"Фантастика 2-23-120". Компиляцмя. Книги 1-20 (СИ)

— Покормить тебя?
— Конечно! Когда это я от обеда отказывался!
Увы, обедом и чаем с шоколадными батончиками всё и ограничилось, даже не поговорили толком. Всё испортила младшая сестрица Зинки, умудрившаяся невесть как простыть в эдакую теплынь. В школу из-за красного горла она не пошла, но и постельный режим не соблюдала, носилась по всей квартире, будто нарочно заявляясь в самые неподходящие моменты. Ну а ко мне Зинка подниматься не стала.
— Буду это чудовище малолетнее лечить, — разочарованно пояснила она. — А то опять маме нажалуется, что бросила её одну бедную-несчастную.
Да меня и самого уже начинало поджимать время, только переоделся и сразу пошёл в гаражи, где и застал Андрея Фролова за вдумчивым изучением внешнего вида «буханки».
— Как думаешь, эта вмятина на двадцать штук потянет? — спросил он, указав на покорёженное крыло.
— На сколько договорились, на столько и потянуло, — пожал я плечами. — Мне просто ситуация сама по себе не нравится.
Андрей вздохнул и провёл ладонью по короткому ёжику светлых волос.
— Серёг, ты же понимаешь, что не прийти мы не можем?
— Не можем, — согласился я и развивать эту тему не стал, спросил: — Где все?
— Внутри, — кивнул Фролов на бокс.
— Не пьют хоть?
— Не, диваны сколачивают, а Воробей байки травит. Массовик-затейник, блин!
Я оставил приятеля во дворе, сам заглянул в гараж, где помимо пацанов, принимавших участие в утреннем спасении челнока, обнаружились Лёня Гуревич и Тихон Морозов. Только никто сборкой мебели уже не занимался, все сидели на паре сколоченных диванов и слушали разглагольствования Воробья. В своих высоких импортных кроссовках, фирменных джинсах и короткой замшевой куртке, пусть та и висела как на пугале, он смотрелся на фоне наших спортивных костюмов натуральным иностранцем. Лёня Гуревич и тот свой лоск как-то подрастерял.
Что порадовало — пусть пацаны и забили на работу, пива никто не пил, Толстый так и вовсе попутно делал какие-то пометки в журнале учёта: не иначе вёл бухгалтерию. К нему я и подошёл.
— Тиша, что с деньгами?
— Какими деньгами? — не понял Толстый.
— Моими деньгами. За август!
— А-а-а! — понимающе протянул Тихон, наполнил стеклянную баночку газировкой, без спешки осушил её и невпопад сообщил: — Я вчера деньги выдавал.
— Ну и? Меня вчера не было.
— А сегодня денег нет. Завтра принесу.
— Блин, Тиша! Я завтра на картошку уезжаю!
Пацаны заржали, будто сказал что-то смешное, а Тихон пожал пухлыми плечами.
— Значит, как приедешь, выдам. Сразу с авансом.
Я плюнул и налил себе газировки, сделал глоток и отставил баночку в сторону.
Сладкая гадость!
— А «на картошку» — это подработка такая? — спросил Воробей.
— Отработка, — хмуро проворчал я в ответ.
— Эх, провинция! — покачал головой наш столичный друг. — Вот Москва — это тема! Там такая движуха, такие сумасшедшие бабки крутятся! Здесь такого и близко нет! Со всей страны деньги туда собираются!
— А как же Ленинград? — поинтересовался Лёня Гуревич, в кои-то веки бросивший терзать джойстик игровой приставки.
— Не Ленинград, а Санкт-Петербург! — выставил вверх указательный палец Воробьёв. — А бедно там, что сказать могу. Нет, возможностей куда больше, чем в провинции, но с Москвой никакого сравнения. Видели бы вы, какие в столице вещевые рынки! Одна Лужа чего стоит!
— А ты в «Макдональдсе» был? — полюбопытствовал Тихон.
— Кто о чём, а Толстый о жратве! — рассмеялся Зинчук, а вот челнок кивнул.
— Был, ага.
— И как?
— Это всё понты, пацаны. В Москве есть куча куда более крутых заведений. Вы с нашей дырой не сравнивайте!
— В Москве, в Москве! И чего вернулся тогда из ненаглядной столицы нашей родины? — скривился в скептической улыбке Гуревич. — Ну если там рай земной?
Воробьёва неудобный вопрос в тупик не поставил.
