Купол над бедой (СИ)
На солнцеворот Аугментина соизволила отметить старания имперской администрации в области решении проблемы с проституцией короткой заметкой.
"Должна отметить: законы природы незыблемы, несмотря на наличие пришельцев и инородной фауны. Математика работает, как и прежде, минус на минус дал плюс и в этот раз. Два явления одного порядка, встретившись, успешно друг другом заняты и городу не мешают: наши гости обнаружили такое социальное явление, как проституция, и полностью заняты выдворением этого явления из их поля зрения. Не могу сказать, что лично меня это расстраивает или огорчает, учитывая, что, ради разнообразия, хотя бы это они сделали почти по-человечески. От их защиты не страдают женщины, вовлеченные в криминальную занятость, которой проституция, несомненно, является. Злоупотреблений в их приютах, по данным женских общественных организаций, нет, так что природная закономерность проявлена в полном объеме. С чем нас всех и поздравляю".
Дейвин прочитал и кивнул самому себе. Ждать от нее похвалы и открытой благодарности было бы странно, но эта порция перца была ощутимо разбавлена медом.
St.f4ce: Смотри, что у меня есть.
файл "redhead.jpg" отправлен
Augmentina: Ух ты!
St.f4ce: Живая и вполне упитанная, только волосы красить перестала. Я и не знал, что у нее не свои. Еще и видео. Качество, правда... Из Главного штаба снимали, тоже в начале февраля.
видеофайл отправлен
Augmentina: Ну, фото не очень интересное. Девочка на нем выглядит так, как будто ее месяц насиловали, потом чуть подлечили и отправили радоваться жизни. Своего собеседника, нашего Неподражаемого, она очень боится. А вот видео интереснее. На нем человек, которого только что удачно продавили. Кстати, машинка чья?
St.f4ce: Выясню. Таки это наша девочка в беде?
Augmentina: Не обязательно. Вспомни, как она чудила в последний год. Если агент выходит из-под контроля, его либо ликвидируют, либо изымают и проясняют ситуацию. Так что она может быть и нашей девочкой, которую смогли завербовать, и их заигравшейся девочкой, которой объяснили, в чем именно она не права. Но я не хотела бы иметь таких работодателей, если моя вторая версия хотя бы отчасти верна. Дно Невы как-то... уютнее, что ли.
St.f4ce: Ясно.
Из личного чата Полины Бауэр 23.03.2024
- Слышал? Горжетка в Приозерском замке тусит. Довольная, ребята с Фонтанки писали, что точно живет и даже кавалера завела.
- Ну а ты чего ждал? Героической смерти? Вот не трынди, что ждал.
- Смерти? Да не дождетесь. Ты вспомни легенды, как ее взять не могли. Эти дурачки уши развесили, про удачу писали, теперь обтекают.
- А ты не завирайся.
- Чего это не завирайся?
- Наместник не тот мужик, чтобы цирк с конями на три года устраивать на пустом месте. Взять ее они не могли, но хотели. А сейчас то ли спонсоры ее слили, то ли крыше она больше не интересна, вот и отдали. Одни отдали, другие взяли.
- И чего она тогда жива до сих пор?
- Ну мало ли он с ее крышей пообщаться хочет. Или полезность свою не исчерпала.
- А бордели исчерпали, значит... Вообще дикари они.
- Да не то слово. Еврокомиссара плеткой по спине, прямо на улице... И после этого он надеется на снятие санкций, да?
- Переводчика. Еврокомиссара просто без трусов в самолет запихнули. А переводчика - плеткой, да. Он, говорят, кричал, что только переводил, но ему серые братцы не поверили.
- Ну, Лесли тоже, вообще-то, альтернативный гений. Кто же в деловой поездке по борделям шляется как частное лицо? Приехал бы как турист - и гуляй в свое удовольствие.
- Вообще чего они полезли? Может, о проценте не договорились, не слышал?
- Нет, они вдруг ни на чем как рехнулись с Нового года на этой теме. И девок назад не отдают, всех по приютам распихали. Впрочем, вот и ответ, нет?
- Точно. Продадут у себя, а тут сказок нарассказывают, как защищают, лечат и учат.
- Нет, они тут все. К ним даже феминистки какие-то приезжали с инспекцией. Знаешь, такие бабы все страшные и нудные, я весь соскучился, а красавчикам нормально. Водили, садовниц своих показывали, угощали, даже к наместнику отвели. И он с ними говорил, как с реальными людьми, прикинь? И еще приглашал, причем на полном серьезе.
- Теперь они к нам зачастят.
- А то. Хорошо, на них правозащитники потом вышли, они про Горжетку ничего не знали. Ты ответ финикам написал, кстати?
- Уже дописываю.
- Это значит, еще и не начинал. Послезавтра срок истекает, шевелись давай.
Расшифровка записи с диктофона сотрудника пресс-службы администрации империи в крае за 24.03.2024.
