Рюрикович 2 (СИ)
Пустырь спал под серебристым светом луны, тишина нарушалась шорохом ветра, и царапаньем сухих ветвей растущего неподалёку багульника. Поле битвы отпечаталось в памяти. Может пригодиться…
Правая нога сверча дернулась. Из-под неё вырвался фонтан песка, когда он рванул вперёд.
Через секунду костяной меч ударил по стали боевого ножа. Первый удар прозвучал резко и внезапно, как треск сухой ветки под ногой.
Мы двигались быстро. Очень быстро. Наши тени переплелись в смертельном танце, каждый удар отражался эхом в ночной тишине. Песок летел во все стороны, как будто пытаясь укрыться от жестокой схватки.
Удар, удар, ещё удар! Подсечка, перекат!
Локтём по жвалам, а потом пятками в грудь…
Мечи просвистели над головой, срезая прядь волос…
Сухой лист клёна пролетел мимо, поднятый вихрем нашего танца.
Мы дрались за жизнь, за победу, за право вернуться домой. Кровь била висках, а дыхание сбивалось от напряжения.
Удар!
Взмах!
Свист!
Я уклонялся, бил в ответ, отпрыгивал и подскакивал.
Этот сверч оказался опытнее предыдущего. Он осторожно прощупывал мою оборону, не лез вперёд, но и не уходил далеко. Сверч мог бы броситься в открытый Омут, но не уходил. Он словно играл со мной.
А вот я не мог назвать наш бой игрой. Всё-таки силы имеют свойство заканчиваться, а я пусть и тренированный, но рано или поздно мог допустить ошибку. И вряд ли эту ошибку мне простят…
Новый удар. Меч свистит совсем рядом. Уворот и удар по жвалам. Попал удачно — в ночное небо взвилась струйка крови.
— Тварь! — проскрежетал сверч и снова ринулся в бой.
Тьма звездного неба висела над городом. Только мерцание далёких огней и тусклый свет луны освещали узкие улицы. Освещали пустырь, где на траве всё также лежала девушка, а двое существ дрались не на жизнь, а насмерть.
В этом зловещем мраке разгорелась схватка, полная смертоносной грации и опасной ловкости. Нож, сверкающий в ночи, сталкивался с мечами, и каждый удар был как отголосок стихийного ужаса.
Несмотря на усталость сверч двигался очень быстро, а вот я… Я почувствовал, что начал уставать. Чтобы немного сравнять наши шансы, я ударил в землю магией живицы, вызывая пылевое облако.
Это облако накрыло пустырь непроглядным покрывалом. Теперь только слух и чутьё должно подсказать местоположение врага.
Сверч взревел, а потом принял правила игры… Мы двигались быстро и бесшумно, словно призраки, выныривая из темноты и исчезая в ней. Лезвия нашего оружия иногда поблескивали в свете луны, как серебряные жала бешеных ос, готовые к атаке.
Каждое движение было выверено до совершенства. Я скользил словно в танце, где каждое па направлено на поиск уязвимого места противника.
Мои атаки были направлены на то, чтобы вывести сверча из равновесия. Я использовал окружающую среду в своих интересах, стремясь поймать противника в ловушку, откуда нет выхода. Я уже заприметил канаву у дороги и если удастся туда заманить противника…
Множество ударов, парирующих движений и контратак. Мечи могли выскользнуть из темноты пылевого облака в любой момент, а мне оставалось только блокировать и бить в ответ.
Нож мелькал, искры летели от ударов. Порой мы скользили между линиями света и тени, как теневое видение. Стоило одному выйти из облака, как тут же на него обрушивался второй.
И я в который раз успел поблагодарить учителей за способность запоминать будущее поле боя…
Мне всё-таки удалось оттеснить сверча к замеченной канаве. Выгадал момент и ударил ножом в прыжке. Если бы дотянулся до башки, то смог бы срубить один из усиков, но это существо успело отдёрнуть голову в самый последний миг. Зато сверч оступился, попав ногой в канаву и на краткий миг потерял концентрацию.
Этого краткого мига мне хватило для двух ударов!
Всего двух, зато каких!
Два удара по фасетчатым глазам это не хухры-мухры! Это уверенное преимущество в бою!
— А-а-а!!! — взревел ослеплённый противник.
