"Великая река". Компиляция. Книги 1-8
- Тебе-то помощь не нужна? - спросил ящер, повернувшись к Шафкату.
- Я невредим, о Хифинхелф, - покачал головой чародей, склоняясь над чашей и встряхивая рукав, увешанный погремушками. Змеи шевельнулись, посмотрели на него.
- Им понадобится еда, - сказал Шафкат, неохотно отоводя взгляд от чаши. - Боюсь, базар уже закрылся...
- Не знаю, будут ли они есть лиственную похлёбку, - покачал головой Алсек. - Почтенный Шафкат, так расскажи, как ты уговорил небесных змей не кусаться?
- Чарродей, ты всё-таки не в здрравом уме, - проворчала Койлор, прижимаясь к ноге Шафката. - Хватит тррогать этих скользких кусучих созданий. Из твоих рречей они не поймут ни слова.
- Напрасно ты так думаешь, Койлор, - рассеянно пробормотал маг, дуя в пучок тростниковых дудок. Змеи дружно поползли к краю чаши, приподняв головы, и Алсеку в их взглядах мерещился отблеск разума.
- Холоднее... так, как по ветру... есть запах? - отрывисто спросил Шафкат у содержимого чаши. Несколько змей поднялись и тихо зашипели, по их телам пробежали мутные волны.
- Будет покой, - кивнул чародей, встряхнув пару погремушек. - Тут, как в облаках.
Одно из существ отделилось ото дна чаши, дважды обвило его руку и соскользнуло обратно. Алсек вздрогнул и отшатнулся.
- Их беспокоит запах Яртиса, - сказал Шафкат. - Могу я попросить вас, почтенные, не носить сюда его листья, пока эти существа не улетят?
- Само собой, - растерянно мигнул Алсек. - Как... как ты говоришь с ними?!
- Это проще, чем кажется, - пожал плечами чародей. - Пока ещё не всё понятно, но это дело месяца-другого практики. Ты говорил о лиственной похлёбке? Хорошо было бы, если бы мы начали варить её. Я не ел с утра, эти существа - самое меньшее, неделю.
Когда Хифинхелф выкопал из углей глиняный чан и вместе с Алсеком, поддев посудину за ручки, донёс до дверей мойки, оттуда донеслось дружное шипение. Шафкат сидел на краю чаши, и небесные змеи свисали с его рук, сползали по плечам. Он старался шевелиться как можно осторожнее, чтобы не придавить их.
- Запах приятный, - заметил Шафкат, принюхавшись к чану, и ловко стряхнул всех змей обратно в чашу. - Лейте вот в этот горшок, он стоит в воде, так быстрее остынет. И... хорошо бы погасить тут свет и оставить существ в тишине.
Алсек молча кивнул, проводив взглядом маленький смерч - кто-то из змей опомнился быстрее других и крутил теперь вихри под потолком. "Небесные змеи в моей мойке," - покачал он головой. "Мирные небесные змеи. Будет что рассказать Нецису, когда встретимся с ним в Кигээле..."
- А летающие сстаи так же охотно говорили сс тобой? - задумчиво спросил Хифинхелф, вернувшись во двор, под навес.
- По крайней мере, мне удалось привлечь их внимание, - пожал плечами Шафкат, запуская пальцы в мех белой кошки. - И это их не разозлило. Те люди на Дальнем Западе, о которых говорил ваш гость-северянин, определённо, пользуются схожими методами. Жаль, что небесные змеи востока не общаются с западными стаями - общество человека было бы им привычнее. А так они немного насторожены.
- Чудны дела богов, - покачал головой Алсек. - Если так и дальше пойдёт, сам Владыка Ха придёт к воротам с предложением мира и вечной дружбы.
Он замолчал и повернулся к дверной завесе, прислушиваясь.
"Алсек!" - голос в его голове звучал чётко и ясно, но незримый обруч не сдавливал виски, и в затылке не гудело.
- Что? - жрец поднялся с земли, оглядел двор.
- Шшто там, Алссек? - зашевелился Хифинхелф.
- Ты не слышал? - мигнул изыскатель. - Голос в голове... Тебя не оглушило, Хиф? На макушку не давит?
- Ничего не слышу, - шевельнул хвостом иприлор и пощупал голову. - Да нет, не давит.
"Алсек же!" - снова раздалось под сводом черепа. "Посмотри на ворота!"
Жрец обернулся и встретился взглядом с Аманкайей. Она хихикнула.
"Так хорошо слышно?" - голос отозвался в висках тихим звоном, и Алсек удивлённо мигнул.
- Аманкайя! Это ты говоришь в моей голове?!
- Неужто мой голос так трудно узнать? - хмыкнула колдунья. - На виски не давило?
