"Великая река". Компиляция. Книги 1-8
— Флоне хорошо, — вздохнул Речник, Нецис покосился на него, но промолчал.
Двухвостка сунула нос в прибрежную траву, громко чавкая и хлюпая. Фрисс нахмурился и встал, протягивая руку к поводьям. «Не надо бы отсюда пить…» — успел подумать он.
Всё произошло одновременно: Двухвостка, выпучив глаза, пустила слюну и задом метнулась в кусты, снося всё на своём пути; два дротика, свистнув в воздухе, впились во что-то мягкое, и истошно завопил Алсаг, разворачивая веер на хвосте; шипастая палица опустилась сверху на Фрисса, и он еле успел качнуться вперёд, пропуская шипы по спине. Лопатка затрещала, Инальтек, навалившийся на Речника, хрюкнул и обмяк, Фрисс вырвал меч из-под его рёбер и вскочил, затравленно озираясь.
Он успел ещё выставить вперёд меч, отвести вверх копьё, направленное ему в горло, и всадить второй клинок в живот хеску. Древко ударилось о макушку Речника, в глазах на миг потемнело, вспомнился шлем, оставленный в дорожных сумках. Инальтек попятился, сгибаясь пополам и цепляясь пальцами за меч, Фрисс рванул клинок на себя и вторым ударом отсёк демону голову.
— Хаэ-эй! — заорал он, делая выпад. Бить в спину не хотелось, но пришлось — Инальтек, занёсший палицу над воющим от боли Алсагом, пошатнулся и медленно стал заваливаться набок, заливая траву кровью из рассечённой шеи. Второй ошарашенно ощупывал выжженную в груди дыру, и его глаза уже закатывались. Алсаг с отчаянным воплем впился зубами ему в ногу. Ещё один дротик пробил коту хвостовые перепонки, приколотив его к земле. Поблизости кто-то вскрикнул и глухо застонал. Речник развернулся и охнул.
Нецис лежал в траве вниз лицом, и выжженная полоса дымилась на его спине. Один демон торопливо сдирал с его пояса ножны, второй, наступив магу на плечо, занёс над головой палицу.
— Лаканха! — выдохнул Речник, направляя меч Инальтеку в грудь, но уже зная, что не дотянется. Водяная стрела на миг сверкнула в воздухе, из пробоины в живом теле брызнула светлая, разбавленная кровь, хеск пошатнулся, палица, проворачиваясь в слабеющей руке, скользнула по затылку Некроманта и упала в траву. Инальтек повалился следом, похоронив под собой неподвижного мага. Дротик второго ударил Речника в грудь так, что зазвенели кованые пластины, и Фрисс ненадолго перестал дышать.
— А-арх! Нецис… — он мотнул головой. Инальтек, выронив ножны, странно покачнулся и схватился за горло. Из-под его пальцев торчал ярко оперённый «хвостик» короткой стрелы. Чей-то вопль на краю поляны перешёл в бульканье, дротик косо вонзился в траву у ног Речника. Наступившая тишина показалась ему оглушительной.
— Нецис, Вайнег бы меня побрал… — всхлипнул Речник, пытаясь поднять обмякшее тело. Рука Некроманта слабо шевельнулась, он повернул голову и застонал.
— Фрисс, там Алсаг… — еле слышно прохрипел он. — Дротики… Помоги…
— Сейчас, Нецис. Сейчас, — Фрисс неловко подсунул охапку листьев ему под голову, ощупал затылок — кости под пальцами не захрустели, крови не было. Кто-то прошёл за его спиной по поляне, остановился у неподвижного Инальтека с простреленным горлом, издал странный возглас. Следом, волоча за собой что-то тяжёлое, прошли ещё двое, краем глаза Речник разглядел пёстрые перья и бугристую кожу, но лишь досадливо поморщился.
— Фррисс, — Алсаг выпустил из пасти древко дротика — он пытался вытащить его из простреленной лапы, но наконечник, хоть и не перебил кость, засел глубоко, сквозь кожу и мясо впился в землю. Речник перерубил древко, застрявшее в перепонках хвоста — блестящий веер свернулся, кот зашипел от боли.
— В Бездну всех Инальтеков! — буркнул Фрисс, засаживая дротик глубже и дёргая лапу на себя, вверх по древку. Алсаг взвыл и щёлкнул зубами в полупальце от локтя Речника. Деревяшка хрустнула, ломаясь надвое, Речник вырвал обломок из раны и крепко схватил лапу, вытряхивая из-под кожи занесённый сор.
