"Фантастика 2-23-120". Компиляцмя. Книги 1-20 (СИ)
Тем не менее, значения инциденту я не придал и даже не обернулся, но не тут-то было.
— Эй! Ты чё в шары долбишься?! — тут же послышался злой окрик.
Мы обернулись и уставились на мужичка лет тридцати в спортивном костюме. Был он невысоким, но жилистым и определённо — слегка поддатым.
— Ты, олень, ничего не попутал? — бросил в ответ я.
Мужичок вскинул руки и принял боксёрскую стойку, шагнул ко мне, но опрометчиво упустил из виду моего спутника. Я ещё и сумки на землю опустить не успел, как Андрей на шаге вперёд махнул ногой и впечатал кроссовок в голову поддатого дядьки. Тот вмиг скопытился, Фролов подступил и пробил пару раз кулаком, потом наклонился, а выпрямился уже с отливавшей золотом цепью, весьма и весьма солидной на вид.
— Дюша, ты чего, блин? — опешил я.
— Валим! — коротко ответил Фролов, подхватил свою сумку и поспешил прочь. — Валим, Серый!
Я мешкать не стал и рванул следом, а только мы свернули на тенистую улочку посёлка, и Фролов разочарованно выругался.
— Чего опять? — забеспокоился я.
— Думал, золото, а это фуфло, — пояснил Андрей и замахнулся выкинуть цепочку в траву, но делать этого в итоге не стал. — Евгену подарю. Не ну а чё? Выглядит солидно, так сразу и не скажешь, что голимый «жёлтый металл».
«Да он и сам не золотой, а ржавый», — хотел пошутить я насчёт цвета волос нашего рыжего друга, но промолчал. И пожалел об этом, когда открывший дверь Зинчук с недовольным видом протянул:
— Вас только за смертью посылать!
Я сунул ему одну из сумок, и Евген спросил:
— А разливного не было, что ли?
— Не было, — подтвердил Фролов. — Чего, думаешь, так долго ходили?
Зннчук кивнул и унёс пиво в комнату, мы разулись и прошли следом.
— Я вам говорю, просто две дырки делали и банку сгущёнки за раз выпивали! — доказывал Евген парням. — Серьёзно! Давайте на сотку забьёмся!
Но спорить никто не пожелал, пацаны стали откупоривать бутылки и разливать пиво по кружкам. Выпили, Фролов презентовал хозяину квартиры цепочку, поболтали о всякой ерунде, ну а потом я начал собираться.
— Ладно, пора мне! — сказал, поднимаясь из-за стола.
— Ты чего? — удивился Фролов.
— Так понедельник завтра. С утра на учёбу.
— Гонишь, что ли? — рассмеялся Зинчук.
— Серьёзно.
— Да ну! Хорош откалываться!
Я хоть и был уже подвыпившим, оставаться не пожелал.
— Меньше народу, больше кислороду! — пошутил Лёня Гуревич, когда я напоследок обменялся со всеми рукопожатиями и направился в коридор.
Но стоило только обуться, и появился Андрей с парой бутылок пива в руках. Он вышел следом в подъезд и протянул одну мне.
— На посошок!
Я подумал-подумал и решил не отказываться.
— Вот куда ты собрался? — спросил Фролов, когда мы уселись на ступеньки. — Пацаны к тёлкам в общагу сейчас поедут!
— Не, это точно без меня!
Андрей кивнул и поинтересовался:
— Ты свою-то шпилишь уже?
На бестактный вопрос я обижаться не стал, коротко ответил:
— Не-а.
— В натуре, что ли? — поразился Андрей. — А чего так?
— Не дозрела пока.
— Серый, не гони! — фыркнул Дюша. — Я же её в купальнике видел — всё там уже дозрело. Самый сок!
— Кроме мозгов.
— Ну так другую найди.
— А я другую не хочу, — с усмешкой признал я. — Ты вот на Аньку сразу запал, так?
Фролов неопределённо пожал плечами и пробормотал:
— Запал, да… — но пробормотал как-то не слишком уверено.
— Чего такое? — озадачился я.
— Да фигня, нормально всё!
Но я знал приятеля, как облупленного, поэтому на его показное безразличие не купился и покачал головой.
— Дюша, ты ж в любом случае мне на уши присядешь. Давай, колись, чего у вас там такое. Надоела?
— Да нет, не надоела.
Я приложился к горлышку, хлебнул пива и зашёл с другой стороны.
— С родаками, что ли, проблемы?
