Академия четырех стихий. Волшебство на кончиках пальцев (СИ)

— Теперь ты не отвертишься, — мстительно прошелестела Селеста. — Изначальные одобрили эту дуэль…
Вздрогнула от той сладкой злобы, что была в её голосе. Задрала подбородок и жёстко спросила:
— Где и когда встречаемся?
— Завтра около озера. На рассвете, — довольно улыбнулась Селеста. — Не вздумай опаздывать.
* * *
— Я тебя урою, мерзавка! — рявкнул Виктор, когда мы с ним вывались из портала в моей комнате. — Ты хоть понимаешь, что натворила?!
— Вызвала эту дрянь на дуэль, вот что… — пробурчала я, потирая саднящие ладони. — Раз больше никто не сдюжил…
— Не просто на дуэль, а на дуэль Изначальных! — ещё сильнее взвился Виктор. — Ты чем думала, когда их призывала в свидетели?!
— Никого я не призывала! Оно само с языка слетело… Но не в том смысле!
— Не в том смысле… — злобно усмехнулся Виктор. — А Леста этим воспользовалась. Поймала тебя на крючок. По всем правилам вызов. Теперь дуэли не миновать…
— Вот и отлично, — фыркнула я. — Нам давно следовало сразиться. А ты не вмешивайся. Пусть будет, как будет…
— Не вмешивайся? — рявкнул Виктор. — Пусть будет, как будет? Да ты, безмозглая, понимаешь, что теперь я при всём желании не смогу вмешаться, даже если она будет тебя убивать! Ни я, ни кто-то другой! — Сердце испуганно сжалось, и я опустила глаза, чтобы Виктор ничего не заметил. А он между тем продолжал: — Эти дуэли в Норленде запрещены! Уже лет триста никто в них не участвовал! Угораздило же тебя…
— Ну и пусть… — пробормотала себе под нос и направилась к шкафу, принялась выискивать среди вороха висевшей в нём одежды костюм драконовсадника.
Он и от холода должен был защитить, и от ударов…
— Нравится мне твоё хладнокровие… — покачал головой Виктор. — Значит так, раздевайся и ложись спать. Тебе нужно завтра быть в форме. А я переговорю с отцом. Вдруг он придумает, как остановить это безумие. Будем надеяться, что Леста к утру перегорит…
Я нахмурилась, но промолчала. Ни к чему мне сегодня лишние ссоры. А Виктор подошёл ко мне со спины, бережно обнял, прижал к себе. Горячее дыхание обожгло ухо, и я услышала хриплое:
— Лисёнок…
И было столько мучения и любви в одном этом слове, что сердце щемило.
— Всё будет хорошо. Виктор, не волнуйся… — неуверенно пробормотала я.
Он отстранился, покачал головой и порталом ушёл из моей комнаты.
Оставшись одной, я тут же плюхнулась на кровать. Устало потёрла ладонями лицо, размышляя, что делать дальше. Нет, я не жалела, что бросила вызов Селесте. К этому с самого начала всё шло. Но вот то, что нашу дуэль одобрили Изначальные… Это меня пугало. В моей прежней жизни о чём-то подобном я прежде не слышала. Да и не видела, чтобы мощнейшие силы этого мира являли себя открыто обычным смертным так, как это происходило в академии.
Внезапно в дверь постучали:
— Мири, можно зайти?! — долетел до меня встревоженный голос Анги. Судя по сдавленному бормотанию, в коридоре она была не одна. — Это мы!
— Входите! — ответила на автомате, и ребята — Анги, Полия, Вин, Анри, Клем — ввалились ко мне.
— Мири, ты… как? — осторожно спросила Полия. — Мы… мы только узнали…
Я вяло улыбнулась.
— Нормально. Вот думаю, что завтра надеть…
Внезапно Полия всхлипнула и ко мне подскочила. Сжала в объятиях.
— Мири…
Её примеру последовали и остальные.
— Ребята… Всё будет хорошо. Не волнуйтесь…
— Какое там! — неделикатно сказал Анри, отстраняясь. — Дуэль самих Изначальных! Говорят, что её можно отменить только по согласованию обеих сторон и то через какой-то хитрый обряд!
— Точно… — добавил Вин, плюхнувшись на кровать Сэлл. — Уилл и Виктор сейчас в кабинете у ректора обсуждают, как тебя защитить. Там собрались все: и их родители, и лэр Максимилиан, и родители Селесты…
— Если повезёт, — вставила Анги, — они смогут заставить дей Соррен пойти на попятную…
— Но она вряд ли откажется, — глухо закончила за неё Полия. — Мы столкнулись с Селестой пару минут назад в коридоре. У неё был такой же безумный взгляд, как и у Веймана во время турнира волшебников…
 
