Академия четырех стихий. Волшебство на кончиках пальцев (СИ)

Горе-экспериментатор отошёл подальше от взбешённой сестры и невозмутимо ответил:
— Так и было задумано.
— ЧТО?! — рявкнула я, мысленно сожалея о том, что не могла дотянуться до приятеля и хорошенько его стукнуть. — Ты о таком не говорил!
— Говорил… — с достоинством произнёс Фой, поправив очки. — И предупреждал, что оно экспериментальное. Только вы не слушали и в пробирки слишком много налили.
— Если мы спалим нашу семейную академию, Фой, я тебя грохну, — присоединился к нам Уилл. — Потом оживлю и опять грохну.
И вот вроде бы мы и ругались, и даже всерьёз рассуждали о том, как перегрызть глотку одному недобитому магу ветра, но делали это с самим оптимистичным выражением на наших лицах. А зрители веселились и аплодировали всё громче и громче. Ещё бы! Такое-то шоу!
— Ну и чем будем тушить эту пакость? — коротко шепнула я Уиллу, когда мой арсенал водных заклятий почти истощился.
— Понятия не имею. Эта зараза мне не подчиняется, — прошипел принц, явно идя на максимум. — Могу перенаправить потоки, но не загасить. Я убью Фоя.
— Тогда зови ректора. А может, и деда. А лучше — всех вместе, — лучезарно улыбнулась я, стараясь скрыть затаившийся ужас в глазах.
— Придётся… — тяжело выдохнул Уилл и неестественно весело обратился к ректору: — Достопочтимый лэр Аверус, не желаете ли к нам присоединиться?!
Тот усмехнулся, небрежно пожал плечами. Видимо, ещё не сообразил, что мы с безмятежными улыбочками скачем по берегу, как черти на сковородке, пытаясь остановить жуткий пожар.
— Почему бы и нет.
Я расслабленно выдохнула, а ректор порталом перенёсся к нам, встал между мною и Уиллом. Лениво сделал один пасс рукой, затем другой, но уже совсем не лениво, а потом с такой же нездоровой улыбочкой, как и у нас, прошипел:
— Вы что здесь устроили, негодяи?! Признавайтесь, что это за чары?!
— Это не чары, а «живой огонь», — нехотя пояснил Фой.
— Что ещё за «живой огонь»? — вскинулся ректор. — Я о таком не слышал.
— И не услышите, — меланхолично сказала Анги, делая очередной отчаянный взмах палочкой. — Потому что либо я прибью братца, либо родители прибьют нас обоих.
— ЧТО?! Да как вы… Фой, я же запретил вам экспериментировать в академии! Вам было мало взрыва обсерватории?! Ваши родители клятвенно обещали мне прекратить финансировать ваши дикие опыты! — прорычал ректор, а я покраснела.
Деньги-то у Фоя завелись благодаря нашему выигрышу от пари. Стала ещё активней работать палочкой.
— Вы все наказаны! — грозно шикнул на нас ректор, выкидывая какое-то жуткое заклятие вакуума в виде гигантской гидры. Но и оно ничего не дало. — Отработка в подвалах! Завтра же!
— Это мы поняли, — мрачно заметил Уилл. — А пламя-то как будем тушить?
Ректора перекосило на миг, а затем он с елейными нотками в голосе обратился к лэру Максимилиану:
— Друг мой, не желаете ли вспомнить юность и к нам присоединиться?
— Что вы, смотреть на вашу совместную работу — отрада для моих старческих глаз, — издевательски произнёс король, и я поняла, что он не только был в курсе истинного смысла происходящего, но и открыто потешался над нами.
— Вы не знаете, от чего отказываетесь… — проявил настойчивость ректор.
— Неужели? Думаю, после церемонии вы мне всё в красах опишите… Вместе с этими энтузиастами.
— Безусловно, — не поддавался ректор. — Но одними словами эту невообразимую гамму впечатлений не передашь.
Анги нервно хихикнула, но я метнула в неё такой красноречивый взгляд, что подруга умолкла. Полия улыбнулась. А вот Анри с Клемом и Вином заржали. Прямо, как кони. Так бы и треснула их, если бы стояли чуть ближе.
— Вы меня заинтриговали, мой друг, — с поистине омерзительной ухмылкой произнёс лэр Максимилиан, чем неожиданно напомнил Виктора. — Пожалуй, я присоединюсь к вашей весёлой компании.
Он переместился порталом к нам, встал около Уилла. Небрежно взмахнул рукой — и пламя пошло на спад. Я уставилась на него с восхищением. Невероятный уровень магии! Вкупе с поистине колоссальным опытом.
Возможно, лэр Максимилиан и вправду был циничным, расчётливым, властным и нетерпимым, но его было за что уважать.
 