Все время своего пребывания в крае Вейлин собирал сведения, полезные Академии и Святой страже. Эта земля нуждалась в наставлении на Путь куда больше, чем рыбаки Хаата и даже ддайгские дикари, и он с каждым годом своего пребывания убеждался в этом все больше и больше. Едва саалан получили все права на Озерный край, Вейлин попытался говорить об этом, но не нашел понимания ни у Гаранта, ни у да Шайни, самовлюбленного столичного щеголя, получившего должность только потому, что он был внуком старого маркиза, близкого к императору. Пустым местом он не был, но были люди и поумнее его, которым, возможно, проще далось бы установление здесь надлежащего порядка. На выполнение некоторых требований Вейлину пришлось продавливать молодого да Шайни, и довольно жестко. Кто же мог знать, что для местных их гнезда разврата и некромантские дворцы, принадлежащие всем и никому, дороже жизни и благополучия их самих и их детей. Как можно было догадаться, что маркиз Унриаль да Шайни - проклятый трус, неспособный принять и провести в жизнь даже самые необходимые решения. Откуда он взял эту свою дрянь и как сумел принимать тайно настолько долго, для Вейлина оставалось загадкой, но по сравнению с остальными наболевшими задачами она не была так уж и важна.
С практической некромантией дела обстояли еще хуже. Вейлин предвидел множество проблем: местные категорически не принимали право человека закончить свою жизнь и вмешивались даже тогда, когда им самим было очевидно, что помочь невозможно. Их лекари считали такое поведение чуть ли не своей профессиональной доблестью. Вейлин мог многое понять и принять: например, здесь могли вылечить практически любую детскую болезнь, да и прививки казались ему хорошей идеей. Но когда они брали сердце или иной орган умершего и пересаживали тому, кто еще не умер... Это было неприемлемо ни с какой стороны. Впрочем, этих некромантов Вейлин решил оставить на потом, он умел ждать. Сейчас ни люди края, ни, как он опасался, его соотечественники не будут готовы отвергнуть такое грубое вмешательство в Путь. Но он узнал достаточно за годы, проведенные здесь, обо всех практиках, привычных местным. Бордели были лишь вершиной айсберга.
В Новом мире было много хорошего. Но и плохого хватало. Под видом заботы о неимущих и бездомных процветало скрытое рабство. Под видом пристройства детей, оставшихся без семьи, и присмотра за ними кустилась и колосилась проституция, воспитатели торговали своими воспитанниками, не видя этом ничего особенного. С таким же успехом взрослые могли просто отправить детей побираться на улицу, было бы по крайней мере честнее. Вейлин читал о таком в записках путешественников по Хаату и слышал, что младшая приемная дочь князя была найдена им на базаре просящей милостыню.
Местные законы заставляли женщин рожать против их воли в наказание за внебрачные связи. Более того, их церковь могла пообещать женщине заботу о ней и о будущем ребенке, а вместо этого разлучить ее с малышом, отправив работать на церковь и принуждая остаться в монастыре. И они совершенно не хотели слышать, что к людям нельзя так относиться. Люди не вещи. Люди должны любить друг друга, и с этим в Новом мире были согласны, но под любовью по эту сторону звезд понимали что-то странное. Вейлин пытался им это объяснять по-хорошему, сколько мог. Но они не слышали ни по-хорошему, ни по-плохому. Тогда он решил заглянуть в их прошлое. И там обнаружил объяснения всем обнаруженным странностям. И не обрадовался найденному. Это была паства священников, почитавших бога-самоубийцу и одобрявших самоистязания прихожан во славу этого божества. Их вера, насколько Вейлин сумел понять, насаждалась силой и обманом и была хороша в основном тем, что она не требовала кровавых жертв, как те божества, которым эти люди поклонялись до того, как узнали единого бога. Бог этот был человеком, так что, вероятно, речь шла о каком-то пророке, настолько же диком и жестоком, какими были и времена, когда он жил и проповедовал. До того, как он своими проповедями наработал себе на мучительную и позорную казнь, он успел наговорить порядочно всякой чуши. Начиная с абсолютного равенства всех созданий друг другу - о да, Вейлин очень живо представил себе эту картину: сайни, ддайг и люди за одним столом и в одном круге танца - и заканчивая бессмертием, получить которое можно только умерев. Между первым и вторым помещалось еще много разного, не менее странного. Например, греховность магии и постыдность изучения Искусства, порочность торговли как занятия, мелочность и бессмысленность заботы о завтрашнем дне и обеспечения своей жизни своими руками, и в этом роде еще два мешка и горсть. Кроме прочего, этот бог был постыдно ревнив. Он не хотел терпеть рядом с собой не только других богов, но и просто людей, не поклоняющихся ему. Если, конечно, дело было в боге, а не в его жрецах, с самых первых дней этой веры любивших власть, а затем полюбивших и деньги.