Его крик был для меня слаще оперной музыки. Я ринулся было в бой, чтобы развить успех, но…
Сверч врубил свою «мясорубку». Он, как и первый противник, начал вращать мечами со скоростью лопастей вертолёта, а после ещё и двинулся в атаку! Вернее, начал носиться по площадке как обоссаный электровеник.
От его «лопастей» пылевое облако начало рассеиваться. Теперь на пустыре можно было различить не только нас, но также и траву, и листья.
Сверч же носился, ревя дурным голосом. И всё бы ничего, поскольку для меня подобные перемещения были даже на руку — быстрее устанет и я смогу взять его голыми руками, но…
Я слишком поздно заметил, что одна из его хаотичных линий пересекается с лежащей в траве княжной!
Прыгнул вслед, заорал громче сверча, чтобы отвлечь его на себя, но…
Тварь зацепила княжну!
Я бессильно мог наблюдать, как один из мечей скользнул над плечом девушки, а после под ночное небо цвиркнула струйка крови.
— Сука!!! — вырвалось у меня уже в рывке.
Я подлетел к сверчу, ударил ножом сзади, потом ещё, и ещё… В четыре удара всё было закончено. Он повторил судьбу своего предшественника.
Тут же я заметил, что овал Омута начал съёживаться, таять в темноте. Значит, только эти двое держали Омут открытым… А их смерть заставила Омут закрыться!
Да плевать! На всё это наплевать!
Я дёрнулся к лежащей в беспамятстве княжне и не смог сдержать стона. Её шея была рассечена костяным клинком сверча. Неглубоко, но кровь хлестала неуёмно…
Глава 24
«Убийца должен владеть оружием. Ведарь должен владеть собой»
Кодекс ведаря
— Тычимба, быстро бинт, вату, йод! — скомандовал я.
— Будет исполнено, господин! — отозвался верный слуга, а на траву рядом со мной бухнулся пакет первой помощи.
Я кое-как перекрыл кровотечение, зажал рану. Тут же мозг начал взрываться от мыслей, как спасти Бесстужеву. Лекарские навыки у меня не те, чтобы остановить кровь из подобной раны. Далеко не те…
Но вот подобные навыки есть у одного моего знакомого… Только добираться до него…
Дотащу ли? У меня после двух сверчей появились оранжевые сущности и если влить одну в Бесстужеву, то получится удлинить срок её жизни минут на десять. А дальше?
А дальше будет больше!
Да я готов все сущности в неё влить, лишь бы это помогло!
Тут же из моих рук вышел желтоватый туман, который впитался в бледную кожу княжны. Себе я закину пару обычных сущностей, которые взбодрили меня, придали сил, энергии.
Мысли продолжали метаться подобно лошадям в загоревшемся сарае. Я думал, соображал, прикидывал так и этак…
Как же Годунов доберется до меня сюда?
Руки сами выхватили телефон и включили его. Пока загорался экран, я продолжал думать. А если ему не добираться сюда? А кто есть поблизости?
А нет поблизости никого. Вон, только какая-то дворняжка копается в мусоре…
Вызывать «Скорую»? Тоже не успеет. И не пролезет по мелким улочкам…
Выход пришел на ум, когда я набирал Годунова.
— Борис! Срочно мчись на заправку на улице Белоярова. Там она одна, не ошибешься! — проговорил я в телефон. — И пошустрее!
— Иван Васильевич! Да ты… вы в своём уме? — послышался взволнованный голос Годунова. — Я примчался к поместью, а тут такое…
— Бегом! — пришлось даже прикрикнуть. — И без лишних вопросов! На кону жизнь девушки!
Я специально не стал уточнять — какой именно девушки!
— Кто? Кто?!! — завопил в трубку Годунов. — Да я всех на лоскуты порву! Я сейчас…
— Быстрее, Борис! Можешь даже с полицией приехать, если вдруг возникнут вопросы! — крикнул я в трубку. — Мчи быстрее!!! Нужна твоя помощь лекаря!
— Я сейчас же буду! — отрубился Годунов.
После таких слов у меня не оставалось сомнений, что он прибудет в заданное место. Вот только прибуду ли туда я? Это другой вопрос. Я должен прибыть! Должен!
Я подхватил лёгкое тело девушки на руки.