Купол над бедой (СИ)
У бывшего Duty Free остановилась смыть пыль с машины. Могла бы и заплатить, но это не вязалось с моим образом: машина на ходу ровно настолько, чтобы финны пропустили, потертые джинсы, старенькие кроссовки, черная футболка, черные очки в большой оправе, серебряная цепочка с крестиком... Такие девочки экономят каждую копейку, а сухую машину соседи развернут обратно, даже если счетчик ничего не покажет. Через полчаса, подписав все положенные бумажки, я была на территории Европейского Союза.
В начале двухтысячных, когда народ стал жить получше, на трассе между Лаппеенрантой и границей с Россией как грибы выросли супермаркеты. Теперь многие из них были заброшены, а оставшиеся превратились в склады гуманитарной помощи. За символическую плату и обещание ничего из приобретенного не перепродавать тут можно было купить секонд-хенд, еду длительного хранения, безрецептурные лекарства из тех, что не производились на территории Озерного края и были разрешены к вывозу из ЕС. К одному из таких я и направилась. В прошлой жизни он назывался Rajamarket, и именно в нем я когда-то покупала стиральный порошок и фейри, как и тысячи моих соотечественников.
Список был стандартный и проверенный месяцами переездов через границу: консервы, крупы, молоко в тетрапаках и, конечно, шоколад. Ровно столько, чтобы не вызвать подозрения у финских пограничников, по нашу-то сторону границы вези хоть грузовик, только счетчиком и проверят. Эти же будут дотошно смотреть записи о членах семьи и их поездках, убеждаться, что не была превышена норма вывоза на человека в месяц, сверяться с длинным списком артикулов и названий... Удивляться нечему - экономическая блокада. Для личного потребления можно, а коммерческие партии нельзя. Понятно, что человек, скорее всего, в Питере все продаст, но это будет по ту сторону границы и, значит, не существует.
Бросила мешки в багажник, достала из-под сидения и аккуратно положила в рюкзак тяжеленький черный пластиковый пакет, ради которого я и ехала в этот раз в Суоми. Закинув груз на спину, пошла в туалет. Улла уже была там. Издали нас бы легко спутали - одного роста, одинаковые фигуры, джинсы, футболки, очки и даже хвостики мышиного цвета. Мы улыбнулись друг другу, я отдала ей ключи от машины, подождала минут 10, вышла из магазина и направилась к велосипедной парковке. Улла сейчас поедет по длинному маршруту девочки, пытающейся сделать максимум за одну поездку. Я знала про нее все, она - только то, что надо встретить своего почти близнеца, взять ключи и посетить места по списку. Да и это забудет дня через три, зачем оставлять лишние следы? Тем временем я отправлюсь в город проселочными дорогами. Ну и заодно оставлю пакет под камнем у озера... По эту сторону границы меня выследить нечем и некому.
В наушниках пел Мумий Тролль, заглушая шуршание колес и лязг переключения скоростей, велосипед был тоже раздолбанный, под стать машине. Выехать из леса, помчаться по асфальту, привычно притормаживая перед зебрами, радуясь солнцу и наступающему лету. Оставить велосипед на стоянке у церкви, спуститься до угла Koulukatu и Kauppokatu к магазину с парковкой на крыше. Когда-то, в другой жизни, именно тут мы бросали машину и шли гулять. Следующий пункт в обычной программе поездки - найти туалет и умыть лицо. Я набрала полные ладони жидкого мыла и стала тереть щеки, шею, уши.
Наверное, глупо было завязывать снятие заклинания, изменяющего внешность, на умывание, но зато просто и быстро. И не светится, если не вглядываться, не первый раз так через границу езжу. Через пять минут посмотрела в зеркало и довольно улыбнулась. Я снова стала собой, Лиской Рыжий хвост. Чуть другие пропорции лица, чуть другое выражение глаз, дерзкое и опасное, почти незаметная раскосинка, прямые брови, рыжие волосы, лицо сердечком, яркий и четкий выразительный рот, развернутые плечи, легкая пружинящая стойка... Ничего общего с серой мышкой, переходившей границу ради покупок. Оставалось снять черную футболку и надеть белую, с флагом Северной Ингрии и пайетками. Но что-то я забыла...