— А там без связей ловить нечего. Всё поделено уже. Какие точки менты не крышуют, те бандиты держат. Тому плати, этому плати. Иначе кирдык! А ещё передел постоянно идёт, зазеваешься — и привет! Но что самое поганое — там чурок до фига и больше. Все чёрные в землячества собрались, других за людей не держат. И не понять, что промеж собой базарят. Гыр-гыр-гыр!
 
— Это да! — оживился Женя Зинчук. — В армии с чурками реально проблемы были. Как в стаю собьются — туши свет! И самые упоротые из Средней Азии, докажи, Енот!
Я кивнул, а Рома только рукой махнул.
— Воробей, хорош нам по ушам ездить! Я ж тебя встречал в Москве — ты от восторга пищал. Что изменилось за это время?
Дима Воробьёв немного помялся и признался:
— В карты серьёзно проигрался. С каталами случайно пересёкся, ну и там такой долг повис, что проще сразу повеситься.
— И ты сдёрнул?
— Сдёрнул, — подтвердил Воробей. — Пережду время, попробую здесь расторговаться. Где товар брать, знаю. Пусть чуть дороже будет, зато без проблем. Блин, вы не представляете, как автобусы из Германии и Польши рэкетиры трясут! Проще переплатить. Только надо сбыт наладить. Точки нужны.
— На рынок пойдёшь? — предположил Лёня Гуревич. — Так там своя мафия.
В этот момент со двора зашёл Андрей Фролов, он и предложил:
— У меня мебельный салон в «Ручейке», можем и твои шмотки пристроить. На аренде экономия выйдет.
— Обсудим! — поддержал эту идею Воробей. — Полежат пока баулы здесь? Ничего с ними не будет?
— В каморку закинем и пусть лежат, — сказал Фролов. — Ладно, пацаны, хорош вола пинать! Выдвигаться пора! Ехать недалеко, но лучше заранее на месте быть.
— А кто вам денег должен? — поинтересовался Зинчук.
— Перегонщик один, — просветил его Костя. — И он не просто денег должен, мы его крышевать собираемся.
— Да ладно?
— Ага, — кивнул безмерно довольный собой Чиж.
Пацаны присвистнули.
— И много денег выходить будет?
— Нормально.
— Двинули! — повысил голос Андрей Фролов.
И, удивительное дело, вместе с нами намылились Лёня и Тихон, от которых на разборках мог выйти один только сплошной вред.
Я придержал Гуревича и попросил:
— Вы нас здесь подождите. Мы потом пивом затаримся и приедем.
Но не тут-то было.
— Не-а! Мы с вами!
— Не нужно! — поддержал меня Фролов. — Лёня, вам там делать нечего.
Тихон Морозов был с этим утверждением всецело согласен и сразу двинулся обратно к телевизору с игровой приставкой.
— Серьёзно, Лёня. Давай пока в «танчики» зарежемся!
Да только Гуревича уже понесло — то ли острых ощущений захотелось, то ли решил какую-то выгоду для себя вымутить, но оставаться он не пожелал и упрямо выпятил нижнюю губу.
— Дюша, вы на машине собрались ехать? «Буханка» наша! Либо едем вместе, либо шуруйте пешком!
— Да хорош! — попытался усовестить его Андрей.
— Я всё сказал! Либо так, либо никак!
— Хрен с тобой, золотая рыбка!
Пришлось плюнуть и взять эту парочку с собой. Тихона Морозова, как самого толстого из всех, посадили на пассажирское место в кабину, но даже так не могу сказать, будто разместились в кузове с особым комфортом.
— Ты к «курятнику» сразу не подъезжай, — проинструктировал Андрей нашего бессменного водителя. — Остановись у садика. Пошлём сначала кого-нибудь на месте осмотреться.
— Понял, — откликнулся Рома, завёл двигатель и оглянулся. — У меня монтировка, вы что-нибудь брать будете?
Андрей отрицательно мотнул головой, но тут же передумал, зашёл в бокс и вернулся с двумя киянками. Плюс у меня топорик в сумке — нормально. Мы же не разборки устраивать едем, в самом-то деле.
— Мужики, вы серьёзно? — забеспокоился Тихон Морозов.
— Не ссы, Толстый! Просто поговорим, — отмахнулся от него Андрей, запер гараж и забрался к нам в кузов.
— Насчёт разведки, это ты правильно придумал, — поддержал я его идею и спросил: — Воробей, сходишь? Тебя в городе давно не было.
— Я могу, — вызвался Лёня.
— Да ты никого не знаешь! — усмехнулся Воробьёв. — Не проблема, схожу.