— Полия, это неважно, — тихо сказала, потирая ладони, на которых всё еще яркими огнями горели символы Изначальных. — Я не стану отказываться от поединка. Это не в моих правилах. К тому же… я обязана с ней сразиться. Иначе она никогда не остановится…
— Мири, не говори ерунды! — взвилась Анги. — Селеста скоро выпустится из академии, и ты её больше, скорее всего, никогда не увидишь! Так что если она согласится на мировую, ты обязана тоже её принять! Арианна уже пострадала. Не хватало, чтобы и ты… — Я покачала головой, встала с кровати, подошла к столу с чайником. Сделала короткий взмах палочкой — и вода забурлила, вскипая. — Обещай, что хотя бы подумаешь… — сдавленно прошептала Анги, жадно и в то же время испуганно следя за каждым моим шагом.
Я повернулась к ней и мягко улыбнулась.
— Хорошо, обещаю. Ребята, будете чай? У меня есть малиновый и облепиховый.
Мы посидели с друзьями ещё около часа. Ребята пили чай с печеньем и активно напоминали заклятья, которые мне могли пригодиться завтра. Я улыбалась, кивала, но толком никого из них не слушала. Слишком устала. Да и будь у меня желание, не смогла бы запомнить хоть что-то из их советов. Оставалось надеяться на собственные рефлексы и на те знания, которые удалось получить на факультативе у Гриддека.
Попрощавшись с друзьями, я рухнула сломанной куклой в кровать. Но сон отчего-то не шёл. Я лежала в темноте, смежив веки, как услышала, что Виктор порталом перенёсся ко мне. Сделала вид, что его не заметила. Не хотела знать, чем закончилось их семейное совещание. А Виктор молча подошёл ко мне, ласково поцеловал в висок и устроился в кресле напротив.
  
Глава 32
 
Когда я проснулась, Виктора в комнате не было. Быстро сбегала в душ, потом перекусила у себя — тётушка Фай проявила заботу и лично принесла мне в комнату завтрак. Пока я без особого аппетита жевала, она охала, причитала, а когда я доела, кинулась мне на шею и пожелала удачи.
— Не понимаю, почему все так волнуются, — нарочито оптимистично пробормотала я. — Дуэль и дуэль. Мне не впервой с кем-то сражаться. — Мысли унеслись ко вчерашнему инциденту, и я добавила глухо, сглотнув: — К тому же, в отличие от Арианны, у меня будет палочка.
— Ох, девонька, смелая ты, справедливая… Но лэри дей Соррен тебе не по зубам.
— Знаю, — ответила я, потупившись. — Но я сражаюсь не ради победы.
Тетушка Фай снова всхлипнула, крепко меня обняла и прошептала:
— Удачи тебе, милая!
Миссис Эппи ушла, а я переоделась в костюм драконовсадника. Заплела тугую косу, сделала заклятье слияния с палочкой. Как и тогда. Во время турнира волшебников. Вытащила из тумбочки запасную палочку, надела чёрные кожаные перчатки и покинула комнату. Напоследок метнула тоскливый взгляд на пустую кровать Арианны. Мысль, что она была под присмотром целителей, успокаивала.
В холле первого этажа меня встретил Виктор. Он был, как всегда, одет во всё черное. Собран, внимателен, напряжён.
— Привет, — улыбнулся он, нежно касаясь моих губ своими. — Выспалась?
Я заставила себя улыбнуться в ответ. Кивнула.
— Отлично. Я вчера переговорил с Лестой насчет вашего боя. Её родители тоже обещали провести внушение…
— Но? — подсказала я, ощутив, что в чём-то была загвоздка.
— Леста устроила у ректора сцену. Сказала, что ты смертельно её оскорбила, назвав злобной ведьмой…
Я вопросительно вскинула брови. Тоже мне оскорбление. Виктор закатил глаза. Он явно был со мной солидарен, но всё же скупо пояснил:
— В роду дей Сорренов действительно была одна психованная ведьма, которую презирает вся нация. На протяжении веков они открещиваются от неё, публично осуждают… А ты вроде как надавила на больную мозоль. Вот Леста и взбесилась.
— Отлично, — глухо ответила я, прекрасно понимая, что это всего лишь очередной удачный предлог, за который ухватилась Селеста.