"Великая река". Компиляция. Книги 1-8
Он выставил перед собой пустые ладони и повернулся лицом к узкой прорези окна под обгорелой крышей.
- Хаэй! Румингьяви, ученик Макула, видишь ли ты меня? Похож ли я на порождение морока?
Только Хифинхелф услышал тихий вздох, мягкий прыжок и бесшумные шаги. Тень встала в дверях Ачаккая - чёрная на чёрном.
- Хаэй, Алсек Сонкойок, - прошептал южанин, опуская причудливо украшенную трубку. - Каким ветром вас двоих занесло сюда? До сих пор не верится, что это вы.
- Это мы, Румингьяви, - облегчённо вздохнул Алсек, протягивая ему руки. - Это твой дом? Самое время спрятаться под крышей - у неба есть глаза...
- Входите, - помрачнел Румингьяви, едва ли не силой затаскивая изыскателя под обугленные своды Ачаккая. Тень скользнула по крышам, краем зацепив двор, и унеслась прочь с сердитым воплем.
Окованная бронзой дверь, тяжёлая, как каменная плита, отворилась, не скрипнув, - кто-то смазал её совсем недавно, и смазал тщательно. Прямой туннель, освещённый тусклыми церитами, сразу за порогом ветвился, и Алсек замедлил шаг, дожидаясь, пока Румингьяви вернёт на место ловчие петли. Южанин был угрюм, замотан в лохмотья, неоднократно разорванные и вновь зашитые, жёсткие чёрные волосы побелели от пепла, и красные узоры, вычерченные на коже, истёрлись - обновлять их было некогда. Он сильно хромал, и Алсек увидел, что правая ступня целиком обёрнута листьями и тряпками.
- Дай посссмотреть, шшшто ссс ногой, - нахмурился Хифинхелф. Южанин отмахнулся.
- У вас есть вода?
- Держи, - Алсек протянул ему фляжку. - Зген всесильный! Эти твари... они и впрямь перерубили вам водовод?!
- Неделю назад, - скрипнул зубами Румингьяви. - Хвала богам, чаша была полной. Сейчас она пуста. Стойте тут, я предупрежу Ксорэна, чтобы не пугался...
Он исчез за поворотом. Хифинхелф с шелестящим вздохом опустился на циновку, настороженно оглядываясь по сторонам. Ветер гулял в холодных туннелях, вымазанных красной глиной, и сладковатый запах разложения расползался по ним - но после смрада, разлитого по Икатлану, Алсеку этот воздух показался свежим. Те, кто лежал тут, в забранных золотыми решётками нишах, под покрывалами и циновками, никогда не носили солнечный огонь в крови, не выгорали изнутри и не приносили в мирный город смерть.
- Чарек да хранит ваш покой, жители Кигээла, - прошептал жрец, прижимая кулак к груди. - Да не увидите вы, что стало с Икатланом, да останется мирным ваш сон...
Оборвав себя на полуслове, он вздрогнул и обернулся - из туннеля выглядывал Румингьяви, и в его глазах была оторопь.
- Алсек... Я не увидел сразу... Так ты стал старшим жрецом? - шёпотом спросил он, чтобы не будить эхо. - Это уже навсегда? И ваш верховный не...
- Почтеннейший Гвайясамин умер, - нахмурился Алсек. - Не смотри на меня так. Я не отрастил щупалец и не потерял тень. Ты нашёл Ксорэна? Кто он?
- Свой, - коротко ответил Румингьяви, указывая на соседний коридор. - Пойдём. Стыдно просить, но... может, у вас ещё есть вода? Ильдену плохо...
- Выбиратьссся вам надо отсссюда, - махнул хвостом Хифинхелф, снимая с пояса последнюю флягу. - Большшше нет.
Пригнувшись, он протиснулся в нишу. Мельком Алсек увидел вынесенных оттуда мертвецов - они лежали, прикрытые циновкой, посреди коридора. В пещерке было темно, пока Румингьяви не положил огненный шарик на пол. Алсек сел рядом, дожидаясь, пока глаза привыкнут к сумраку. Хифинхелф опомнился раньше и с коротким шипением склонился над бесформенной грудой циновок на полу. Вторая груда, у стены, шевельнулась и привстала. Что-то невидимое надавило Алсеку на виски, и он поморщился.
- Силы и славы, могучие Гевахелги, - сказал он, глядя в сверкающие глаза. Огненный шарик осветил серый слипшийся мех на четырёх руках, розовые проплешины на груди и плечах, перевязанный хвост и тонкие ветвистые усы на склонённой голове. Они раскачивались, переплетались и сворачивали "веточки", лицо хеска не двигалось вовсе, только глаза настороженно сверкали.
