Мой Сводный Лёд

Ха, да я буду бежать ещё быстрее! Потому что в этом году у меня особые планы.
— Я не его избранная, — ответила с улыбкой. — Я — опекун Дары.
— А Дара это?..
— Я! — ответила Белка и выпятила грудь. — Я Дар! Дара…
— А, чудненько! Номер с белочкой будет пятым, как раз после танца стихий.
О танце стихий я знала, причём из первых рук — Эрмес каждый год выступал. У него был настоящий талант.
— Отличный выбор, — улыбнулась Люсинда и представила нам шатенку: — Это Эсми Шорпс, ответственная за подготовку бала. Она занимается организаторскими моментами и именно она предложила ввести специальный номер для Дары.
— Приятно познакомиться, — ленно сообщила Белка. — Значит, с вами можно поговорить об оплате?
Если Эсми и удивилась, то на её лице это никак не отразилось. Она улыбнулась и кивнула. Кажется, её ждет великая карьера в мире театральных постановок.
— Какой размер оплаты вас интересует? Орешками подойдёт?
— Детали обговорите с моим менеджером, — отозвалась Белка и зыркнула на меня.
Это я, что ли, менеджер? Слово ещё какое диковинное. Где только взяла его? Нет, я определённо очень мало знаю об этой белке.
— Мне пора готовиться к номеру, — возвестила она и обернулась к Люси: — Покажешь мою гримёрку?..
Люсинда кивнула и улыбнулась и после увела белочку. Мы все смотрели ей вслед с некоторой настороженностью.
— Будет непросто, — вздохнула я и посмотрела на Эсми. — Но ты особо не ведись на её наглость. Не так страшно обломать ей клыки, чем потом чувствовать их на своей руке.
Эсми широко улыбнулась.
— Ничего, я уже привыкла вести подобные диалоги, — Шорпс повернулась к братцу. — Лирей, а ты скорее определяйся с Избранницей. Эльена, с тобой мы поговорим после репетиции. Пока вы оба можете присаживаться.
Девушка тут же убежала разбираться с другими проблемами. Мы с Лиреем сели на свободные места в середине актового зала, причём на разных рядах, и Лирей был впереди. Первое время мы молчали. Я с интересом следила за происходящим. Целительницы отдавали какие-то распоряжения музыкантам, и на сцену вот-вот должны были выйти танцовщики.
— Ты уже определился с выбором Избранницы? — внезапно спросила я, наклонившись к брату. — Это будет Филисити?
— Хайверт, с каких пор тебя это интересует? — обернувшись ко мне, ухмыльнулся Лирей. — Ты же на первом курсе бегала от меня.
Рано или поздно этот разговор должен был состояться. Правда, я не думала, что в этот момент мы будем связаны браслетами, сидеть в центре актового зала во время подготовки к Снежному балу, и я ещё буду ответственной за неугомонную белку.
— Потому что боялась, что ты устроишь какую-то подставу, как всегда. Помнишь, что было в последний месяц осени? Я из-за тебя поскользнулась и упала в грязь! Лицом. Не говоря уже о том, что надо мной смеялись, я тогда разбила губу. Было несколько больно.
— Что? Ты думала, что это сделал я?
— Ты заморозил лужу под моими ногами!
— Я? Я этого не делал, — прошипел Лирей. — Я пытался тебе помочь!
Интересно, как он пытался мне помочь? Посмеиваясь со стороны со своими друзьями?
— А кому это ещё нужно? Ты ведь стоял совсем рядом. И до этого ты постоянно угрожал мне, говорил, чтобы я держалась от тебя подальше, иначе ты за себя не ручаешься. Разве не так?
Лирей сомкнул губы в тонкую линию. На это ему ответить было нечего. И он, и я знали, как изменилось его ко мне отношение после того, как родители представили нас друг другу. Я хотела к нему относиться по-доброму, даже восхищалась своим братом, а он… он стал так холоден и груб! После этого я уже не могла общаться с ним без нервного напряжения, постоянно ожидала колкостей и подстав.
— Знаешь ли, я всегда был популярным, — наконец, задумчиво произнёс он. — И вполне возможно, что кто-то приревновал меня.
Я не совсем поняла, как это всё относится ко мне, поэтому глупо спросила:
— К кому?
— К тебе! — рыкнул Лирей в какой-то странной тишине.
