"Фантастика 2-23-120". Компиляцмя. Книги 1-20 (СИ)
Я разочарованно моргнула, а когда открыла глаза, то обнаружила, что нахожусь в «Приюте странников», в той самой крохотной спаленке, где меня не так давно заперли две поддельные охотницы. Только на сей раз я оказалась здесь не одна: у окна, спиной ко мне, стояла Лаэгра, никак не замаскировавшая свой истинный омерзительный облик. Я негодующе вскрикнула и попыталась схватиться за рукоять Льда, но меч опять отсутствовал. Я сердито скрипнула зубами, досадуя на собственную беззащитность.
Гхалия помедлила еще мгновение и только потом повернулась ко мне лицом.
– Бог Шарро многое скрыл от тебя, девочка! – сочувственно сообщила она.
– Что именно? Почему? – оторопела я, ожидающая от ненавистной врагини чего угодно, только не таких невинных слов и благосклонной, располагающей к доверительной беседе интонации.
– По многим причинам. Чтобы не расстраивать. Чтобы не пугать. И… – тварь выдержала эффектную паузу, – чтобы не лишать тебя надежды.
– Какой надежды? – совсем запуталась я.
– Надежды на понимание. Надежды на будущее. Ты ведь никому не нужна ни в Блентайре, ни в Эррендире, ни в Дархэме. Тебя там не ждут и не ценят. Ты не нужна и гильдии Чародеев. Ты отверженная, безродная полукровка, не сумевшая найти себе дом. Иди к богине Банрах, Йона, ибо там твой единственный приют и прибежище! Не возвращайся в Блентайр, девочка, не ищи себе новых несчастий.
На краткий миг этой хитрой твари все-таки удалось смутить мое душевное спокойствие. Я подумала: «А ведь Лаэгра права!» Но вдруг в моей памяти всплыло предупреждение Сильваны: «Сумей не спутать истину и обман», – и моя решимость идти до конца только окрепла. Это мое испытание, и я пройду его полностью.
– Спасибо за заботу, Лаэгра, – поблагодарила я. – Я учту твое предостережение.
– Так ты не пойдешь туда? – пытливо настаивала гхалия.
– Я должна попытаться. – Как ни странно, мне очень сильно захотелось улыбнуться, и я сделала это. – Это мой единственный шанс завершить давно начатые события и найти ответы на все вопросы. А посему я непременно вернусь в Блентайр и встречусь с верховной чародейкой.
– Она тебя убьет, – безразличным тоном предупредила Лаэгра.
– За что? – Мне не хотелось верить гхалии, хотя в глубине души я понимала, что сейчас она меня не обманывает.
– Дабы выжить самой, – предельно откровенно пояснила кровопийца. – В мире не существует повода весомее.
– Зато я буду знать, что хотя бы попыталась вдохнуть благоразумие в ее очерствевшее сердце. Но я почему-то не верю в безнадежность сьерры Клариссы. Я еще надеюсь на победу доброты и света! И я еще поборюсь за их победу.
– Хорошо сказано, чародейка! – провозгласила Лаэгра голосом Сильваны, взмахнула рукой, и меня накрыла темнота…
Поняв, что тьма не собирается рассеиваться, я попыталась разглядеть, что находится вокруг… И впервые за все время испытания по-настоящему затрепетала от страха, поняв, что нахожусь нигде, ибо зависла в пустоте. Я невесомо парила в черном ночном небе, а позади и впереди меня переливались и светились крохотные огоньки звезд, совершенно безучастные к моей судьбе. Отныне я принадлежала вечности. Той, которой так страшилась…
– Звезда среди звезд! – Чей-то мелодичный голос вывел меня из задумчиво-созерцательного состояния. – Я не сомневался, что наша новая встреча произойдет именно в такой обстановке.
Конечно, я сразу же узнала неповторимый тембр и, стремительно обернувшись, увидела сьерра Никто. А вернее, бога Шарро, секрет которого я раскрыла уже давно. Мой пресветлый покровитель сидел на скамье, парящей в пустоте. Он радушно похлопал по деревянной доске, приглашая меня занять место возле него. Недолго думая я подчинилась. Его капюшон был откинут на плечи, а поэтому я хорошо видела белое пятно, заменяющее богу контуры лица. Я немного пофантазировала, представляя себе суровые и немного усталые мужские черты, приличествующие такому всесильному существу, не обделяющему меня своей милостью…
– Не такой уж я и всесильный! – иронично усмехнулся Шарро, угадав мои мысли. – И не так уж много я тебе помог.