И когда пламя под оглушительные аплодисменты адептов угасло и все начали медленно расходиться, я с удивлением услышала у себя в голове тихий мужской голос: «Отличная задумка, мисс Фоуксли. Я впечатлён».
  
Глава 18
 
— Где это мы? — шепнул мне на ухо Марк, когда мы оказались в комнате из чёрного мрамора, по которой летали духи погибших воинов.
— В лабиринте Либидии и Танатоса, — ответил одними губами. — Осторожней, не наступи на плиты с пентаграммами, иначе тебя перебросит на Остров к жрецам. Жуткое местечко. В прошлый раз я оттуда еле удрал…
— Ну и как мне понять, что из этого норталианская пентаграмма, а что кельтская руна? — пробурчал Марк, водя перед собой иллюзией лампы Шегбурна. — Здесь темно, как в заднице у аргентависа! Хорошо, хоть не дует…
— Неженка… Нам осталось пройти всего пару метров. Дальше потайной лаз. Там отсидимся, пока оперативники не переберутся в другое крыло. Стой! Т-с-с! Кажется, там кто-то идёт.
Мы с Марком резко остановились, пригнулись, готовые атаковать в любую минуту.
— …Третье дежурство подряд! Да на кой мы ему сдались?! — долетело до нас усталое из-за спины. Марк потянулся в карман за сюрикенами, но я жестами приказал ему обождать. — Бездна задери эту Кассандру! Она в последнее время совсем с катушек слетела…
— Полегче на поворотах, братишка. Не дай Изначальные, она услышит тебя…
Звуки шагов сделались приглушёнными и вскоре утихли. Марк расслабленно выдохнул и вытащил руку.
— Пронесло… Куда дальше?
Я жестами показал повернуть направо. Но стоило сделать лишь пару шагов, как в нас с Марком выстрелили туманные шипы. Я тотчас пригнулся. А вот Марк выставил щиты, отразил атаку, и шипы, натолкнувшись на них, начали один за одним бесшумно взрываться, превращаясь в сгустки ядовитого тумана в виде гигантских кальмаров. Чьи щупальца потянулись к нам.
— Берегись! — рыкнул я, но Марк и сам понял, что не следует ждать от них чего-то хорошего.
Уклонился, взмахнул рукой, вызывая лёгкий порыв ветра (благо, чары слияния с палочкой ещё были в силе) — и туман начал медленно отступать. Друг показал мне «класс».
Внезапно откуда-то из-за спины к нему потянулись призрачные руки…
Я вытащил сюрикен из кармана. Метнул вперёд, не задумываясь.
Иллюзия тотчас развеялась, открывая мерцавший в темноте лик мортерно. Мертвец задёргался, зашипел, и Марк отскочил в сторону, принял боевую стойку. А мне в шею вцепились ледяные жёсткие пальцы. Сгруппировался, пригнулся — и перекинул нападавшего через себя. Он ударился о чёрный мраморный пол и превратился в груду костей, которые сразу же начали тлеть. А меня атаковал ещё один труп.
Завязалась драка. Мы с Марком отчаянно бились, разрывая на части противников, обращая в пепел их плоть, и при этом уворачивались от щупальцев смертоносного тумана, который клубился вовсю вокруг нас.
— Эй, погоди! Что это за шум?! — долетел до нас встревоженный голос из-за стены. — Надо проверить!
Мы с Марком переглянулись и замерли. Друг как раз уничтожил очередного морферно и брезгливо стряхивал с себя пепел от его костей, но, услышав эти слова, обратился в статую. Я же удерживал мертвеца в силовом захвате не шевелясь, несмотря на подступавший туман…
— Тебе показалось… — Голос стал громче, и я беззвучно наложил на нас с Марком иллюзию невидимости. — Там никого нет. Это же лабиринт Либидии и Танатоса. Кто в здравом уме туда сунется?
— Психов хватает…
Туманная дымка потянулась к моей груди, скользнула по ней невесомыми щупальцами, прожигая ткань чёрного джемпера в районе сердца, вызывая острое желание закричать. Но я молчал, стиснув зубы. Марк с ужасом глядел на меня. Морферно дернулся, и я быстрым беззвучным движением свернул ему шею. Снова замер, удерживая обмякший труп в руках.