Академия четырех стихий. Волшебство на кончиках пальцев (СИ)

— А, Лисёнок, привет, — улыбнулся огневик, замерев на пороге и изучая меня восхищённым взглядом. — Парадная шубка? Идёт…
— Спасибо, — просияла я и покружилась на месте. — Только ребята из твоей башни на меня о-о-очень странно косятся…
Виктор сдавленно хмыкнул. Игриво притянул меня к себе и, заглянув в глаза, хрипло прошептал:
— Они тебе просто завидуют. Не всем так идут оттенки огня. — Я расцвела ещё сильнее. — Проходи.
Он отстранился, и я проскользнула в драконово обиталище. На кресле лежала гитара, и я направилась к кровати, на которой валялись неровной стопочкой ноты и листы бумаги с пометками. По дороге обернулась к Виктору и весело заявила:
— А у меня есть для тебя новогодний подарок!
— Очень интересно… — огневик поиграл бровями, а его жаркий взгляд скользнул от моих губ к месту пониже ключиц.
— Не такой, — тут же вставила я и, пока он ничего гадкого не придумал, взмахнула палочкой. В моей левой руке тотчас появилась синяя лакированная коробочка, которую с радостью протянула ему. — Открывай.
Виктор забрал подношение, задумчиво покрутил в руках, а я с замиранием сердца следила за каждым его движением, за каждой реакцией. Наконец он заглянул внутрь и вытащил за наушники крохотный серебристый плейер.
— Я записала туда свои самые любимые песни немагических групп! — выпалила взволнованно, плюхнувшись на кровать. — В том числе «Всё отлично». Тебе нравится? — закусив губу, тихо спросила я.
— Очень, — Виктор усмехнулся, покачал головой. — Лучший подарок из всех. Знаешь, Лисёнок, у меня для тебя тоже кое-что есть…
Он присел рядом, сделал пасс рукой — и мне на колени прямо из воздуха упала красная коробочка с огромным золотым бантом. С интересом её открыла, а когда увидела содержимое, завопила не хуже Анри, поймавшего на радуге лепрекона:
— Носки! Это же носки! Те самые, о которых я столько мечтала!
Зажала ладонью рот от переизбытка эмоций, прослезилась от радости, изумления. Ибо в коробке лежали белые шерстяные носки, украшенные огненными ручейками. Они переплетались причудливыми ало-оранжевыми узорами, словно кружево. Я коснулась рукой бесценного дара, ощутив исходившую от него пульсацию, словно меня должны были согревать не чары, а кровь дракона.
— «Носки от мистера Штельма», — с кривой ухмылкой поправил меня Виктор. — Теперь ты точно никогда не замёрзнешь.
— Изначальные, ты самый лучший! — восторженно завизжала я, понимая, что ради меня Виктор переступил через свои принципы и создал то, что считал для себя неподобающим. — Я тебя обожаю! А знаешь… — Я лукаво прищурилась и шаловливо мурлыкнула: — Пожалуй, ты заслужил ещё один новогодний подарок…
Виктор пахабно ухмыльнулся, окинул меня жарким взглядом.
— Я весь в нетерпении…
— Тогда закрывай глаза. Только не вздумай подглядывать! — бросила на опережение и получила довольное:
— Постараюсь…
Вместо ответа покачала головой. Споро взмахнула палочкой — и между нами на кровати появился подарочный набор сладостей внушительных размеров.
— Та-дам! — радостно выпалила я, демонстрируя её содержимое.
Ещё пару мгновений Виктор предвкушающе скалился, а потом лениво разомкнул веки и тут же резко попятился, с ужасом глядя на новое подношение.
— Что это?
— Рахат лукум! Ассорти, тридцать видов! Сама выбирала, — охотно пояснила я, любовно проводя рукой по краешку коробки. — Здесь есть и с виноградным соком, и с ананасовым, и даже с клюквенным. О, а ещё мне положили чурчхеллу! — От этого слова огневик испуганно вздрогнул, а я добавила оптимистично: — Уверена, что-нибудь из этого тебе обязательно придётся по вкусу.
Судя по перекошенной физиономии Виктора, моей уверенности он не разделял.
— М-м-м. Спасибо, конечно… Но я бы предпочел обойтись без гастрономических экспериментов. Лисёнок, серьёзно, завязывай пытаться меня накормить всякой гадостью. Что за радость впихнуть в человека то, что он не выносит?
— Но ты ведь даже не пробовал! — возмутилась я и подсунула к нему поближе коробочку. — А вдруг понравится? Просто нужно подобрать сладость по вкусу. Так что открывай ротик, летит самолётик… — начала я шутливо его уговаривать, разворачивая блестящую обёртку.
 