- Не, - мотнул головой Алсек. - И Хиф тебя не слышал. Так ты научилась думать прицельно?! Хвала великому Солнцу и всем его потомкам!
- Только одному, - слегка нахмурилась Аманкайя. - Почтеннейший Гвайясамин Хурин Кеснек взялся обучать меня - и денег за это не требует.
- Что?! - охнул Алсек, кидаясь к ней и судорожно проводя по волосам. Золотой пластины в черепе по-прежнему не было, как и каменного ока из прозрачного кварца.
- Алссек, ссам подумай, как бы Аманкайя ссейчасс на ногах сстояла сс дырой в макушшке? - укоризненно зашипел Хифинхелф. - Так верховный жрец ссоглассилсся помочь тебе... и не ссобираетсся потом принессти тебя в жертву?
- Хиф! - Алсек возвёл глаза к багровеющему небу. - Отчего все мысли у тебя об одном и том же?! А вообще... для почтенного Гвайясамина это очень странно. Чтобы он отступил от заведённых обычаев... Аманкайя, он сказал что-нибудь об этом?
- Я редко говорю с ним, и понять его непросто, - задумчиво сказала она. - И сказал он немного... Кажется, он считает, что это обучение как-то пригодится... в войне или после неё. Алсек! А кто у нас в мойке?
Шафкат смутился и затолкнул в рукав небесную змею - она выбралась во двор и висела над его ладонью, молча и неподвижно.
- Стая небесных змей, - ответил Алсек. - Обращайся с ними уважительно - это гости почтенного Шафката.
На рассвете изыскателя разбудило возмущённое шипение, он вскочил, стряхнул колпак со светильника и увидел, как от лежащего в постели Хифинхелфа разлетаются во все стороны небесные змеи. Последняя из них свернулась клубком на его груди и не спешила улетать, пока сам ящер не стряхнул её и не перевернулся набок.
- Ну и нахальсство, - щёлкнул он языком.
- Хиф, тебя не покусали? - испугался жрец.
- Нет вроде бы, - ответил сонный ящер, зарываясь в подушку. - Шшто им у Шшафката не ссидитсся?
Из-за тростниковой завесы выглянул Шафкат, виновато вздохнул, и Алсек услышал его шаги на лестнице. Он догнал чародея внизу, в дверях мойки.
- Этим существам, очевидно, не совсем место в квартале переписчиков, - сказал Шафкат, снимая пару змей с плеча. - Я намерен проводить их в полёт. Можно попросить у тебя большой чан для воды?
- Конечно, почтенный Шафкат, - кивнул Алсек, скрывая облегчённый вздох - змеиное гнездо в доме ему совсем не нравилось. - Но он тяжёлый, даже пустой. Мы с Хифинхелфом поможем поставить его, куда надо.
- Тогда поместите его на крыше, поодаль от люка, - попросил чародей. - Я буду наполнять его водой каждый вечер. Некоторое время после на крыше будет небезопасно.
- Что это за опыт? - насторожился жрец.
- Небесные змеи сейчас страдают от жажды, - нахмурился Шафкат. - Их охотничьи земли разделены, те, кто оказался на берегах пересохшей реки, остались без воды. Многие стаи сейчас дерутся за водопой, многие существа пытаются улететь к северным рекам. Я попробую помочь им.
Алсек кивнул, растерянно мигая. "Поилка для змей на моей крыше... Что, во имя всех богов, творится в этом городе?!" - думал он.
Раскатистый гул храмовых гонгов прозвучал для Алсека громом среди ясного неба - он даже подпрыгнул на месте. Хифинхелф попытался поймать его, но не успел - изыскатель едва ли не бегом помчался к Площади Солнца. В эти дни не было никакой нужды в призыве; если он прозвучал, значит, что-то неладно...
Стражей-Гларрхна у храма почти не осталось - только двое охраняли большую лестницу, и кто-то из младших жрецов маячил на верхней ступени, озирая окрестности. Вход в главный зал был открыт, и неровный прерывистый гул доносился оттуда.
Плиты, скрывающие стенные ниши, снова были убраны, и на полу стояли полупустые короба с курильницами, флейтами и боевыми жезлами - двузубыми и четверозубыми, в локоть длиной. У Алсека похолодело в груди, и он, поёжившись, спрятался за спинами младших жрецов. Они стояли в стороне, дожидаясь, пока Гвайясамин отойдёт от коробов. Старшие жрецы, разобрав жезлы, отошли к дальней стене, и там теперь сверкали частые золотые и белые вспышки. Двое младших, повесив на грудь блестящие курильницы, отмеряли драгоценную тикориновую стружку, сушёный Яртис и ядовитые лепестки Олеандра, на них с завистью косились те, кто пока ещё топтался в очереди.