— Евген! Вы на авторынок не поехали, что ли? Или уже вернулись?
— Какой! — скривился рыжий. — Сева вчера с тёлкой разосрался и забухал.
— Из-за брата её поругались, поди?
— Да я не в курсах, — признался Зинчук. — Енот, слышь, а чё с деньгами? На сколько вы Севу раскрутили по договору?
— На десятку в месяц. Напомни дяде о пятёрке, он в курсе.
— Ага, скажу.
Зинчук потопал дальше, а я заглянул к Юре Поликарпову, но дома того не застал и двинулся к Стасу Рыжову. Этот на звонок открыл. Из квартиры пахнуло чем-то кислым, только не квашеной капустой, а какой-то химической гадостью, и я позвал бывшего одноклассника в подъезд.
— Стас, на два слова…
Рыжов вышел, весь какой-то желтовато-болезненный и ссохшийся, поёжился, обхватил себя руками, почесался.
— Чего тебе?
— С Валетом общаешься ещё?
Стас пожал худыми плечами.
— Бывает.
— Говорят, на него Йосик Немцов недавно наехал?
Тут бывший одноклассник будто проснулся и впервые глянул на меня с интересом.
— Было дело.
— И что Валет?
— Енот, прямо скажи, тебе чего надо, а?
— То и надо. Что там у Валета с Немцем было?
Стас Рыжов прикрыл глаза, потом вдруг сказал:
— Купи «Эстонию».
Я чуть в осадок не выпал.
— Какую ещё, на хрен, «Эстонию»?!
— Проигрыватель пластинок. Хай фай!
— Куда он мне впился? Что я на нём слушать буду?
— Пластинки тоже есть. Купи, а? А я тебе весь расклад сдам.
Приобретать ненужное барахло нисколько не хотелось, и я выудил из кармана пятисотку. Увы, не сработало.
— Пять косарей, Енот. Отличный аппарат всего за пять штук!
Деньги с собой были, пришлось доставать стопку сложенных надвое купюр. Стас протянул руку, но я его отшил:
— Не так быстро!
Бывший одноклассник понял меня превратно и метнулся в квартиру, вернулся с проигрывателем под мышкой и пластиковым пакетом с пластинками в другой.
— Вот!
«Эстония 010» выглядела куда солидней «России-323», которую на днях запускал Борис Ефимович: вместо пластиковой крышки-короба сверху её прикрывало плоское стекло, а на передней панели выделялись хромированные кнопки. Импортный аппарат, да и только! Но — на фиг не нужен.