"Фантастика 2-23-120". Компиляцмя. Книги 1-20 (СИ)

Я открыла глаза. Дневной свет беспрепятственно проникал во входное отверстие пещеры, красиво подсвечивая кристаллы, облицовывающие свод. Несколько минут я просто лежала, наслаждаясь тишиной и спокойствием, бездумно скользя взглядом по хрустальной мозаике. На душе было светло и отрадно, а на сердце – легко, потому что теперь я точно знала, чего хочу от жизни. Мало спасти Лаганахар от гибели, я хочу возродить его былое величие и научить его обитателей снова жить по законам доброты. Я обязательно сделаю их счастливыми. Всех. Не какой-то отдельно взятый народ, а всех без исключения: людей, драконов, эльфов, лайил, ниуэ. Всех! Что же касается моего личного счастья, то… Я многозначительно хмыкнула. Мне не привыкать к несчастьям, я их уже досыта нахлебалась! Следует признать мои несчастья уже давно вошли в привычку, слившись в сплошную полосу. Говорят, будто черная полоса – расплата за прежние счастливые дни… Да забери меня Тьма, где же я столько счастья успела отхватить?!..
Странно… Я прищурилась, пытливо всматриваясь в хрустальную мозаику на потолке пещеры. И как я раньше не заметила, что кристаллы выложены в определенном порядке, образующем буквы и строки?.. Впрочем, ничего удивительного: в вечернее время свет проникает в пещеру совсем под другим углом, создавая иную оптическую иллюзию. Запинаясь и сбиваясь, я прочитала вслух:
 
 
Кто проявил достаточное рвение
 
И в доброте поклялся на крови,
 
Получит Флейту Вечного Забвения
 
Здесь, на границе Огненной земли.
 
 
 
Не остановится пред мертвою водою,
 
Что холодна, безжизненна, красна,
 
Поборется с коварною судьбою,
 
Неназываемых пробудит ото сна…
 
 
Вот это да! Меня даже подбросило. Я вскочила на ноги и лихорадочно зашарила по прикрепленным к стене полкам. Ничегошеньки непонятно, но очень интересно! Что это за Флейта Вечного Забвения и какое отношение она имеет к пробуждению Неназываемых? Где искать мертвую воду и как далеко отсюда пролегает граница Огненной земли?..
Пальцы внезапно наткнулись на нечто небольшое, тонкое, продолговатое, и по моему телу прокатилась волна неконтролируемой дрожи… Я осторожно сняла с полки найденный мною предмет. Им оказался прямоугольный футляр, сделанный из отлично отполированного красного дерева. Я раскрыла коробочку… На подкладке из шелка покоилась самая обыкновенная тростниковая флейта, старая, немного потрескавшаяся, с отколотым краем. Опасаясь уронить и сломать бесценный артефакт, я вынула его из футляра и поднесла к губам… Нет, не стоит попусту испытывать судьбу! Я благоговейно убрала флейту обратно и опустила коробочку в карман камзола. Если мне и доведется на ней сыграть, то это произойдет не здесь и не сейчас. Это произойдет в Серой долине!
Я аккуратно свернула одеяло и неторопливо покинула пещеру. Немного постояла, позволяя глазам привыкнуть к яркому наружному свету… и изумленно ахнула. Прижавшись спиной к каменной поверхности скалы, я медленно сползла вниз и уселась на корточки, до глубины души потрясенная увиденным.
Передо мной предстала поистине идиллическая картина. На площадке перед скалой возвышались три шалаша из еловых веток, в котелке над костром лениво булькало ароматное варево, а на растянутых между деревьями веревках сушилась свежевыстиранная одежда. Я потерла веки, не желая верить собственным глазам. Они что, отгрохали этот лагерь за одну ночь?.. Или тут не обошлось без магии Лаллэдрина?
На площадку чинно ступила Ребекка, с важным видом неся свою охотничью добычу – пару упитанных зайцев. Ее сопровождал Беонир: он тащил что-то тяжелое, завернутое в мешковину. Я изумленно уставилась на значительно отросшие волосы ниуэ, кокетливо перетянутые кожаным ремешком. Оба они вели себя так непосредственно, будто находились в родном доме, давно и основательно обжитом. Из крайнего шалаша высунулась рука чародея, уверенно ухватилась за опущенную в котелок поварешку и отработанным жестом помешала булькающую над огнем похлебку…
 