- К"ца ба-та, - прошептал Хифинхелф, склоняясь над вторым Гевахелгом. Тот лежал, кутаясь в циновки, его била дрожь. Алсек придвинулся ближе, с ужасом глядя на пропитанные кровью повязки. Они прилипли к меху на груди хеска, и их давно не трогали.
- Скарс, - поморщился Румингьяви, кивая на раненого. - Прошёл сквозь все мороки и спалил тут всё. Ильден дрался... это его когтями посекло, это не страшно.
Второй Гевахелг подполз к Ильдену, прикоснулся к его макушке - хеск дёрнулся и вскрикнул. Алсеку мерещилось что-то странное в его взгляде, и только теперь он понял - Ильден никак не мог посмотреть правым глазом туда же, куда и левым. Он глядел в разные стороны, иногда жмурился и мотал головой, но это ничуть не помогало.
- У Скарсов слишком прочные черепа, - вполголоса заметил Ксорэн. - Магия бессильна. Отважный знорк своевременно подстрелил его, ещё немного - и я прожарился бы до костей.
Он показал на обожжённую грудь.
- Зген всесильный... - Алсек вытряхнул из сумки склянку зелёного масла - не зря он украдкой наполнял её в купальнях Мекьо!
- Вы тоже пришли очень своевременно, - склонил голову Ксорэн, забирая лекарство. - Ильден, сейчас будет больно. Твои повязки крепко прилипли? Сквозь них, я опасаюсь, масло не просочится...
- Отойди, - Румингьяви толкнул Хифинхелфа в бок. - Спасибо вам за воду и зелья. Но я ума не приложу, как вы сюда пробрались.
- Как всссе живые - пешшшком, - пожал плечами ящер. - Макул тревожитссся о тебе, Румингьяви. А ссстарейшшшины решшшили, шшшто Гевахелги нужнее в живом городе, чем в мёртвом. Мы пришшшли за вами всссеми.
- Это понятно, - странная гримаса скользнула по лицу южанина. - Хвала всем богам! Спать на костях вредно - ни одной ночи я не провёл без кошмаров, а что в головах у Гевахелгов, боюсь подумать. Там, в Мекьо, ещё осталась вода?
- Вассс засссунут в большшшие чаны и прополощут до коссстей, - пообещал Хифинхелф, глядя в лихорадочно блестящие жёлтые глаза. - И еда там тоже есссть.
- С едой проще, - махнул рукой Румингьяви. - Один воин в красной броне был очень щедр - поделился своей плотью... и бронёй.
Он приподнял лохмотья, и Алсек изумлённо мигнул, увидев кусок шкуры Скарса. Она была чисто выскоблена, но толком не просохла и покоробилась.
- Я видел мёртвого Скарса и ловушки из шипов и верёвок, - сказал жрец. Южанин кивнул.
- Этого я подстрелил. Прийти бы раньше... Знаешь, что с Ильденом? Это отродье Вайнега держало его за ноги и било о стены. Голова вся разбита...
- Мы понесём его на руках, - Алсек посмотрел на циновки, прикидывая, выдержат ли они вес хеска. - Так осторожно, как только сможем. Эти двое чародеев - те, кто населил Икатлан призраками? Это они сейчас удерживают Пепельную Четверть?
- Нет, - покачал головой южанин. - Только Ксорэн. Ильден уже не может. А от меня вообще нет проку. Я поставил ловушки, но те твари додумались разбить водовод. Пытался выйти за водой...
Он поморщился, покосился на перевязанную ступню.
- Вы видели, что там, за стенами? Ксорэн очень старался. Даже меня оторопь брала.
- Да уж, ссстаралссся, - Хифинхелфа передёрнуло. - А есссть тут ещё живые, кроме вассс? Кто-то мог ссспрятатьссся...
- Никого, - Румингьяви на миг по-звериному оскалил зубы. - Уже никого. Я видел пятерых. Я просил их уйти сюда, но не вышло. Когда я вернулся, там были Существа Сиркеса... и кости. Был ещё Гевахелг, Куалийн. Он тоже мёртв. Ксорэн знает. Они такое чуют.
Он замолчал, сглотнул вязкую слюну. Алсек копался в сумке, зная, что ничего не найдёт, кроме сухого мяса и меланчина. Хифинхелф тихо зашипел.
- Уходить нам отсссюда пора, вот шшшто.
- Храни нас всех Воин-Кот, - пробормотал Румингьяви. - Я готов хоть сейчас.
Огненный шар в углу пещеры почти догорел, но Алсек уже свыкся с темнотой и хорошо видел, как шевельнулся во мраке Ксорэн, приподнимая ветвистые усы. В его взгляде была надежда.
- Уважаемый жрец знает кратчайшую дорогу к Мекьо? - спросил Гевахелг. - Мы с Ильденом не успели изучить эту местность.