На грани безумия (СИ)

Я еще раз просмотрел данные на визоре. Огромное помещение, ряды искалеченных авто, опорные колонны, стоят будто стражи, и где-то там, куда не добивают сканеры моего визора, есть выход. Теперь нужно хорошенечко подумать, что мне может пригодиться в этом кошмаре и подготовиться.
Подумать мне не дали.
Сперва я услышал легкий шорох справа. Аудиоимплант отключен, так что я полагался на систему шлема и свой природный слух, который, впрочем, не подводил. Настойчивое, ритмичное шорканье делалось все громче. Походило на скребущих крыс, которым отчаянно нужно… бежать?
Едва пришло понимание происходящего, как из бетона, прямо у меня из-под ног, в туман ринулись первые крысы. Они неслись прочь, быстро перебирая лапами, их красные глаза зловеще светились в темноте, голые костяные хвосты оставляли в полу бороздки. На меня тварям было плевать. Крысы бежали от кого-то или чего-то более ужасного, нежели забредший в грезы недовсадник, который сам рискует превратиться в лабораторную крысу.
Настойчивый шорох. Обезумивший крысиный писк.
Крыс становилось все больше и больше. Постепенно они превращались в сплошную кишащую и визжащую серую массу, заполонившую собою все вокруг. Они облепили машины и колонны, и теперь казалось, что те накрыты серым грязным одеялом, которое шевелится, движется. Одна из тварей вскарабкалась мне на ногу, другая прыгнула на спину и укусила. Резким движением я сорвал с себя крысу и швырнул в сторону. Вторую стряхнул с ноги, не дав вцепиться в бедро. Пнул пробегающих мимо тварей, чтобы немного расчистить пространство вокруг себя, но тщетно. Крысы бежали лавиной, и если ничего не предпринять, то закусают до смерти, потому что сейчас я — преграда на их пути, которую не получается обогнуть.
Загрохотало. Звук такой, будто в горах сошел оползень и булыжники один за другим лупят по бетону, кроша и перемалывая. Пол под ногами задрожал, завибрировал, покрылся трещинами. Неужели землетрясение?
Позади с грохотом обрушалась стена, взметнув облако пыли. А следом с потолка упала плита, проломив в полу дыру, откуда дохнуло трупным смрадом и холодом. Разлом неумолимо разрастался, грозя поглотить все, до чего дотянется.
Я сорвался с места и ринулся за крысами в туман. Десятки, сотни тварей путались под ногами. Я наступал на них, чувствуя, как под подошвами ботинок хрустят позвонки, как хлюпают раздавленные внутренности. Крысы набрасывались на меня, остервенело кусали, висли на одежде, словно пиявки, которых не отодрать. А позади с грохотом рушился потолок, обваливался пол и стены. Открывшийся черный пролом затягивал в свою пасть пыль, куски бетона и перекрытий. Поглощал и пережевывал отставших крыс, которые питали спрятанную там черноту. Однако черноте их было мало, разлом жаждал добраться до меня.
Единственное что меня сейчас может спасти — скорость.
Я отчетливо представил, что мне нужно, и на бегу запустил руку в боковой карман рюкзака, попутно содрав с плеча крысу. Нащупал брелок, сжал в кулаке.
Туман и мрак ухудшали видимость. На визоре шлема я видел черно-белое изображение ангара с контурами машин и норовящих обвалиться колонн. А еще сотни оранжевых точек, которые неслись вперед, застилая собою все вокруг. От такого количества движущихся живых объектов сканеры обезумели, изображение начало двоиться. Я отключил ставший бесполезным девайс и поднял забрало. Иные меня раздери… Ни черта не видно!
Грохот позади нарастал. В спину ударил кусок перекрытия, угодив в рюкзак, который смягчил удар. Я упал и потерял драгоценные секунды, пытаясь подняться и отбиться от крыс. Прямо в шаге от меня пол обвалился, явив взору зловонную черноту. Сетка трещин поползла к моим ногам, и я ощутил, как некогда крепкий бетон становится зыбким, словно песок.
Что было сил я сиганул в сторону и побежал к ряду покалеченных машин. Запрыгнул на крышу бесколесого синего «вендиго», бегло огляделся. Туман стелился по полу, а здесь, наверху, обзор был чуть лучше. Но искомого я не нашел.
Сжав в кулаке брелок, я прыгнул на крышу соседнего авто. Оттуда на следующую и следующую. Так и бежал по крышам и капотам, грохоча металлом и продавливая пластик.