Я сдавленно охнула, почти рассерженная непринужденным поведением своих друзей. Я там, понимаешь ли, беседовала с богом и призраками, получила сильнейшую эмоциональную встряску, нашла древний артефакт… А они тут расслабляются и отдыхают по полной программе! Я совсем уже собиралась обидеться, как вдруг стоящий в зените Сол закрыла какая-то тень, весьма маневренная и громоздкая. Я нехотя задрала голову, разглядела зависший надо мной объект и, окончательно добитая этим зрелищем, не сумев вымолвить ни слова или даже охнуть, банально хлопнулась в обморок.
  
Глава 3
 
– Только после того как Йона отправилась в пещеру Неназываемых, я осознала, как сильно успела привязаться к этой загадочной девчушке, едва вышедшей из отроческого возраста! – Патетичный голос Ребекки буквально ввинтился в мои уши, принеся с собой ужасную мигрень. Я недовольно поморщилась, пытаясь сообразить, что же такое со мной приключилось и где я сейчас нахожусь. А воительница не умолкала: – Каким-то непостижимым образом она сумела изменить мою душу и помыслы. И не могу утверждать, чтобы эти изменения были мне неприятны!
– Ребекка, помолчи, пожалуйста, ты меня отвлекаешь! – не слишком корректно попросил Лаллэдрин, производящий руками какие-то размашистые пассы, пытаясь, очевидно, привести меня в сознание.
– Нечего мне рот затыкать, я тоже хочу помочь Йоне! – возбужденно запротестовала лайил, бесцеремонно оттертая в сторону широкими плечами мага. – Я тоже умею быть полезной!
– Не сомневаюсь, – холодно парировал эльфийский чародей. – Но все же настоятельно советую тебе отложить демонстрацию своих способностей на потом.
Ребекка обиженно насупилась, ибо терпеть не могла ситуаций, когда ее вынуждали отодвигаться на задний план. К несчастью или скорее к всеобщему счастью, подобные случаи выпадали редко. Впрочем, сама воительница не согласилась бы с подобным утверждением, рискни его озвучить кто-нибудь храбрый, мало дорожащий своим здоровьем.
– Ты никогда не отличалась скромностью, дорогая! – беззлобно усмехнулся Беонир, ласково обнимая подругу и удерживая ее от скоропалительных действий.
– Лучшее украшение любой девушки – это отнюдь не скромность, а маленькое прозрачное платьице! – нравоучительно рассмеялась Эвридика. – Эх вы, дилетанты!
– Нашла время для демагогии! – взбешенно завопила лайил, выведенная из себя ее изощренными оскорблениями. – Или ты не видишь, что Йона умирает?!
– Сейчас я ей помогу! – ехидно хихикнула эльфийка.
До моего слуха донеслись протестующие крики друзей, а в следующий же миг на мое лицо обрушился целый шквал холодной воды, выплеснутой со злорадным размахом…
Я ойкнула, громко выругалась и закашлялась… Вода попала в нос, и мне поневоле пришлось перевести свое тело в сидячее положение, дабы избавиться от досадной помехи, мешающей дышать. Я сердито протерла залитые водой глаза и одарила хмурым взглядом своих незадачливых помощников.
Напротив меня виновато переминались с ноги на ногу Лаллэдрин, Ребекка и Беонир, радостно растягивающие губы в угодливых улыбках, а буквально надо мной стояла победоносно подбоченившаяся принцесса, возле ног которой лежал пустой кувшин. Нетрудно догадаться, что именно его содержимое и оказало на меня столь результативное лечебное действие, давшее фору всем магическим ухищрениям чародея.
– Спасибо! – неохотно процедила я, адресуя сомнительную благодарность всем сразу. – Я и не сомневалась в том, что вы меня любите. Все. И особенно моя драгоценная сестрица! – Последовал многозначительный взгляд в сторону Эвридики.
– Пожалуйста, кушай с булочкой, не обляпайся! – не осталась в долгу та. – Да будет вам известно, гадости нужно творить только из любви к чистому искусству, как это делаю я. А не из простого садизма, как это делаете вы! – Она грациозно поклонилась оторопевшим от подобной дерзости влюбленным и величественно удалилась в один из шалашей.