"Фантастика 2-23-120". Компиляцмя. Книги 1-20 (СИ)

– Все предельно ясно! – восторженно вопил дракон, чуть не кувыркаясь в воздухе от охватившего его ликования. – Я докажу свою особенность, я обрету свое высшее предназначение! Я спасу мир от Ветра Инферно и стану героем!
– Много ли дураку для счастья надо, – колко хмыкнула я. – Вот разъякался-то. Забываешь ты, летун, хорошую фразу: на своих ошибках – учатся, на чужих – делают карьеру.
– А я еще и не ошибался! – со смехом парировал молодой нахал.
– Ага! – Я многозначительно ткнула пальцем себе за спину. – А на телеге что лежит?
Трей мгновенно прихлопнул пасть и затих.
Принц одобрительно хмыкнул, поглядывая на меня не то чтобы странно, а откровенно пожирая глазами.
– Только не чавкай! – насмешливо посоветовала я. – Ты меня скоро до дыр проглядишь.
– Раньше я считал, что дельные мысли и женщины никогда не приходят одновременно, – чистосердечно признался принц. – Но ты меня удивляешь, Рогнеда!
– Не все бабы дуры! – возмущенно отбрила я.
Сзади донеслось одобрительное гыканье Кайры, хоть и напускавшей на себя вид пофигистки, но, тем не менее, чутко не пропускавшей ни единого слова.
– Ага! – решил подлизаться дракон, но я показала ему кулак.
– Давайте совместим имеющуюся у нас информацию, – предложил эльф. – Итак: нам напророчили что ты – избранная дева, призванная спасти эльфов от какой-то надвигающейся беды. Причем не всех, а лишь тот клан, предводитель которого станет твоим мужем…
– Мне уже известны подробности вашего знаменитого пророчества, Денириэль просветил, – перебила я. – Вот только не знаю, достаточно ли для этого нашего фиктивного брака?
– Достаточно! – быстро уверил меня Тай и поспешно отвернулся. (Ему не хотелось говорить княжне об одной наиважнейшей детали – пророк Логрин упоминал какого-то урода, должного стать объектом ее нежнейшей сердечной привязанности. А поскольку этим самым уродом принц мнил самого себя, то счел благоразумным скрыть от Рогнеды сей щекотливый факт.) «Пусть это станет ложью во спасение», – кривясь от отвращения к собственному лицемерию, решил Тай.
Я изобразила насмешливую недоверчивость.
Дракон бурно заржал, но заткнулся повторно, увидев второй кулак, на этот раз эльфийский.
– Смотрящая говорила не об одном эльфийском клане, а о судьбе всего мира! – напомнила я. – При этом она утверждала, что на нашей стороне окажутся: Дружба, Боги и Случай, а против нас выступят – Чернокнижник, Невезение и Ветер Инферно!
– Опять ты упомянула Чернокнижника, – скрипнул зубами принц. – Я бы многое отдал, чтобы узнать о нем более подробно!
– В помощь Случая я уже верю, – пафосно донеслось сверху. – Он свел нас вместе.
– Допустим, – покладисто согласилась я. – И я прихожу к выводу, что зло, угрожающее миру, плотно связано с Чернокнижником и Ветром Инферно. И с эльфами, конечно…
Принц задумчиво погладил футляр с гитарой:
– Жизнь – это то, что происходит с нами, пока мы строим совсем другие планы!
Я улыбнулась:
– Точно сказано, лучше и не придумаешь!
– Вопрос в том, готовы ли мы выполнить предсказание Расклада Судьбы? – медленно произнес Тай, словно хотел дать нам возможность все обмозговать и не принимать скоропалительные решения.
– Готова! – почти сразу же ответила я. – Видят боги, этот мир слишком прекрасен для того, чтобы я позволила ему умереть!
– Готов! – откликнулся Михась. – Мы, может, и темные, академиев не кончали, но защищать добро не щадя живота своего завсегда готовы!
– Готов! – рокотнул дракон. – Такие приключения по мне!
– Готова! – крикнула Кайра. – Знаю я тебя, братец! Да ты без моей помощи на первом же повороте шею сломаешь…
– Готова! – вдруг негромко простонала Лиззи. – Магов для этого и готовят – в нужный момент выступить на стороне Света…
Затаив дыхание, мы ждали ответа Тая. Юноша помолчал, а потом извлек гитару из футляра, тронул тонкие струны и запел звенящим от напряжения голосом:
 
 
Колода карт у нас в руках,
 
Судьба – поведай, не юли,
 
Кому остаться в дураках,
 
Кому же – выйти в короли.
 