– А почему у вас нет лица? – несколько невежливо поинтересовалась я, задав богу давно мучающий меня вопрос.
– В мире, где обман выдается за правду, а белое подменено черным, доброта обезличивается, – с сожалением ответил Шарро. – Когда людей перестает интересовать доброта, она отступает в тень и погружается в сон.
– Но разве ее не следует пробудить и вернуть в наш мир? – пылко вскричала я, и мой голос сорвался от волнения. – Разве мир не достоин лучшего?
– Ты так и осталась неисправимой идеалисткой! – восхитился пресветлый бог, отечески поглаживая меня по плечу. – Я горжусь тобой, моя дорогая девочка. Ты сумела доказать, что в нашем беспощадном мире еще не перевелись романтики и альтруисты, способные бескорыстно творить добро. И более того, я понял, что мир держится именно на таких людях. А значит, пока жив хотя бы один романтик, добро всегда имеет шанс победить зло! И если добро вернется в Лаганахар, я снова обрету свое утраченное лицо.
– А любовь? – с трепетом спросила я. – Как быть с ней?
– О!.. Настоящая любовь тоже начинается там, где за нее ничего не ждут взамен.
– А жизнь? – еще более взволнованно продолжила я.
– Жизнь? – Шарро немного отодвинулся и, казалось, заглянул мне в самую душу своими несуществующими глазами. – Так ли ты ею дорожишь, девочка?
– Не знаю, – неуверенно пожала я плечами. – Наверное, не очень, ибо жизнь – это не те дни, что прошли, а те – которые запомнились!
Бог молчал, но, клянусь, я узрела одобрительную улыбку, раздвинувшую его невидимые губы.
– Ты готова отдать жизнь ради торжества добра и любви? – Он задал тот вопрос, который я и ожидала.
Не тратя слов попусту, я красноречиво кивнула – коротко, но уверенно.
– Возможно, тебе еще предстоит это сделать, – будничным тоном сообщил Шарро. – Готовься!
Мы немного посидели молча, ведь все вопросы были уже озвучены. Ну почти все…
– А почему мне явилась именно Сильвана? – спохватилась я.
– Ты упокоила ее останки и нашла слезы Эврелики, – начал перечислять Шарро, загибая пальцы для наглядности. – Вот она и захотела помочь тебе, одновременно с этим искупая свою вину перед Неназываемыми. Потом, вы с ней как-никак родня. И последнее – она тоже была влюблена.
– Ясно, – задумчиво протянула я. – Ну и к чему это все? У меня ведь чуть разрыв сердца не случился!
– Понравилось? – тихонько и проказливо рассмеялся он. – Ты прошла испытание гордыней, милосердием, справедливостью, дружбой и любовью, выдержав их с честью. Но это еще не все.
– А что приготовили для меня вы? – насторожилась я.
– Я не стану тебя испытывать, девочка, – отрицательно помотал головой Шарро. – Дальнейшие твои проверки проведет сама судьба. И она решит, какой награды или кары ты достойна. Мне лишь выпала честь сказать тебе несколько прощальных слов. За эту ночь ты рассказала нашему миру много интересного о самой себе. Ты раскрыла все свои убеждения, свои принципы. Важно, чтобы ты и наяву не отказывалась от своих идеалов во имя, казалось бы, благородных целей. Это самообман. Цель никогда не оправдывает средства, запомни.
– Никогда? – немного некстати повторила я.
– Никогда! – назидательно подтвердил он. – Впрочем, ты скоро сама в этом убедишься. Ты слишком доверчива и поэтому часто становишься заложницей своих благих намерений. Но это не твоя вина, это твое достоинство – умение доверять людям. Запомнила? Твоя доброта – вот твоя сила, Йона. Впрочем, разве не об этом ты говорила своему дяде, Адсхорну Полуденному? Вот и я в свою очередь извещаю тебя: ты прошла это испытание и получила взамен то, что нельзя измерить или потрогать руками. Ты получила саму себя, теперь этот сон сможет защитить тебя от бед, когда искушение окажется слишком близко… Прощай!
С этими словами он резко выкинул руку вперед, словно намечая мой будущий маршрут, я дернулась в сторону, чтобы уклониться от нее… и проснулась.