— Промыть бы… Алсаг, ты полижи рану, не валяй лапу в грязи! — Фрисс оглянулся, надеясь, что никто из Инальтеков не уволок брошенную у костра сумку. Костёр уже погас — в него опрокинули медузью похлёбку. Двое воинов с кожей, чёрной, как уголь, и торчащими во все стороны волосами сидели рядом с Нецисом — один держал мага за плечи, второй оборачивал его голову тонкой корой, залитой чем-то тёмно-красным, вязким. Третий вырезал из тел Инальтеков мохнатые стрелы и придирчиво осматривал наконечники. Четвёртый подошёл к Фриссу и протянул свёрнутый лист, с которого капало.
— Вода, — пояснил он странным клокочущим голосом. Фрисс покачал головой.
— Ручей отравлен, — пробормотал он, вытряхивая из потоптанной сумки бутылёк с «Кийольти». Кто-то из Инальтеков наступил на суму грязной лапой, вывалял её в золе и прелых листьях, но украсть не догадался.
Воин, выкинув лист подальше, склонился над котом и попытался ощупать раненую лапу, но Алсаг зашипел и выпустил когти. Речник молча отстранил пришельца, влил в рану водяной шарик, смыв остатки грязи, и вытащил пробку из бутылька.
— Кто тут, Фррисс? Они стррашнее Инальтеков! — хеск взъерошил шерсть на загривке. За спиной Речника что-то плескалось, слышались встревоженные голоса. Пришельцы столпились у ручья, обнюхивая мокрые пальцы и обмениваясь странными возгласами. Зелёные полосы переплетались на их щеках, длинные куртки из бугристой тёмной кожи были разрисованы так же.
Воин, добывающий стрелы, высматривал что-то на телах Инальтеков — подмышками, между пальцев, под подбородком, — кивал сам себе и переходил к следующему телу. Они уже стащены были к костру, аккуратно перевёрнуты на спину. Тел было девять — все Инальтеки из клана Чи Улайя, все — в жалких лохмотьях и в грязи. Три трупа лежали отдельно, на них виднелись маленькие, но глубокие раны от стрел. Пришельцы, отступив от ручья, встали над телами. Говорили они тихо, да Фрисс и не вслушивался.
— Это норси, — прошептал он, почёсывая кота за ухом. — Вовремя они появились… Ты полежи, на лапу не наступай, я гляну, что с Нецисом.
Маг, обмотанный корой, сидел у кострища и задумчиво ощупывал плечо. Двое норцев пристроились рядом, глядя на него с любопытством и тревогой, и посторонились, когда Фрисс подошёл и сел на траву. Не так уж они высоки были, как показалось Речнику сначала, — на полголовы ниже, чем сам он, да и в плечах он был шире…
— Рад видеть тебя живым, Фрисс, — усмехнулся Некромант. — Мне показалось, тебя насквозь проткнули.
Он пощупал пластину на груди Речника и одобрительно кивнул.
— Я уж не думал, что услышу твой голос, — нахмурился тот. — Как у тебя только череп не треснул?!
— Немного повезло, — Нецис потрогал повязки и поморщился. На руке осталась красная жижа.
— Это твоя кровь? — помрачнел Фрисс. — Что на тебя намотали?
— Смола Джити, — отмахнулся Некромант. — Проку с неё мало, но других лекарств ни у них, ни у нас нет. Дай глотнуть «Кийольти», в череп-то её не зальёшь…
В кустах захрапело, ветви жалобно затрещали. Флона высунула голову, роняя пенящуюся слюну, и умоляюще посмотрела на Речника. Воины схватились за копья и молча окружили Двухвостку. Она ударила хвостами по панцирю — острые штуки только раздражали её.
— Стойте! Это не враг, — Фрисс отодвинул южанина с дороги и сунул в нос Двухвостке водяной шар. Она с радостным рёвом опустила туда морду и распахнула пасть, мотая головой из стороны в сторону.
— Это мой зверь, — Фрисс погладил шею Двухвостки и повернулся к ручью. «Чего эти отродья Вайнега туда плеснули?! Почистить надо бы…»
— Большой зверь, — покивали норси, разглядывая Флону уже без страха, но с любопытством. Двухвостка, прополоскав пасть, оттолкнула «запачканный» шар в заросли и захрустела листьями.
Вопль Алсага заставил Речника вскинуться и схватиться за мечи. Один южанин держал кота, второй нащупывал что-то под его лапами, на плечах и груди. Кот рычал и вырывался.
— Фррисс, пррогони их пррочь! — попросил Алсаг. — Хватит меня тррогать!
Норси отпустили его и отошли к кострищу. Теперь все они толпились вокруг мёртвых Инальтеков. Речник увидел, что трое убитых уже обезглавлены, и норси сдирают с них кожу. Рядом в землю вбили три наскоро вырезанных шеста, головы хесков были насажены на них. Пасти Инальтеков были широко раскрыты, и один из норси вливал в них какую-то сладко пахнущую жидкость.