 
 
Тут ставки слишком велики,
 
Здесь на кону судьба и честь,
 
Жизнь не играет в поддавки,
 
Рок не прощает страх и лесть.
 
 
 
Возможно – ты других сильней,
 
Смотри, вон туз шестеркой бит,
 
Любовь подбросит козырей,
 
За игроками Смерть следит.
 
 
 
Неясны правила игры…
 
Кому-то случай дарит клад,
 
А для других – в рядок гробы
 
Расставит призрачный расклад.
 
 
 
Решайся, выход свой озвучь,
 
Не отступайся от борьбы,
 
Ты был когда-то невезуч,
 
Но избран в Воины Судьбы…
 
 
И после этого мы уже не возвращались к вопросу будущего, а говорили о всяких малозначительных повседневных вещах – погоде, природе и прочей чуши. Потому что все главное было сказано, а нужное решение принято единогласно. Отныне мы добровольно становились Воинами Судьбы…
   
Глава 7
 
Месть, безусловно, является тем экзотическим кушаньем, которое принято подавать холодным. Под соусом из козней, яда и желчи. Месть Гедрона лла-Аррастига остыла настолько, что давно уже подернулась толстой коркой льда, сформировавшегося из его воистину нечеловеческого терпения. Но сегодня хваленая выдержка этого закаленного испытаниями и невзгодами чернокнижника сдала прежние позиции, приближаясь к прогнозированному и закономерному финалу. Приступ неконтролируемого бешенства, сопровождающегося битьем посуды и истерическими воплями вперемешку с ужасающими проклятиями, постепенно иссяк. Эльф успокоился, привел в относительный порядок свой истерзанный наряд и прибрался в захламленной алхимической лаборатории, заваленной хрупкими останками расколотых колб и реторт. Он даже собственноручно подмел пол, после чего взгрустнул и, свернувшись в клубок, забился в глубины роскошного мягкого кресла, стоящего под утопленным в эркере витражом.
По небу плыли неторопливые облачка, придавая мыслям Гедрона столь же размеренный и плавный характер. Ищущим ответа взором он обвел бескрайнюю небесную ширь, открывающуюся его глазам. Вокруг него царили тишина и холодная, величественная синь. Эта комната для отдыха располагалась не в недрах темного подвала, а на вершине узкой сторожевой башни, в которой даже окна имели форму вытянутых и глубоких бойниц. Башни настолько высокой и уединенной, что ее спокойствие нарушали лишь редкие птицы, осмеливающиеся искать убежища под столь негостеприимным кровом. Из этой комнаты веяло неизбывным злом и изначальной магией, столь же безразличной ко всему сущему, как и простирающееся над башней небо. Место – весьма подходящее для проведения самых страшных и безбожных жертвоприношений. Место – весьма подходящее для свершения мести.
Те мысли, что неизбежно обескураживают любое слабое духом создание, вдохновляют более сильное. Сильная личность всегда понимает преимущество риска и готова рисковать. Смелые замыслы требуют не менее отважных поступков, пусть даже эти деяния направлены во зло… Поэтому чернокнижник перестал сомневаться, расставил на столе хрустальные сосуды, до краев наполненные свежей человеческой кровью, и провел обряд вызова демона-покровителя.
Гранд-мастер величественно вышагнул из сгустков синеватого тумана, клубящегося в самом темном углу комнаты, безразлично зевнул и лениво плюхнулся в загодя приготовленное для него кресло. Он задумчиво облокотился на парчовую спинку и сосредоточил скучающий взор на бледном лице чернокнижника.