Не драконьтесь, Ваше Высочество! или Игра на выживание (СИ)
Так я и не поняла, где началась и закончилась шутка, если честно. Но спрашивать и развивать тему сейчас не решилась. Мне не хватило духу, а Фьюри явно решил немного пощадить мою нервную систему и сбавить темпы сведения меня с ума и доведения до состояния "влюблена по уши, чувства возврату не подлежат".
Впрочем, я, кажется, того… уже. И Хааск его знает, что мне с этим делать.
Глава 18. Третьей будешь?
После нашего странного диалога аппетит у меня на нервной почве пропал окончательно. Так что ягоды я не доела и положила бумажный кулек в карман своей меховой накидки.
Мы двинулись с Фьюри дальше и сейчас шагали по булыжной мостовой между главной городской ярмарочной площадью и Кенуарским каналом.
Здесь, как грибы, росли небольшие трехэтажные домики, мрачные снаружи и не менее отталкивающие внутри. Хотя фасады были недавно покрашены темно-желтой краской, но за внешней аккуратностью скрывалась разруха и извечная суета. Ох, не завидовала я местным жителям, если честно. О спокойствии здесь можно было только мечтать. Тут всегда жизнь била ключом, круглосуточно кто-то куда-то бежал, что-то кому-то кричал. А уж на выходных, да особенно в дни развеселых праздничных событий, здесь и вовсе гуляния не смолкали до поздней ночи. Собственно, потому этот квартал не котировался, а все зажиточные горожане предпочитали селиться в новом районе за рекой.
Зато все прелести "цивилизации" были под рукой, конечно. Лучшие товары всегда рядом, да и само жильё тут было не просто экономичным, а очень, очень дешёвым. Но даже моя скупая тетушка Майя никогда не рассматривала тут квартиры, хотя наше финансовое положение всегда оставляло желать лучшего.
Мы уже собирались уйти с площади, свернуть на тихую улочку, как дорогу нам преградила женщина, вылетевшая из одного такого трехэтажного домика буквально перед нашим носом. Пухленькая, приземистая, одетая в простое серое платье, поверх которого был застиранный фартук с когда-то ярко-розовыми цветами. Глаза у женщины были заплаканные, отчаянные, и она с надеждой обратилась к Фьюри:
— Господин лекарь! Господин лекарь, прошу, помогите моей дочери!..
На лице Фьюри на миг отразилось недоумение, мол, какой я, к Хааску, лекарь? Но потом он сообразил, что на нем была сейчас мантия городского лекаря, на которую женщина и ориентировалась. И скептично выгнул бровь, покосившись на меня.
— Кто-то что-то говорил о том, что я в мантии лекаря совершенно не буду привлекать к себе внимание, хм? — шёпотом произнес Фьюри.
— Не обращай внимания, — прошипела я тихо. — Просто проходим мимо, мы спешим по своим делам, и…
— Господин лекарь!..
Женщина, однако, не сдавалась. Она вцепилась в локоть Фьюри и, захлёбываясь слезами, запричитала:
— Доколе это будет длиться, господин лекарь? Когда закончится эта хааскова эпидемия? Моя маленькая Ноллочка, моя милая девочка!.. Чем она это заслужила, скажите мне?!
Я тяжело вздохнула. Очередным жертвам я уже не удивлялась. В последнее время пострадавших было все больше, и новости об этом уже не так трогали меня, хотя поначалу каждая жертва вызывала паническую атаку и страх за собственную шкуру. А теперь стало как-то все равно, что ли… Наверное, я просто устала постоянно бояться и паниковать. Когда страха становится слишком много, в какой-то момент он перестаёт быть страхом.
Но во всем этом нарастающем хаосе не отменялись городские гуляния, не закрывались магазины и учебные заведения. Город продолжал жить, вот только комендантский час не так давно был введен во всем Салахе, и после полуночи не разрешалось выходить на улицу. Власти аргументировали это тем, что нельзя парализовывать город, да и лекари пока не нашли подтверждений заразности странного заболевания, поэтому вводить чрезвычайное положение в стране пока не собирались. Не знаю, правильное ли это было решение… Наверное, правительству виднее.
— С чего вы взяли, что недомогание вашей дочери связано с эпидемией? — осторожно спросил Фьюри, с опаской поглядывая на женщину из-под натянутого пониже капюшона. — Откуда такая уверенность?