Виктор хмуро проследил за моими действиями, а потом его лицо неожиданно прояснилось.
— Ладно, Лисёнок. Предлагаю обмен. Я пробую каждый из видов этого разноцветного безобразия, а ты… — Он сделал паузу и потянулся пальцами к какому-то чёрному бархатному футляру, что лежал под стопками книг. — Забираешь вот это.
— Что там? — Теперь уже насторожилась я.
— Соглашайся и узнаешь, — с искушающими интонациями произнёс этот мастер переговоров, а его губы скривились в омерзительной ухмылке. — Считай это моей моральной компенсацией за пищевые страдания.
Я покусала губу, задумавшись. Футляр выглядел слишком изысканно, а это означало, что внутри лежало что-то вопиюще дорогое.
— Так бы и сказал, что не хочешь пробовать лакомства, — обиженно буркнула я, а Виктор звонко расхохотался.
Двадцать минут спустя я сидела на кровати, поджав под себя ноги, и пила чай. Виктор устроил свою голову у меня на животе. Одной рукой я держала кружку, другой ласково трепала его жёсткие чёрные волосы, не забывая ненавязчиво нахваливать сладости. Виктор молча лежал, смежив веки, но по расслабленному, довольному выражению лица я догадалась, что моё бормотание его веселило.
— М-м-м, а вот эта с лимоном — нечто невообразимое! А какие внутри орешки… Вкуснятина! — мечтательно протянула я, покосившись на огневика, но он не проникся. Фыркнула и запустила в рот другой кубик, гранатовый. — О, это прелесть! А как пахнет! Виктор, ты просто обязан его попробовать! Он не такой сладкий, как остальные, честно, — затараторила я, поднося к его губам лакомство.
— Обязательно, — лениво отозвался он. — После того, как ты заберешь мой подарок.
— Ну Виктор…
— Нет.
— Ладно! — фыркнула я и схватила злополучный футляр. — Доволен? А теперь жуй!
Виктор рассмеялся, но с выражением мученического смирения позволил накормить себя лакомством.
— Ну как? — нетерпеливо выпалила я.
— Сносно. Но во второй раз есть что-то подобное желания не возникает.
— Что?! — взвилась я. — Да как такое возможно?! Ты точно не человек… — Покачала неверяще головой, но тут же добавила бодро: — Ладно, у нас осталось ещё двадцать девять попыток подобрать тебе сладость по вкусу!
У Виктора дёрнулся глаз, и он снова сел ровно.
— Может, сначала заглянешь в коробку, а потом продолжишь надо мной измываться?
Признаться, мне было интересно узнать, что внутри. Интересно и боязно. Наконец любопытство взяло верх над страхом, и я осторожно приоткрыла подарок.
— Заколка, — выдохнула с облегчением, рассматривая изящный позолоченный аксессуар из тонких металлических нитей, образующий силуэт спящего лисёнка.
— Чтобы волосы в глаза не лезли, когда сидишь за своими конспектами, — мягко произнёс Виктор, заводя мне за ухо выбившуюся прядь. — Нравится?
— Очень, — честно сказала я, забирая заколку. Самую обычную. Без драгоценных камней. — Спасибо большое. А я боялась, что там что-то, гм, вроде шубы. — Намёк был на бешеный ценник, но Виктор, судя по смеху, совершенно иначе его растолковал:
— Представляю глаза продавца, если бы я сказал ему что-то вроде: «Я беру эту шубу. Упакуйте её в эту коробочку. И не забудьте добавить побольше магии расширения пространства!»
Живописная сцена тотчас нарисовалась перед глазами, и я рассмеялась. Но когда снова начала отключаться в драконьих объятиях, неожиданно вспомнила слова бабушки, которые она мне сказала перед отъездом:
— Миранда, Виктор очень красивый и галантный юноша. Но он тебе, к сожалению, не подходит. И скоро ты сама поймёшь почему.
  
Глава 15
 
Первые дни после новогодних каникул прошли весело и беззаботно. Мы с ребятами активно делились впечатлениями от незаметно пролетевших праздников и строили планы на будущее. Как и прежде, я ходила к Бобу в деревню. Помогала ему по хозяйству, кормила Снежка, летала на нём по зимнему лесу и всё чаще ловила себя на мысли, что Академия четырех стихий медленно становилась мне домом.