 
Вот оно! Бледный зеленый огонек справа!
Я спрыгнул на пол, рванул к цели. Байк стоял прямо у колонны, и, если не потороплюсь, та обрушится, повредив мотоцикл, и тогда с надеждой на спасение придется распрощаться. Рядом упал кусок перекрытия, лишь чудом я успел проскочить, иначе бы остался лежать здесь, придавленный и беспомощный; дожидался бы щупалец разлома и мучительного падения в смердящую мертвечиной темноту. Быстрее!
С разбегу я заскочил на байк, сунул ключ в замок и провернул. Разбуженным зверем заурчал мотор, байк нетерпеливо завибрировал, и я рванул прочь, прибавляя скорости. С ревом мой черный байк несся по парковке средь разрухи и тумана, давя крыс и наматывая на колеса их окровавленные трупики. Сердце бешено колотилось. От азарта и сумасшедшей скорости, от страха быть поглощенным тьмой или умереть под завалами, от осознания того, что я снова бросил вызов Иллюзиону.
Крысы мешали. Фарш из кишок, шерсти и костей налипал на колеса, застревал в запчастях. Скорость приходилось снижать, потому что справиться с управлением становилось труднее, особенно когда я наезжал на очередную серую стаю и колеса беспомощно скользили по кровавому болоту. Я не оборачивался, но потому как дико пищат крысы и как грохочет позади, понимал, что уйти мне вряд ли удастся. Разлом близко, очень близко. А я сбрасываю скорость, буксую в этом визжащем фарше.
Тогда я сорвал с крепления на рюкзаке пару фальшфейров. Активировал первый ударом о колено и швырнул перед собой. Столп красного огня взвился ввысь, разгоняя туман и крыс, которые бросились в рассыпную, позабыв о разломе. Я прибавил скорости, понесся дальше. Швырнул еще один фальшфейр, расчищая дорогу. Байк с диким ревом рванул вперед, позволив выжать из движка максимум. Я прильнул корпусом к холодному металлу байка, слившись с ним в одно целое. Концентрация на пределе. Только скорость и холодный расчет.
Неожиданно туман рассеялся. Прямо передо мной возникло большое панорамное окно, и я понял, что не смогу затормозить. Не успею. Не справлюсь.
На скорости давно перевалившей за двести я с грохотом влетел в окно.
Время растянулось, будто кто-то прокручивал запись случившегося в замедленном режиме. Я видел, как осколки стекла мерно парят, ударяясь о забрало шлема; как царапают байк и как впиваются в мое тело, протыкая черный комбинезон. Видел, как мелким узором красных капель брызжет кровь из моего предплечья, и капли кружат рядом, будто в невесомости. Байк размеренно пролетал над крышами ночного города, плавно пикируя вниз…
А в следующий миг меня ударило о стену. От силы удара в глазах потемнело, забрало шлема треснуло, но голову шлем все-таки сберег. Я рухнул на пол, корчась от боли, байк швырнуло в другую сторону, навязчиво запахло пролитым бензином. Со стоном я перекатился на бок и попытался подняться, но вышло лишь привалиться к стене в которой осталась приличная вмятина. Я содрал с головы ставший бесполезным шлем и тяжело задышал, впитывая запах бензина, пыли, жженой резины и пластика. Меня выбросило обратно в серый коридор с многочисленными металлическими дверями… Иные их всех отымей! Как же я ненавижу закольцованное пространство! За время, что мне довелось бывать в Иллюзионе, я попадал в «кольцо» всего четыре раза. Никогда не забуду свою первую закольцовку пространства, будь оно трижды проклято. Это был один из первых нелегальных рейдов. Я был дерзким семнадцатилетним нахалом, считал, что знаю как покорить Иллюзион, и что смогу заработать легкие деньги. Я взял заказ на сбор черной Эссенции от одного знаменитого в узких кругах рок-музыканта и попал в ловушку, по ошибке выбрав не ту Точку Перехода. Меня выкинуло на пустынное кладбище, по которому я блуждал целую вечность. Ходил во мраке среди однотипных могил от ограды до ограды и не мог выбраться. Не мог умереть, потому что гордость не позволяла вернуться без Эссенции. Не мог найти Точку Перехода, потому что ничего не знал о принципах работы «колец». Беспомощный, ни на что не годный я слонялся по кладбищу надеясь на чудо, которого, естественно, не случилось. Я был настолько самоуверен, что не выставил в капсуле принудительное отключение на случай, если рейд затянется больше чем на двадцать четыре часа…