Музыканты приготовились играть, и все затихли в ожидании номера, даже воздушницы занялись бантами, а не тяжёлой работой. И почему повезти так могло именно нам? Я вжала голову в плечи и осторожно огляделась. Все вокруг смотрели на нас. Эсми, прищурившись, полюбопытствовала:
 
— Вы закончили свои любовные разборки и мы можем продолжать? В зале должна быть идеальная тишина, чтобы музыканты настроили инструменты.
Я покраснела с головы до ног. Кажется, счётчик внизу увеличится! Если кто-то из воздушниц или целительниц ещё не проголосовал, то после такого непременно проголосуют!
— Простите, — смутилась я и опустила голову.
Не понимаю, что за глупость говорит Эквуд. Как его могли ревновать ко мне? Да, признаю, с первого взгляда он мне понравился, даже было ощущение, что это чувство взаимно, но потом родители объявили нам, что мы — брат и сестра. Свадьба, связавшая нас. И не как жениха и невесту.
Но мы могли бы стать хорошими братом и сестрой! Я готова была полюбить его, относиться по-доброму и помогать, чем смогу. Но Лирей выбрал холодную войну.
Он тогда изменился. Стал грубым, вспыльчивым, отстранённым. А потом этот случай осенью. Он ведь стоял рядом, я видела! Это точно сделал он, чтобы посмеяться вместе с дружками. И даже не подошёл помочь — к счастью, и тут Эрмес был рядом.
Эрмес... почему я никогда не замечала его чувств? Почему относилась исключительно как к другу? Наверное, всё дело во мне: я зацикливалась на себе, своих чувствах, своей жизни, поэтому плохо понимала чувства других, не придавала значения чужим эмоциям. Я слишком стремилась жить, слишком спешила и забывала анализировать происходящее вокруг меня.
— Отлично, теперь начинаем, — когда музыканты закончили настраивать инструменты, провозгласила Эсми и хлопнула в ладоши.
Полилась приятная музыка. Я прошептала, наклонившись к Лирею:
— Это правда был не ты?
— Не я.
Странно, но я верила ему. Столько было в его голосе искренности, что даже не видя его глаз, я поверила.
— Прости, что плохо думала о тебе. Просто складывая воедино все другие случаи… В общем, действительно прости меня. Если это одна из твоих поклонниц... ох, отчасти, ты виноват в этом. Не думай, я тебя не обвиняю сейчас, просто констатирую факт. Я действительно не держу злость или обиду. Просто ты вечно ко мне цепляешься и другие неправильно нас понимают. Тотализатор тому подтверждение.
— Другие? — хмыкнул Лирей и покачал головой. — Конечно, другие всё неправильно понимают. Одна ты у нас умница-разумница, Хайверт.
Я извинилась, почему вновь такой пренебрежительный тон? С ним просто невозможно! Почему у меня нет хорошего и любящего брата?
— Вот ты опять, — насупилась я. — Перестань себя так вести. Ты можешь общаться по-человечески?
— Я ведь дракон, о какой человечности ты говоришь? Тем более лёд. Ты ведь считаешь меня невыносимым.
Я открыла рот, собираясь ответить, но в этот момент на сцену начали входить танцоры. Я не стала продолжать спор, решив сосредоточиться на выступлении Эрмеса. Выстроились семь пар, у каждой пары своя стихия. И лишь один остался без пары...
— Стоп! — воскликнула Эсми, и музыканты оборвали музыку. — Эрмес, что случилось с Алией? Где твоя партнёрша?
— Она только что убежала. Ей пришло известие от родителей, они забирают её на горнолыжный курорт и уже ждут у ворот. Прости, я сам немного в изумлении от этих событий.
Алия — его постоянная партнёрша. Тоже третьекурсница, раньше она его не подводила.
— И что прикажешь делать? — всплеснула руками Эсми. — Нам срочно нужна стихийница воды!
Я вся застыла. Спрятаться за Лиреем от Эрмеса не получилось. Друг сбежал со сцены и бросился ко мне. Он остановился напротив. Лирей тоже развернулся и смотрел так, словно готов был прибить меня. Мол, только попробуй согласиться.
— Даже не проси, — предостерегла я друга, прикусив губу.
У меня была подвёрнута лодыжка и пусть лекарь наложил стазисное обезболивание, на заживление уйдёт время. Даже с целительской магией, которой меня напитали.