— Ну как же? — всплеснула руками женщина, указывая на окна второго этажа. — Все признаки на лицо! Она спит так крепко, что до нее не добудишься, я с утра разбудить пыталась разными способами, и с магией и без. А сейчас она начала бормотать во сне про нечестную игру, и я поняла, что моя Ноллочка стала жертвой этой непонятной "игры на выживание"! А это значит, что ей недолго осталось жить, вот уже и температура тела начала понижаться, и первые морщины грядущего стремительного старения появились на лице…
Женщина расплакалась, не в силах сдерживать слезы. Она была очень эмоциональная, много жестикулировала, размахивая руками. Глаза у нее были панические, бегающие. Отчаянные глаза матери, которая очень хочет спасти своего ребенка.
— Господин лекарь, умоляю вас, осмотрите мою дочь! Я понимаю, что лекари сейчас заняты, и на всех пациентов не хватает, но моя Ноллочка только сегодня заснула беспробудным сном, может ее еще можно как-то разбудить? Вытащить из этой тьмы? Умоляю, помогите!..
Я глядела на эту женщину, и мое сердце обливалось кровью. Не представляю даже, каково было матери смотреть на свою дочь, ставшую жертвой невнятной эпидемии. Смотреть и знать, какое стремительное угасание ждет ее дальше. И понимать, что ты совершенно ничего не можешь с этим сделать. А мне сейчас было очень больно осознавать, что мы ничем не можем помочь этой беде. Мы даже к лекарям не имеем никакого отношения. Просто случайные прохожие, а я так вообще пытаюсь тайком вывести из Салаха "контрабанду" в виде лакорского чиновника-архана.
Фьюри очень долго молчал, хмуро вглядываясь в распахнутое окно, где, наверное, и располагалась комната со спящей девушкой. Вглядывался пристально и явно принюхивался.
— Хорошо, — наконец, произнёс он. — Я осмотрю вашу дочь. Проводите к ней.
Эм… Что?!
Я опешила. Такого поворота событий я никак не ожидала. Думала, Фьюри скажет что-нибудь в стиле "простите, мы заняты, ничем не можем вам помочь", а он… Что происходит?
— Эй, Фьюри, ты чего? — с ласковым оскалом спросила я, пытаясь выпученными глазами передать все то, что я сейчас думаю об этой выходке. — Мы торопимся. Очень торопимся, помнишь?.. У нас есть одно очень важное дельце, если ты не забыл.
— Подождёт, — уверенно сказал Фьюри. — Пациентка важнее, мы можем уделить этому время.
И шагнул к дому вслед за всхлипывающей женщиной.
Я аж за голову схватилась в панике.
Демоны!! Он в самом деле собирается осматривать пострадавшую девушку? Но зачем?
— Фьюри! Фьюри, ты куда, мать твою за ногу да в драконье логово! — зашипела я, цапнув его за локоть и потянув на себя. — Ты что творишь?!
— Иду осматривать пациентку.
Мне сейчас очень хотелось заорать "какая в задницу пациентка, ты не лекарь!!", но при посторонних людях приходилось сдерживаться и пытаться взглядом пристыдить этого сбрендившего архана.
Наивная, конечно. Как можно пристыдить того, у кого ни стыда ни совести нет?
Впрочем, Фьюри понимающе улыбнулся мне и обратился к матери несчастной жертвы:
— Дайте нам минутку, мне нужно переговорить с моей, хм… напарницей.
Женщина кивнула, шмыгнула носом и понуро побрела к лестнице, растеряно комкая в руках выцветший фартук. А Фьюри повернулся ко мне и заговорил тихо, так, чтобы только я одна могла его услышать:
— Я чувствую очень странную магию, исходящую из этого дома. И конкретно из этого распахнутого настежь окна. Это странное ощущение не дает мне покоя, я ощущаю внутреннюю потребность разобраться в этом.
— Милый, ты с ума сошел? — зашипела я рассерженной гусыней. — Ты как собрался разбираться? Ты не лекарь! А даже если бы был им, то тебе нельзя сейчас колдовать, забыл? Что ты можешь сделать? С бубном сплясать и песенки попеть?
— А что, это мысль, — усмехнулся Фьюри, но тут же посерьезнел. — Не знаю. Сам не понимаю, но, кажется, мне туда надо. Давай подойдем ближе, я чувствую, что мне стоит глянуть на пострадавшую девушку.