Когда Аня летом перебралась из общежития к Андрею, его родители жили на даче, откуда вернулись в самом конце августа. К этому времени Фролов планировать съехать на съёмное жильё, но не срослось.
— Нормально они ладят, она и с готовкой, и с уборкой помогает, — отмахнулся Дюша, потом вздохнул. — Там в другом дело. Ерунда, вроде, но… Короче, помнишь, я в пару месяцев назад к тебе на работу с пивом приезжал?
— Ну да, было дело.
— Ну так вот: я к Аньке тогда подкатил, мол, айда в койку, а по телику как раз церемония закрытия олимпиады шла. Ну она меня и обломала. «Совсем дурак», говорит, «тут историческое событие транслируют, а ты с какой-то фигнёй лезешь». Я психанул, к тебе поехал.
— Она тебе не даёт, что ли?
— Да нормально у нас всё! Единичный случай был. Просто я подумал…
Удержаться от улыбки не удалось.
— Да, блин! — с обидой выдал Андрей. — Подумал! Это ведь ненормально так из-за какой-то Олимпиады обламывать! Дальше всё по-прежнему пошло, только, как в том анекдоте, осадочек остался. Начал я наши отношения разбирать и понял, что она вообще инициативы не проявляет. Ну натурально — нажми на кнопку, получишь результат. Как её поставлю, так и пользую. Хоть спереди, хоть сзади — она в этом плане вообще безотказная, но я вот думаю: а ей это надо вообще или она просто ждёт, пока кончу, чтобы поскорее телик пойти смотреть?
Я покачал головой.
— Зажрался ты, Андрюша, что ещё можно сказать? Сексом пресытился, высоких отношений захотелось.
— Член работает, а искра пропала, — признал Фролов. — Мы же по началу так зажигали, что соседи снизу прибегали. А теперь ещё шнурки вечно в стакане, не пошумишь. Может, действительно, на съёмную квартиру перебраться, тогда всё нормализуется?
— Ты лучше в «СПИД-инфо» напиши, там точно подскажут.
— Пошёл ты! — беззлобно ругнулся Андрей и надолго приложился к бутылке.
Я допил пиво и поднялся со ступеньки.
— Давай, до завтра! — попрощался с приятелем, но утопить оплавленную кнопку вызова лифта не успел — она загорелась за миг до этого, где-то наверху зашумел двигатель.
Спускаться пешком после выпитого не хотелось, решил подождать, заодно отряхнул штаны. А там дверцы лифта открылись, и к нам вышел Саша Романов.
— О, пацаны! — удивился он. — А вы чего в подъезде сидите?
Поразительное дело, Рома был трезв как стёклышко, но определённо ненадолго: в пластиковом пакете у него позвякивало стекло. Заглянул туда — и точно, внутри обнаружились три бутылки водки, выданные мной за перевозку колючей проволоки.
— Да Серый домой собрался, я проводить вышел, — пояснил Андрей, пожимая руку приятелю.
— Не, Серёга, так не пойдёт! — остановил меня Рома.
— На учёбу с утра.
— Да погоди ты! Мне Воробей телеграмму прислал, он из Москвы во вторник приезжает.
— Рад за него.
— У него дело есть. Пошли, обсудить надо.
Ну я и пошёл на свою голову…
07|09|1992
утро-день
Утро началось с лечебных процедур: литр воды из-под крана внутренне, контрастный душ наружно. Пусть и говорят, будто градус нужно повышать, но водку после пива употреблять вчера определённо не стоило — хоть голова особо и не болела, в целом и общем состояние оставляло желать лучшего. По счастью, семинаров сегодня не было, и первые две пары я благополучно прокемарил на «камчатке», а с последней и вовсе малодушно дезертировал.
Уже на выходе столкнулся с курившим на крыльце в компании старшекурсников Витей Медниковым.
— Серый! — махнул он мне рукой, выкинул окурок в урну и подошёл. — Ты всё, что ли?
— Ага, — коротко ответил я.
— В курсе, что в среду на картошку уезжаем?
Я не удержался и матернулся.
— Да ладно! — рассмеялся Витя. — Будет весело. Покатаем вату две недели, с девчонками поближе познакомимся. Самогон, костерок, изгиб гитары жёлтой, все дела…
Видел я эти костерки, песни и прочие незамысловатые прелести жизни на природе в гробу и в белых тапочках, прямо об этом и сказал. Мелькнула даже шальная мысль забить на выезд в колхоз болт. Только-только денежная тема наметилась, а меня на две недели из нормальной жизни выдёргивают! Пусть даже только на десять дней — хрен редьки не слаще.