Ах да, камеры.
Щелчок пальцами, и во всем магазине погас свет. Пока я пробиралась к выходу, до меня доносились взволнованные голоса сотрудников магазинов и покупателей. После аварии на ЛАЭС люди на подобные эксцессы реагировали нервно, но не оставлять же следов.
Оставалось подняться в крепость, зайти к "Майорше" за пирогами. Я очень любила это старинное кафе, его солнечно-желтые стены и интерьеры, как будто сошедшие с дачной дореволюционной фотографии. Оно было вне времени и пространства: семейные рецепты, медная посуда и черно-белые фотографии на стенах, кружевные салфетки, фарфоровые статуэтки на полочках, чай с мелиссой и базиликом, варенье в стеклянных креманках и солнечные зайчики. Взяв пирог с малиной, плюшку с ванильным соусом и кофе, я прошла на веранду, к гнутым плетеным креслам и мягким подушечкам, смотреть, как солнце скачет по молодым листьям, и ждать. Дел на сегодня у меня было два, а не одно, как обычно. Вторым была встреча с Эгертом, назначенная им вне нашего обычного регламента.
Он взял пирог и кофе, подошел к моему столику, поставил поднос и сел на диван напротив, с трудом пристроив длинные ноги. Тут у меня пискнул смартфон, я открыла сообщение и довольно улыбнулась: груз забрали, деньги перевели. А что сообщение с просьбой "не забыть шоколад с мятой", так что еще могут написать той девочке, которой я пересекала границу? Мой настоящий комм остался дома в тайнике.
- Опять с товаром?
Я неопределенно пожала плечами. Он давно вычислил, чем я занимаюсь и где достаю деньги, когда беру их не у него, но словами-то подтверждать зачем?
- Рада тебя видеть.
- Я тебя тоже. Видела последние новости? Час назад кто-то взорвал железнодорожное полотно между Питером и Новгородом, есть жертвы.
- Да? - без особого интереса сказала я.
Он молча протянул мне свой комм. Я пробежала информационное сообщение. Действительно, в районе Старой Полисти. Значит, скоро в социальных сетях будет не продохнуть от фото и роликов с места события. Я со вздохом вернула Эгерту технику.
- Умеешь ты испортить настроение, - поморщилась я. - Теперь все лето наперекосяк. Наши дорогие гости будут упоенно ворошить Сопротивление, не делая разницы между нами и мирняком, мы будем огрызаться и проводить акции возмездия... И так до морозов.
- Разве тебе не нравится? - он хмыкнул.
- Нравится, - улыбнулась я. - Но я предпочитаю движуху не поперек моих планов. И еще - чтобы на подобные акции у меня было громкое публичное алиби, а не "отсыпалась после пьянки в обнимку с любимым мишкой", как сегодня. Опять москвичам неймется, как с самолетом.
- Да, если бы не их технологии, лежать ему в болоте.
Угу, технологии. Я тогда в Москве была, взрыв случился где-то над Новгородом. И вот вспышку от портала я хорошо разглядела, как если бы в зоне прямой видимости рвануло. И мне даже думать не хотелось, какие у него стоят защиты.
Впрочем, моему собеседнику все это было знать незачем, так что я кивнула и сказала:
- У нас упорные слухи ходят, что летел тогда двойник. С их технологиями, о которых ты так вовремя вспомнил, сделать ложную память перцу из ООН тоже не проблема. Зато у наместника появился повод расправиться со всеми по цепочке, заказчик-то настоящий был. Так что я бы поспорила, сами они до самолета дошли, или им старательно помогали.
- Боюсь, это уже не важно. Они слишком часто и слишком громко брали на себя ответственность за эксцессы, в которых гибли наши дорогие гости. Из-за границы разница между москвичами и питерцами не особо видна, так что это не могло не сказаться на... перспективах дальнейшей работы в крае. Сегодня утром не только поезд под откос пустили. Еще статья в Индепендент была.
- Да? - сыграть апатию не удалось. Голос чуть зазвенел.
Эгерт улыбнулся.
- Открывай у себя.